Сфинкс
Шрифт:
– И ничего не случается?
Борис посмотрел на девушку немного отстраненно, будто думал о своем.
– Нет, случается. Что-то ВСЕГДА случается... А большой, наверно, переполох поднялся на выставке... Ну, и среди твоих знакомых, когда ты исчезла.
– Видимо, так, - равнодушно кивнула девушка.
– Кто-то может с ума сойти от беспокойства...
– Нет, никто.
– Да? Это прекрасно... Я хотел сказать, это скверно.
Иллерецкая слабо улыбнулась - Борис не мог поручиться,
– А ты?
– произнесла девушка с неуверенной интонацией.
– Что я?
– откликнулся Борис.
– Из-за тебя есть кому сходить с ума?
– О, да... Толпы моих будущих читателей. Правда, они ещё не знают, какая утрата их постигла.
– Я серьезно.
– Серьезно? Хорошо.
– Что хорошо?
– То, что ты серьезно задаешь такой вопрос.
Борис повернулся к девушке. Капельки воды на её лице сверкали, как крохотные бриллианты.
– Это дождь, что идет с омраченных небес, - пробормотал он.
– Что?
Борис ощутил дыхание девушки, столь отличное от морского ветерка. Оно пахло... Молоком? Это невозможно, и тем не менее, это так. Молоком, свежескошенной травой, чем-то далеким, детским.
– Ничего. Просто какое-то стихотворение.
Борис осторожно коснулся губами губ девушки. Она не ответила и не отстранилась. Ее ресницы трепетали, но это был только ветер.
– Наш корабль идет ко дну?
– прошептал Борис так близко от её лица, что она не услышала, а почувствовала его слова.
– Это так, капитан.
– Но мы можем уйти на берег.
– Нет, капитан. Никто не может. Людям лишь кажется, что можно сесть в шлюпки и вернуться на берег. На самом деле никто и никогда не уходит с тонущих кораблей.
– Никто и никогда?
– Нет.
Борис обнял девушку, глядя в её невероятно синие, как небо, глаза. Всегда что-то случается, и никто не уходит с тонущих кораблей.
Уцепившись за низенький фальшборт, девушка встала и закричала по-английски:
– Хей, шкипер! Мы возвращаемся в гавань!
Удивленный Том Лэннинг оглянулся.
– Но вы же ещё ничего не видели! Я хотел показать вам древние скалы Блэкуотера, мисс...
– Бунт?! Я прикажу протащить вас под килем!
Лэннинг расхохотался, демонстрируя крепкие белые зубы, и заложил такой крутой вираж, что девушка не удержалась на ногах и плюхнулась на колени Бориса. Через двадцать минут "Аманда Линн" причалила там, откуда отправилась в путь.
– Спасибо, Том, - искренне поблагодарил Лэннинга Борис.
– Это было лучшее путешествие в моей жизни.
Пожав руку озадаченному мореплавателю, он подхватил девушку и вынес на берег.
– Пиво забыли!
– окликнул его Том.
– Угощаю, - великодушно объявил Борис, которого переполняла жажда благотворительности.
–
– Уроню то, что мне дорого?! Никогда! Однажды я уронил и разбил бутылку водки, так это мне был урок на всю жизнь.
Он донес девушку до самого дома, изрядно запыхавшись. Борис пренебрегал спортом и не привык держать в руках груз тяжелее записной книжки, но на сей раз ему так хотелось сделать исключение...
В парке, под густыми древесными кронами, уже совершенно стемнело. Борис нашарил выключатель и зажег четырехгранные фонарики, осветившие крыльцо.
– Добро пожаловать домой, - сказал он.
– Но это не наш дом, - с грустью проговорила девушка.
– Нет, это наш дом. Дом странников, укрывающихся от грозы.
Борис прошел в гостиную, включил бра по обеим сторонам книжных полок.
– Я промокла и замерзла, - пожаловалась Ольга.
– Прими горячий душ, а я растоплю камин.
– Ты умеешь топить камин?
– Надо же когда-то учиться.
Она отправилась в ванную, а Борис занялся камином. Сначала он напустил в комнату столько дыма, что можно было повесить не просто топор, а полный комплект снаряжения пожарной бригады. Борис открыл окна, и дым немного рассеялся, зато образовался сквозняк и принес с собой новую напасть: огонь в камине заполыхал с такой чудовищной силой, что знаменитый костер Паниковского бледнел в сравнении с ним. Борис схватился за кочергу. Наконец он ухитрился умерить пламя, так что дикий вой в трубе перестал напоминать о запусках баллистических ракет.
Оля вышла из ванной в темно-фиолетовом долгополом халате. Она кашлянула от дыма, устроилась в кресле у камина. Халат чуть распахнулся на груди.
– У тебя здорово получилось... для первого раза, - произнесла она. Можно снимать исторический фильм о газовой атаке немцев на Ипре в 1914 году... Но все-таки закрой окна. Я простужусь.
Борис выполнил её просьбу, а она говорила:
– Знаешь, в этой ванной я была вроде Алисы в стране чудес. Там есть такие штуки...
– Какие?
– спросил Борис, выуживая сигарету из деревянного ящичка в верхнем отделении бара.
– Такие... Их надо крутить, а потом нажимать.
– Ну да?
– Еще бы... Я поняла, именно в этом всё дело, когда попадаешь в чужую страну. Люди, автомобили, магазины - все такое же. Дома немного другие, но главное отличие в мелочах. Как открыть воду в ванной? Как позвонить по уличному телефону? Куда бросать жетоны, чтобы пройти в метро, и есть ли у них вообще жетоны? В книгах об этом не пишут.
– Конечно, не пишут, - согласился Борис.
– Это само собой разумеется. Пойду посмотрю на твои штуки. Значит, сначала крутить, а потом нажимать? Не наоборот?