Северянка
Шрифт:
Ярослав объявил всем присутствующим что это его родной младший брат.
Братья пошли за стол, им о многом нужно было поговорить. Ярослав настоял на том, чтоб Святополк пожил в Лешевой Пади несколько дней.
– Ну, рассказывай, как ты? – Ярославу нетерпелось узнать все, что случилось с его родными за это время. – Как мама?
– Умерла в прошлом году. Все тебя вспоминала. Всеволод приезжал из Чернигова, рассказывал что с тобой все ладно. А она все ж беспокоилась как ты тут. Мы хотели тебя повидать, но риск был слишком велик. Убийство тебе еще не простили.
– А что происходило после смерти отца?
– Талец тогда всю дружину поднял,
– А семья у тебя как? Жена, дети?
– Сыну два года, а вот жена тоже с праотцами. Роды были тяжелыми. После еще год прожила… отмучилась, а потом… Мало совсем малой с ней побыл. А снова жениться не хочу пока, – не вижу женщину, способную стать хорошей матерью моему сыну. И мама почти вслед за ней ушла. Да что мы все о плохом, да обо мне. Сам-то как?
– Хорошо – жена-красавица, два сына и дочь.
– А я погляжу ты тут княжишь?
– У Радима, здешнего прежнего князя, сыновья все в боях пали, дочь одна осталась. Я, когда убежал, поехал в Чернигов, как мама говорила, но сбился в дороге, да простыл шибко. Коня загнал, бросил и пешком пошел. А когда сильный жар и голод, далеко не уйдешь. Меня два местных старца нашли, земля им будет пухом, да привели сюда, к Радиму в дом. Он мне все эти годы как отец родной был, а его жена, Енея, вместо матери. Выходили они меня. Я по началу ни с кем не разговаривал. Боялся – узнают что я отца убил, прогонят. А идти некуда. Да тут еще Дарина меня полюбила, так и вовсе тошно стало что ее потеряю. Но решил все рассказать – рано или поздно все равно узнают, сколь не таи. Меня поняли и приняли. Радим мудрости учил; дружина тут знатная – меня натаскали, я на равне с ними встал. Потом женился. Вот так жизнь моя и устроилась. Лешачи все изгои, у каждого своя история. Здесь их никто ни о чем не спрашивает, не осуждает, своих порядков не навязывает. Все стараются жить в мире и согласии, уважают друг друга.
–Я слышал твои дружинники большим спросом пользуются – сильные, ловкие, да и воины искуснейшие. Многие, кто вас нанимал, довольны защитой. Говорят, что не зря золото тратят на такую охрану.
– Да, не скрою, – гордо отвечал Ярослав. – Мы этим делом много лет промышляем. Еще ни один бой не проигрывали.
– Тогда у меня тоже для тебя работенка найдется. Поможешь? – спросил Святополк.
– Он еще спрашивает! – воскликнул лесной князь.
– Я казной не обижу…
– Полно, брат. Какие деньги?
В это время к ним подбежала Рагнеда. Она обняла отца и он усадил ее на колени.
Святополк пристально посмотрел на девочку и улыбнулся. На праздник маленькую княжну нарядили как положено: новый расшитый сарафан, волосы заплели красной лентой.
– Какие у нее глаза голубые – чисто васильки в поле, – восхитился Святополк. – Как тебя зовут, малая?
– Рагнеда, – ответила девочка.
– Знаешь кто я?
– Нет.
– Я – твой дядя Святополк. Смотри что у меня для тебя есть, – переяславльский князь вынул из запазухи янтарные бусы. – Это принадлежало…
– Твоей бабушке, – закончил Ярослав, увидав украшение своей матери. Она практически никогда их не снимала при жизни. А незадолго до смерти завещала Святополку подарить их своей дочери. Но так как у князя
– Да, мамино, – потупил взгляд Святополк. – Пусть они будут у тебя. Мне теперь ни к чему, дочери у меня нет. А вот, думаю, бабушка хотела бы чтобы я тебе подарил ее бусы.
– Спасибо, – Рагнеда потянулась за украшением. Солнце светило ярко и отражаясь в бусинах рассеивало лучи, пуская солнечных зайчиков. Янтарный отблеск коснулся глаз девочки и Святополк увидел как в них полыхает огонь. Рагнеда, когда брала бусы, коснулась дядиной руки. Князя будто обожгло. Перед глазами у Рагнеды и Святополка замелькали видения: пожар в Лешевой Пади, нескончаемый поток печенегов, битва, крики и… довольное лицо переяславльского князя. Рагнеда заглянула дяде в глаза и не увидела в них ничего хорошего, но не подала вида. Она улыбнулась, взяла бусы и пошла к друзьям. Святополку стало не по себе от взгляда племянницы – словно она его насквозь видела. Он посмотрел ей в след, испытывая необъяснимый страх перед этим ребенком. Но окружающие, кажется, не заметили того что случилось только что с ним и девочкой. Ярослав снова стал его расспрашивать о родном княжестве, о жизни брата.
– Что с тобой? – спросил Светозар княжну, когда та пробегала мимо.
– Он мне не нравится, – задумчиво ответила Рагнеда.
– Он тебя обидел? – эльф посмотрел в сторону князей.
– Нет, он подарил мне бабушкины бусы.
– Тогда в чем дело? – не понимал Светозар.
– Я будто увидела его изнутри – помыслы, желания.
– Заглянула в душу? Здорово! И чего увидела?
– Войну… в Лешевой Пади…
– Думаешь, он отца во что-то втянет?
– Отец на плохое не пойдет. Но нас всех это коснется. – Рагнеда не отрывала глаз от отца и дяди.
– Ты меня пугаешь, – Светозару и впрямь стало не по себе.
– Мне самой страшно, – девочка посмотрела на эльфа. Ее глаза были полны тревоги.
– Пойдем-ка, лучше, пирогов поедим. Твоя бабушка на славу постаралась. Я скоро лопну от обжорства, но не могу остановиться, – Светозар взял Рагнеду за руку и повел к столу.
– А Влас с Иваром где? – спросила Рагнеда.
– Уже давно там, – Светозар указал на лавку с пирогами.
– Эй, да они все съедят, и нам не достанется, – сказала Рагнеда. Она знала аппетиты братьев, особенно если речь шла о пирогах бабули. Девочка вырвала руку из ладони Светозара и рванула вперед.
Святополк и Ярослав долго еще сидели разговаривали, пока Дарина не позвала их в дом. Увидев жену брата, Святополк дар речи потерял. На него словно ушат ледяной воды опрокинули. Перед ним стояла не мать троих детей, а стройная златовласая молодка с большими серыми глазами. Она говорила серебристым голосом. Черты лица ее были мягкими, нежными, будто детскими. Дарина мало изменилась за те годы, что прожила с Ярославом, разве что немного поширела, округлилась. Раньше-то была совсем как тростиночка. Святополк влюбился без памяти.
– Дарёнушка, это мой брат, князь переяславльский, Святополк. Он сегодня наш гость. Пусть ребята баньку истопят, а ты постели ему в доме и распорядись чтоб дружинушка его пристроена была, – Ярослав держал жену за руку.
– Хорошо, – улыбнулась Дарина. – А на завтрак что сготовить? Ведь сегодня все слопают, и на утро ничего не останется.
– Святополк, тебе чего больше хочется?
Святополк заставил взять себя в руки и ответил с трудом (в горле пересохло):
– Я… Мне все равно. На ваше усмотрение. Что вы обычно едите, то и я буду.