Сезон солнца
Шрифт:
– Твоя глупость меня поражает, – усмехнулся он. – Да ты и на милю от городских стен не смогла бы отойти. В лесах полно бандитов, которые не упустят такую добычу, как одинокая женщина с ребенком. Не найди я тебя, ты сейчас валялась бы в лесу с перерезанным горлом или истекала бы кровью после жестокого изнасилования. А теперь ты в безопасности, потому что с тобой рядом сильный мужчина. Ты будешь шить для меня, делать все, что я прикажу. Я научу тебя покорности. Мне уже порядком надоело возиться с тобой. От тебя одни неприятности.
Зарабет молчала, глядя прямо перед собой. На
– Я буду скучать по Йорку.
– Да, – саркастически усмехнулся Магнус. – Горожане Иорка слывут благородными и великодушными людьми. Их души так же чисты и прекрасны, как улицы города. – Он бросил взгляд на кучу мусора. – Послушай, глупая женщина, эти люди давно растерзали бы тебя, не окажись я рядом.
– Ты прав, – тяжело вздохнула Зарабет. – В этом нет сомнения. И все же я не понимаю, почему они не хотят мне верить.
– Я не желаю больше выслушивать твои оправдания. Нас давно ждут на корабле. Мы отплываем. Мне больше нечего делать в Йорке.
Первым человеком, с которым Зарабет столкнулась на борту «Морского ветра», был Рагнар. Он замахнулся, чтобы ударить ее, но Зарабет не отпрянула, сделав вид, что не боится его. Магнус нахмурился и сурово посмотрел на друга. Тот нехотя опустил руку, но взгляд его по-прежнему оставался свирепым.
Зарабет молча последовала за Магнусом под навес. Он опустил Лотти на циновку и приказал:
– Оставайтесь здесь.
Зарабет присела рядом с сестрой и обняла ее. Девушка была счастлива, оттого что добилась своего: Лотти в безопасности, они снова вместе. Станут ли с малышкой тоже обращаться как с рабыней? Вдруг ее будут бить и морить голодом? Неужели она и Лотти станут похожими на тех несчастных людей в бараке для рабов?
Страх леденил душу. Недобрые предчувствия одолевали Зарабет.
Она мечтала о том, чтобы вымыться. Запах собственного грязного тела раздражал ее. Что касается Лотти, то на локте у нее краснела глубокая ссадина, которую необходимо было как можно скорее промыть. Зарабет провела рукой по своим спутанным волосам. Впрочем, теперь Магнусу все равно, как она выглядит. Неужели викинг будет обращаться с ней жестоко и станет бить? Зарабет, погруженная в печальные раздумья, не заметила, как уснула.
На рассвете «Морской ветер» отчалил. Зарабет сквозь сон слышала, как матросы бегали по палубе, выполняя приказы капитана, как дружно налегли на весла. Огромный квадратный парус можно было поднять только после того, как корабль выйдет из гавани Иорка.
Корабль плавно покачивался на волнах, и Зарабет проснулась окончательно. Как же ей хотелось, чтобы все еще была ночь! В темноте она чувствовала себя в большей безопасности. У нее живот подводило от голода. Она обернулась к Лотти и погладила ее по щеке.
– Ты хочешь есть, малышка?
Девочка с недоумением посмотрела на нее, и Зарабет повторила вопрос, сопроводив его соответствующими жестами и мимикой. Лотти кивнула и похлопала себя по животу. Зарабет улыбнулась ей и сказала, обращаясь скорее к себе, нежели к сестре:
– Посмотрим, не удастся
Она подошла к пологу и отдернула его. Матросы, толпившиеся на палубе, как по команде замолчали и обернулись. Двадцать человек не сводили с нее изумленных глаз. Только Магнус и Хоркель, сидевшие у руля, о чем-то тихо беседовали.
Наконец оглянулся и Магнус, чтобы выяснить причину внезапно воцарившейся тишины. Он нахмурился и направился к навесу. Проходя под парусом, он слегка наклонился, чтобы не зацепить его. Мачта скрипела под натиском ветра. Магнус запрокинул голову, оглядел снасти и кивнул, довольный осмотром.
– Что тебе нужно? – почти прокричал он, хотя подошел к Зарабет вплотную.
Девушка с трудом расслышала его из-за шума ветра и хлопанья парусины.
– Лотти голодна. Можно накормить ее?
Магнус ожидал услышать что угодно, но только не это. Впрочем, имея в виду то, как яростно боролась Зарабет за сестру, подвергая себя смертельному риску, можно было предположить, что ничего важнее малышки для нее не существует. Неужели ей самой не хочется есть? Или для себя она собирается попросить о чем-то другом?
– Возвращайся назад. Я велю Хоркелю принести еду. Зарабет молча кивнула и повернулась, чтобы уйти, но Магнус удержал ее за руку.
– И не выходи больше на палубу. Несмотря на то что ты сейчас страшна, как ведьма, кто-нибудь из команды может позариться на тебя. Они скучают без женщин во время плавания, и, если твоя честь тебе дорога, лучше не появляйся. – Он помолчал, а затем добавил:
– Я прорежу дырку в пологе, чтобы внутрь проникал свет и воздух.
Зарабет снова кивнула. Прежде чем скрыться за занавеской, она бросила взгляд на море. Ветер растрепал ей волосы, губы были солеными от брызг. Волны с грохотом разбивались о борт корабля. Вдали темнела узкая полоска удаляющегося берега.
Матросы по-прежнему молча наблюдали за ней. Что эти чужие люди о ней думают? Неужели считают убийцей? Впрочем, какое ей дело до них.
Зарабет вернулась к Лотти. Прошло довольно много времени, прежде чем под навес, согнувшись, вошел Магнус, а вовсе не Хоркель. В руках у него были две миски с тушеной телятиной. Он принес и хлеб, завернутый в кусок белого полотна.
– Не думай, что тебя все время будут так кормить, – сказал он. – Через пять дней мы достигнем Хедеби, крупнейшего торгового порта Дании. Там у меня есть кое-какие дела. Затем возьмем курс на север, к фьорду Осло.
Зарабет показалось, что Магнус стал чуть добрее и как будто чувствовал себя смущенно. Может быть, наконец-то поверил ей? Вдруг он готов выслушать ее объяснения? Однако следующие слова Магнуса отрезвили Зарабет и снова ввергли в пучину безнадежности.
– И не вздумай кокетничать с моими людьми. Они возьмут то, что ты предлагаешь, но взамен ты не получишь ничего, кроме боли и презрения. Мои люди мне преданны. А ты всего лишь рабыня, которую можно использовать для удовлетворения плотских потребностей, как я это сделаю сегодня ночью. Ты хотела бы помыться, но забудь об этом. И приготовься, Зарабет, потому что, как только стемнеет и матросы завалятся спать, я приду к тебе.