Сфинкс
Шрифт:
Итак, Свиридов ждал возвращения Ольги и готовился к нему. О Борисе он знал мало, но этот фактор его не особо беспокоил - черт с ним, подумаешь, мальчишка. Англичане? Да, с ними придется считаться, но против любого лома вопреки поговорке все-таки есть прием, и Свиридов сумеет его найти. Главное - информация Иллерецкой. Валерия Свиридова всегда недооценивали... А он не так прост, и он докажет это всему миру.
Свиридов размножил фотографии Ольги (они сохранились у него после организации неудачного покушения) и раздал сотрудникам отдельного отряда пограничного контроля "Москва" в аэропорту
Все эти (и другие) подготовительные мероприятия полковник проводил втайне от коллег по отделу "Торнадо". Проект "Коршун" считался мертвым и похороненным, и пока не в интересах Свиридова было вызывать его призрак. Потом "Торнадо" станет ядром "Коршуна-2", но лишь тогда, когда все рычаги будут в руках полковника, и он примет все меры, чтобы никто не мог перехватить их... А сейчас ему непосредственно помогали только двое "независимых оперативников". Конечно, на службе знали, что он предполагает возвращение Иллерецкой, так как его пограничные приготовления скрыть было невозможно, но относились к этому не слишком серьезно. В её возвращение никто не верил, однако чем черт не шутит... Тогда можно будет расспросить её об английской одиссее. Сам же полковник твердо знал две вещи: она вернется, и она исчезнет.
Его предприимчивость и терпение были вознаграждены. Из Шереметьева-2 ему сообщили о прибытии Иллерецкой в сопровождении Градова. Их вели до города, где передали Свиридову, а он следовал за ними до квартиры Калужского. Действовать там полковник не решился - слишком оживленно было у подъезда. Он мог только гадать, как долго там пробудут Ольга и Борис. Может быть, переночуют? Но уж ночью-то он...
Все получилось иначе. Они вышли и сели в такси (хорошо, что не спустились в метро, в таком случае полковнику пришлось бы временно оставить машину).
Дом, где жил Андрей Мезенцев, по мнению полковника, идеально подходил для похищения. Прокравшись в подъезд вслед за Борисом и Ольгой, Свиридов сумел краем глаза взглянуть на открывшего им дверь человека. Опасности не представляет, заключил полковник. И на вооруженную охрану здесь явно не напорешься. Друзья Иллерецкой - не того полета птицы.
Пока вернувшийся в припаркованную на углу машину полковник присматривался и раздумывал, ушел Градов. Еще лучше... Не надо медлить.
Но Свиридов принужден был ждать ещё с полчаса. На детской площадке неподалеку гуляли зоркие бабушки с внуками. Едва они убрались, полковник подрулил к подъезду, поднялся по лестнице и вложил отмычку в замок.
В прихожей послышались шаги. Свиридов распахнул дверь ударом ладони плашмя. Молодой человек, лицом к лицу с которым он оказался, с перепугу бросился бежать. Свиридов настиг его и свалил, саданув по голове кулаком с зажатой
Иллерецкая в страхе отступила к стене. Полковник выхватил из кармана шприц и всадил в плечо девушки, без труда подавив её сопротивление.
Снадобье быстро достигло мозга. Зрачки Иллерецкой расширились, на лице появилось отрешенное выражение.
– Вот и хорошо, милая, - сказал Свиридов.
– Теперь пойдём. Ты моя младшая сестра, правда?
– Да.
– Ты ведь хочешь поехать к нашей маме, да?
– Да.
Полковник вывел девушку из квартиры, они сели в машину. Маленькое происшествие с сержантом Петровым не очень обеспокоило полковника - для таких случаев он и приготовил фальшивые документы и номера.
Оля смутно воспринимала происходящее. Наркотик установил мощную завесу между ней и миром, но где-то на периферии сознания билась одна мысль, одно имя: Борис... И когда Свиридов вышел, чтобы замаскировать машину, она почти инстинктивно нацарапала ногтем на пластике буквы L и Z.
Свиридов заметил царапины, но посчитал их следствием нарушения координации движений под наркотиком. К тому же оставь здесь Ольга хоть целое письмо, как это поможет ей?!
У дома их встречали "независимые оперативники", матерые убийцы Саша-Медведь и Слава-Вальтер (прозвище по пристрастию к любимой марке пистолета). Вначале полковник планировал использовать их как ассистентов при похищении, но потом отказался от этой идеи. Громилы могли создать больше проблем, нежели разрешить. Но в качестве охраны и исполнителей простых поручений они незаменимы.
– Порядок, господин полковник?
– весело спросил Вальтер. Свиридов не скрывал от горилл ни своего имени, ни звания, ведь им предстояло умереть.
– Порядок, - подтвердил Свиридов, державший за руку Иллерецкую.
– Но допросить её можно будет только завтра к вечеру. Я вспрыснул ей неслабую дозу.
– А эта доза, чего вы ей там впрыснули, может, наоборот, язык ей развяжет?
– Увы, нет. Она механически подтвердит любое внушение, но её мозг отключен.
– А нет ли у вас этой... Сыворотки правды?
– Нет, - усмехнулся Свиридов.
– Да и зачем? У нас в подвале своя сыворотка, получше.
28
Оля очнулась в полной темноте. Что с ней случилось, где она? Девушка немногое помнила с того времени, как беседовала с Мезенцевым в ожидании Бориса. Какой-то человек, какая-то машина...
Неожиданно зажегся электрический свет. Он был неярким, словно лампочку питал подсевший аккумулятор. Иллерецкая обнаружила себя лежащей на голой кушетке в крохотном помещении без окон. Было сыро и холодно, болела голова.
Дверь со скрипом открылась, вошел высокий широкоплечий мужчина. Он посмотрел на часы.
– Очнулись?
– грубовато бросил он.
– Пора бы...
Ольга приподнялась, села на кушетке.
– Где я? Кто вы такой?
– О, какие хорошие вопросы, - мужчина недобро улыбнулся.
– Вы начинаете как раз с самого главного. Отвечу в обратном порядке. Я полковник Свиридов, АЦНБ, отдел специальных операций "Торнадо". Можете называть меня "господин полковник". А где вы - сейчас узнаете. Это пойдет вам на пользу.