Сфинкс
Шрифт:
— О какой гробнице вы говорите? — спросил Ахмед.
— О той, что расположена под усыпальницей Тутанхамона.
Мухаммад вскочил на ноги и снова обрушил на Ахмеда неудержимый поток арабской речи. На этот раз тот слушал двоюродного брата, не пытаясь его прервать. Когда Мухаммад закончил, Ахмед вновь повернулся к Эрике.
— Вы в самом деле чудо. Тем не менее теперь вам известно, почему ставки в этой игре так высоки. Да, мы сторожим неразграбленную усыпальницу одного из самых великих египетских фараонов. Вам нетрудно понять, что это означает невероятное, немыслимое богатство, и вы, наверное, догадываетесь, в какое затруднительное положение нас поставили.
Эрике пришлось снова думать о бегстве. Сначала она была вынуждена обмануть Ивона, теперь то же самое предстояло сделать с Ахмедом.
— А почему вы до сих пор в гробнице почти ничего не тронули? — спросила она, выигрывая время.
— Ценность находящихся там сокровищ настолько значительна для всей истории Египта, что изъятие даже самой малой их части требует скрупулезнейшего планирования. Наш дед Раман считал необходимой смену целого поколения лишь для того, чтобы наладить механизм сбыта драгоценностей из гробницы. Наша семья, говорил он, должна занять положение, в котором она смогла бы законным образом контролировать вывоз сокровищ за пределы Египта. В течение последних лет его жизни из усыпальницы было изъято ровно столько, чтобы хватило на оплату образования тех, кому предстояло осуществить этот грандиозный замысел. Наконец в прошлом году я занял пост руководителя Департамента по делам исторических ценностей, а Мухаммад стал начальником охраны некрополя.
— Простите, а лорд Карнарвон тоже был в числе тех несчастных, которых ваша семья приговорила к «молчанию»? — спросила Эрика.
— Точно я не могу сказать. — начал Ахмед. — Это случилось слишком давно. Но думаю, что так оно и было. А как вы докопались до истины? Я имею в виду: что натолкнуло вас…
В эту секунду во всем доме погас свет. Эрика сидела не шелохнувшись. Она слышала, как один из арабов снял с телефона трубку, а затем, чертыхнувшись, бросил ее обратно. «Наверное, это Рауль с Ивоном, — подумала Эрика. — Даже телефон отключили».
Затем она услышала быстрый приглушенный обмен репликами, а еще через несколько мгновений ее глаза мало-помалу начали различать очертания предметов. Внезапно из темноты на Эрику надвинулась чья-то фигура. Она инстинктивно отпрянула. Это был Ахмед. Он крепко взял ее за запястье и, потянув к себе, поднял на ноги.
— Вы так и не сообщили мне, кто вас преследовал. — свистящим шепотом произнес Ахмед.
Эрика не могла ответить. Язык от страха ей не повиновался. Мысль о том, что она оказалась меж двух враждующих сил, буквально парализовала ее. В конце концов она с трудом выдавила:
— Ивон де Марго.
Ахмед заговорил с Мухаммадом, и Эрика увидела, как у того в руках тотчас блеснуло какое-то оружие. В полной растерянности она озиралась по сторонам, понимая, что ситуация снова вышла из-под контроля и можно ожидать самых непредсказуемых последствий.
Внезапно Ахмед повлек ее в глубину дома. Они быстро миновали гостиную и, пробежав по длинному темному коридору, оказались где-то в задней части строения. Эрика пыталась освободить свою руку, но цепкие пальцы Ахмеда держали ее кисть не хуже стальных наручников. Мухаммад бежал следом за ними.
Через секунду они выскочили в небольшой дворик и, обогнув конюшню, оказались у потайной дверцы. После быстрого обмена репликами Ахмед приоткрыл низенькую калитку. Улица снаружи была пустынна и темна. Первое, что услышала Эрика, — четкий и резкий звук выстрела. Ахмед остановился на мгновение,
В эту минуту Эрика вспомнила о двух министерских особняках, охраняемых постоянно сменяющимися солдатами. Не раздумывая, она направилась в их сторону, стараясь держаться в тени деревьев. Приблизившись к особнякам, Эрика вышла на залитое огнями шоссе. Солдаты были на посту. Они болтали о чем-то, курили, поплевывали на песок, смеялись. Завидев Эрику, оба солдата повернулись к ней, и она медленно приблизилась к тому, что помоложе. Мешковатая униформа смешно пузырилась у него на груди, высокие ботинки ослепительно сверкали в лучах висевшего у ворот прожектора, на левом боку покоился в кобуре автоматический пистолет.
Не останавливаясь. Эрика прошла мимо изумленного новобранца на территорию охраняемого им дома.
— О аф андак! — завопил солдатик и двинулся следом за нею.
Собрав последние силы, Эрика крикнула: «Помогите!» — и продолжала кричать до тех пор, пока в доме не зажегся свет. Вскоре на пороге появилась массивная фигура в халате.
— Вы говорите по-английски? — задыхаясь, спросила Эрика.
— Разумеется, — ответил мужчина. В его голосе явственно слышалось раздражение.
— Вы работаете в правительстве?
— Да, я — заместитель министра обороны.
— А к Департаменту по делам исторических ценностей имеете какое-нибудь отношение?
— Нет, ни малейшего.
— Чудесно, — сказала Эрика. — В таком случае у меня есть для вас просто невероятная история…
Бостон
Большой двухпалубный авиалайнер слегка накренился и начал плавно заходить на посадку над аэропортом Логана. Прильнув к стеклу иллюминатора, Эрика не отрывала глаз от раскинувшейся под нею восхитительной панорамы осеннего города. Никогда еще, возвращаясь домой, она не испытывала такого волнения.
Самолет слегка встряхнуло, и через секунду он покатился вдоль посадочной полосы. Пока тяжелый «Боинг» выруливал к месту стоянки. Эрика вновь с изумлением припомнила то, что ей довелось пережить с момента своего отъезда. Она возвращалась домой совершенно другим человеком. И прежде всего человеком, которому наконец удалось шагнуть из кабинетной тиши в бурный водоворот реальной жизни. А приглашение египетского правительства возглавить научные работы в найденной ею гробнице Сети I меняло к лучшему ее служебное положение и, честно говоря, могло обернуться в будущем блестящей карьерой.