Сезон солнца
Шрифт:
Девочка протянула хозяйке цветок, и та похлопала ее по щеке, как собачку, которая хорошо выполнила команду.
Эгил с презрением относился к Сесилии, ее надменность и чванство казались ему смешными. Что касается короля Гутрума, то мальчик не знал, что и думать. Король был старше, чем дедушка Эгила, но старался выглядеть моложе и вел себя с Сесилией, как страстный любовник, а хозяйка с удовольствием играла с ним в эту странную игру.
Сначала Эгил хотел рассказать королю о себе, но передумал, когда в разговоре со своим советником – который
Интересно, знаком ли король с его отцом, Магнусом? Эгил желал бы узнать Гутрума поближе и ждал подходящего момента. Король отличался вспыльчивым нравом, но сын Магнуса был терпелив и неглуп. Ему не хотелось раздражать короля, который пока обладал властью над ним и Лотти.
Мальчик часто думал об Орме, который захватил их с Лотти в плен, когда они едва живые замерли на песке, чудом спасшись из морской пучины. Эгил наткнулся на Лотти возле песчаной косы. Она лежала в воде лицом вниз, ее ноги были опутаны водорослями. Он быстро оборвал водоросли и вытащил Лотти на берег, сам едва не захлебнувшись.
В тот момент Эгил не думал о смерти, а беспокоился лишь о жизни девочки. Он сделал Лотти искусственное дыхание, как учил его отец. Она не сразу начала дышать. Эгил устало улыбнулся, отер со лба испарину, и в этот момент рядом оказался Орм Оттарсон.
Мальчик очень обрадовался, решив, что незнакомец отведет их в Малек. Но не тут-то было: детей завернули в толстые одеяла и куда-то потащили. Эгил спросил, куда они направляются, но в ответ получил сильнейший удар в челюсть и услышал, как Орм дьявольски расхохотался. В Иорке бандит подарил их королю.
Эгил очень скучал без отца. Магиус приходил к нему в снах, сильный и смелый; его глаза становились печальными, когда он смотрел в морскую даль, думая о сыне. Эгил не раз представлял себе, как Магнус со своими людьми ищет его повсюду. Отец наверняка обшарил всю округу и отчаялся найти его. Вероятно. думает, что Эгил утонул или разорван дикими зверями.
Лотти стояла на коленях и изучала мозаику. Ей понравились яркие цвета мозаики, фигурки людей казались забавными, и она увлеченно водила по ним маленьким пальчиком.
Сесилия воткнула розу в волосы и не знала, чем теперь заняться. Эгил считал ее легкомысленной и никчемной женщиной. Даже Сира, любовница отца, и то приносила какую-то пользу.
– Эгил! – окликнула его Лотти, призывая разделить с ней восторг по поводу мозаики.
Мальчик снисходительно улыбнулся и присел на корточки рядом. Дети стали рассматривать изображение человека, едва прикрытого белым покрывалом, стянутым кожаным поясом. На голове у него сиял золотой шлем. Мужчина был огромен, силен и, казалось, уверен в себе. Он стоял на носу лодки,
Красивый мужчина напомнил Эгилу отца.
Мальчик вздрогнул, издал странный гортанный звук, и Лотти быстро обернулась к нему. Девочка взяла Эгила за руку, улыбнулась ему ласково и закивала.
На другой картине человек в шлеме уже стоял на берегу, угрожая шпагой невидимому врагу и готовясь броситься в бой. На третьей, последней, картине был изображен дракон, издыхавший в дыму и пламени. В длинной шее чудовища торчала шпага героя.
– Отец спасет нас, – прошептал Эгил. – Это предзнаменование!
Шаги за спиной заставили детей обернуться. Но это была не Сесилия, а король, и в сердце Эгила затеплилась надежда, несмотря на страх перед властителем Иорка. Казалось, Гутрум был в благодушном настроении. Мальчик смотрел на этого отважного воина, лицо которого, загорелое и обветренное, покрывали многочисленные шрамы, полученные в боях. Его плечи чуть согнулись под бременем лет, а шевелюру и бороду уже тронула седина. Гутрум был в роскошном, шитом золотом одеянии, которое сверкало и переливалось.
Лотти притихла, испуганно глядя на короля. Она спряталась за Эгила и тревожно ожидала, что будет дальше. Король Гутрум заметил детей и кивнул им. Его сопровождал человек, одетый как солдат.
– Принеси нам рейнского вина, мальчик.
Эгилу было интересно узнать, о чем говорят мужчины. Он дал Лотти знак не двигаться с места, наблюдать за гостями и постараться понять, о чем они беседуют. Затем бросился в дом, чтобы найти служанку Сесилии и передать ей приказание короля. Королевский солдат Аслак начал свою пылкую речь:
– Мы должны раз и навсегда покончить с королем Альфредом. Нужно собрать все войско и ударить разом! Вот увидите, проклятые саксы разбегутся, как крысы! И нечего возиться с Альфредом. Вы сами не раз говорили об этом.
– Да, это правда. – Гутрум задумчиво погладил бороду. – Так что ты предлагаешь, Аслак?
– Я сам поведу войско на Чиппенхэм, к воротам королевского замка. Пусть наше появление будет для Альфреда неожиданностью. А на обратном пути мы возьмем столько золота и серебра, сколько сможем унести на себе. Альфред поймет наконец, что викинги не кланяются никому, тем более грязному саксу. Пришло время для решительного удара!
Гутруму понравились слова воина. Король и сам частенько говорил подобные вещи. Однако он привык принимать взвешенные решения, ему нужно было подумать, несмотря на то что смелая речь солдата заставила вскипеть его кровь.
– Мне надо все взвесить, Аслак. Это рискованное предприятие. Альфред не похож на своих соседей и не сдастся без боя.
– Наступит день, когда вы станете властителем всей Англии. Так разве не стоит приблизить этот миг? Разве вам не хочется поскорее сжать в своей длани бразды правления?