Сфинкс

Быстров Андрей Михайлович

Переключив скорость, Слейд улыбнулся.

– Вы правы. Я работаю не в музее, но ничего криминального в моей деятельности нет. Напротив, я противостою разного рода криминалу.

– ФСБ?
– предположил Левандовский.

– Давайте лучше не уточнять...

– Хорошо, отвезите меня домой...

В квартиру Левандовского они поднялись вместе.

– Вы не возражаете, если я приму ванну?
– Левандовский смутился. Понимаете, это психологическое... Смыть с себя страх...

Англичанин молча кивнул.

Пока Левандовский плескался в ванне, Слейд оглядывал книжные полки.

Через полчаса из ванной вышел египтолог в махровом халате. Он сразу прошел в кухню и зажег конфорку под чайником. К нему присоединился Слейд.

– Это ужасно, - пробормотал Левандовский.
– Не скажу, что Михаил Костров был моим близким другом, но... Такая чудовищная смерть! Не могу прийти в себя.

– Да, конечно, - сочувственно произнес Слейд.
– Но вы видели, что я стрелял не в него. Это несчастный случай.

– Вот именно... Все мы под Богом...

– Бесспорно, - кивнул Слейд.
– Илья Владимирович, дело вот в чем. Я веду расследование по поводу стилета, привезенного Костровым из Египта...

– Расследование?
– встрепенулся Левандовский, едва не уронив пачку чая.
– Уж не хотите ли вы сказать...

– Илья Владимирович, стилет был украден из археологического музея в Каире.

– О Господи! Но как это могло случиться? Ведь никаких сведений о краже... Для большой прессы это, может, и мелочь, но хоть специалисты знали бы, что...

– Я не имею права вдаваться в подробности, - сухо ответил Слейд.
– Но стилет получили от Кострова вы. И передали его Калужскому тоже вы.

– Уж не считаете ли вы меня соучастником кражи?!
– возмущенно воскликнул египтолог.
– Или Кострова, или нас обоих?

– Не знаю, - отрезал Слейд.
– Пока я хочу услышать от вас все, что вам известно.

– Да ничего мне не известно, - Левандовский принялся заваривать чай. О краже, во всяком случае. Костров принес стилет и попросил оценить его, сказал, что купил на каирском базаре за сорок фунтов... Еще он просил разузнать подробности...

– Какие подробности?
– Слейд взял со стола изящную фарфоровую чашку.

– Исторические, археологические.

– Ясно. Значит, вы исследовали экспонат?

– Ну, я заметил, что он как две капли воды похож на стилет из египетского музея, но не мог же я предполагать... Тем более, что...

Левандовский колебался. Говорить ли о сделанных им открытиях? Да почему бы и нет? Квартира профессора Калужского ограблена, стилет исчез... Какие теперь статьи и приоритеты. К тому же стилет принадлежит музею в Каире...

– Видите ли, стилет непростой. Я думал, это новая находка. Иначе египетские ученые обнаружили бы...

– Что?

– Там внутри есть второе лезвие, с текстом... Иероглифическая криптограмма... А так как я занимался расшифровкой

папирусов, написанных аналогичными криптографическими знаками...

– Вы прочли текст?
– голос Слейда зазвенел, как струна.

– Частично. С того всё и началось. Содержание было... Не совсем понятным мне... Точнее, совсем непонятным. И я отнес стилет Калужскому, чтобы он помог разобраться...

Слейд размешивал сахар в чашке, что считал русской привычкой. Кое-что прояснялось. У парня в очках на даче потребовали какую-то дискету с паролем... Потом и остальным пригрозили из-за неё расстрелом... Вполне можно допустить, что профессор Калужский завершил расшифровку криптограммы и поместил текст в защищенный компьютерный файл. Но кто и почему убил профессора? Кто тот парень, почему сначала обратились именно к нему?

– Скажите, Илья Владимирович, кроме сына профессора Калужского...

– Антона...

– Да, кроме Антона... И Кострова, вам знаком кто-нибудь из тех, кто был на даче?

– Нет.

– А молодой человек в очках?

– Нет, не знаю его.

– Ясно, - Слейд отхлебнул сладкого чая и едва не поморщился.
– Вот что, Илья Владимирович... Я прошу вас помочь нам в расследовании.

– Я готов, но что я могу сделать?

– Во-первых, через Антона вас найдет милиция. Это неизбежно, поэтому запомните: вы расскажете им всю правду, кроме двух вещей. Ни слова о том, что я был здесь, о нашем разговоре. Я, знакомый Кострова Мищенко, довез вас до города, и больше вы меня не видели. И ни слова о криптограмме, вообще поменьше о стилете. Пусть это будет обыкновенная египетская вещица за сорок фунтов.

– Разве ФСБ и милиция не действуют рука об руку?
– удивился Левандовский.

– Не всегда, - улыбнулся Слейд.

– Да... Понимаю. Но меня спросят, зачем я отдал стилет Калужскому.

– Привозили показать красивую вещь, но в тот день вам предстояли другие визиты, и вы оставили стилет у Калужского, чтобы не таскать с собой. Потом запамятовали, тут приехал Костров... Я не думаю, что милиция станет усиленно интересоваться стилетом. Их он займет, пожалуй, разве в том плане, почему вы оказались на даче.

– И Антон видел, как вы меня... Уволокли.

– А я перепугался. Думал, что вы сможете объяснить мне происшедшее.

– Мне бы кто объяснил! А вы...

– И второе, - перебил Слейд.
– Помогите мне найти Антона. Он ранен, и его отвезут в больницу. На правах друга семьи вы могли бы спросить у тех, кто будет вас допрашивать, в какую именно. Зачем им скрывать это от вас?

– А по каналам ФСБ его найти не быстрее?

– Илья Владимирович, давайте не будем вникать в оперативные тонкости нашей работы. Если в данном случае я говорю, что нужно сделать так, поверьте, так и нужно сделать. Дайте мне ваш телефон...