Шахматист
Шрифт:
— Мануэль, выйди и немножко пройдись. А вы садитесь, переговорим в другом месте, здесь мы будем привлекать внимание.
Они отправились в окрестности Гайд Парка. Батхерст остановил экипаж и повернулся к новоприбывшим. Первые слова он адресовал знакомому уже бородачу:
— Ну как, решился?
— Скажем, что так.
— Ты уже забыл, как ко мне обращаться? Плохая у тебя память, а мне плохие не нужны. Сваливай!
Бородач встал и стиснул кулаки. Какое-то время Бенджамен ожидал нападения, глядя стоявшему моряку прямо в глаза, готовый дать отпор при малейшем агрессивном движении. Но великан упал назад на сидение и буркнул:
— Решился, сэр.
— Отчего же?
— Я порасспрашивал… так ребята говорят, что Док и вправду пришил Пегги. Только он не проигрывает, и его никто не знает…
—
— Меня зовут «Веревкой», сэр, а больше и не нужно.
— А он? — указал Бенджамен на второго моряка.
— Это Ларри Брайтон, сэр, или же «Жабий Глаз», мой приятель.
В течение нескольких минут Батхерст объяснял, что им предстоит сделать. Затем вынул тот же самый план, который перед тем показывал поляку.
— Смотрите, вот тут Флит Дитч. Вот тут вход. Мы войдем сюда. Когда Док захватит меня, я заставлю его выслать ко мне домой своего человека. Скорее всего, это будет тот, кого я вам уже описал. Впрочем, мой человек, Мануэль, который будет с вами, его знает. Док не пошлет его через передние двери, наверняка через какие-то боковые, скрытые. Ваше задание и состоит в раскрытии этого тайного входа. Зал и фронтальная часть пивной будут заняты моими людьми, вы же закроите эту улочку с тыла. Когда вы захватите его, вам нужно будет как можно скорее заставить показать вам дорогу или дверь в помещение, где буду находиться я и Док. Ровно через десять минут после перехвата гонца вломитесь в эту дверь. Ни секундой раньше или позже!
— А кто нам посчитает время, сэр?
— Мануэль. Часы у него имеются, а может даже пара или две. До сих пор он занимался тем, что доставал себе часы. Все ясно?
Бородач почесал затылок и после раздумья ответил:
— Да, сэр, вот только что нам делать, если на нас нападут в этом проходе? Втроем мы, может, и не справимся…
— Что, оружия нет?
— Ножи и веревка, сэр.
— Хватит. У Мануэля есть гранаты. Так что справитесь. Он вам покажет место, где затаиться. Сейчас мы едем за ним, и я вас оставляю. Посидите где-нибудь в пабе, только много не пейте! Ровно в девять вечера вы должны быть на месте.
— Ай-Ай [113] , сэр! — в один голос ответили те.
Возвратившись в дом миссис Джибсон, Бенджамен прилег на часок. Он и так уже устал, а ведь самое трудное было еще впереди. Без пяти восемь вечера Сий разбудил его. Ровно в восемь состоялось последнее совещание.
— Сейчас я выхожу с Сием, чтобы захватить одного типа, который должен мне выдать, где гнездится Док. Вы выходите через сорок пять минут под командованием Юзефа. Встречаемся на Лоу Лейн.
113
Морское: так точно!
Батхерст сказал только это и ушел. Без пяти девять все уже были в Сторгейте.
— Пошли на Флит Дитч, — приказал Батхерст.
Не прошло и четверти часа, как они были у цели.
Флит Дитч. Эта улица, впоследствии, после расширения, называемая Флит Стрит, довольно широкая, вонючая и грязная, была королевой среди самых паршивых улиц Лондона. Старинные описания этого квартала и его артерий, таких как Флит, Чик Лейн, Филд Лейн [114] и других, переплетенных густой сетью закоулков, могут вызвать сомнения читателя, поскольку представляют картину более мрачную и более позорную, чем описания Двора Чудес [115] в средневековом Париже. Сложно поверить, что в XIX веке в Лондоне существовали такие места, где среди белого (пускай и туманного) дня срезали кошельки или перерезали горло, ночью — устраивались дикие оргии, во время которых разврат, азарт и преступление соревновались друг с другом, а утром нужен был сильный дождь, чтобы смыть подтеки крови. Ни констебль, ни «Чарли» [116] , ни «Красный» [117] , никто из чиновников не осмеливался зайти после наступления темноты в эту обитель беззакония. Дезертиры
114
Фрагменты Флит Дитч еще существуют в Лондоне (Флит Стрит). Филд Лейн и Чик Лейн были разрушены в 1844 году. На их месте сейчас находятся Нью Бридж Стрит, Кинг Эдвард Стрит и другие.
115
Двор Чудес (Cour des Miracles) — парижское гнездо отбросов общества, средневековое царство нищих и преступников.
116
Прозвище тогдашних стражей порядка, ночных сторожей, в обязанности которых входило патрулирование лондонских улиц.
117
Redbreats — конные полицейские, действующие в Лондоне с 1805 года как «Bow Street Hoese Patrol» (Конный Патруль с Боу Стрит).
Только одно место в этом царстве порока и насилия пользовалось неизменным уважением: «Олд Вайн Хаус» — винный погребок, который посвященные называли «палубой Дока». Гарантией этого уважения был страх. У этого заведения имелась собственная клиентура, и здесь не любили чужаков; поэтому были такие, кто жил неподалеку от Флит Дитч с самого рождения и ежедневно проходил мимо входа с облезшей вывеской, но так и не видел, что же находится внутри. Окна всегда закрывали плотные шторы. Они не поднимали даже в полдень, поэтому даже солнце было из тех обитателей квартала, которые не были удостоены чести осмотреть таинственную «палубу Дока». Батхерст и вправду был дерзок — он осмелился совершить то, что было запрещено самому Солнцу!
В двойном круге света фонарей, висящих под кирпичным козырьком, словно призраки появились поляк Матеуш и Браун. Они обезоружили охранников и впихнули их внутрь, после того как Юзеф, Джимми Липтон, Парвис, Сий и Батхерст влетели в зал. Трое первых запрыгнули на столы, и поляк крикнул:
— Если кто шевельнется — убью! Лапы вверх и под стенки! Давай!
И в тот же момент нажал на курок: раз и другой, и Браун сделал то же самое. Не все удалось, как им хотелось. Кое-кто из присутствующих попытался вытащить оружие — таких тут же пристрелили. Еще один, закрыв голову руками, прыгнул в окно, разбил стекло, перекатился по земле, поднялся, но внезапно закрутился на месте и свалился в лужу, будто его срезали косой. Это проявил бдительность Ригби.
Все продолжалось буквально несколько секунд [118] . Пока Юзеф расставлял два десятка бандитов под стенами, а Матеуш с Парвисом обыскивали их, забирая оружие, Батхерста в зале уже не было. Еще до того, как раздался первый выстрел, он приложил бармену ствол к виску и прошипел:
— Говори, где Док, или я тебя пришью!
Движение руки в направлении занавески, закрывавшей дверь, удар рукоятью пистолета по голове и рывок с Сием в направлении дверей, в грохоте выстрелов за спиной.
118
Автор Мемориаланаписал так: «Я дольше пишу это предложение, чем все это продолжалось».
Вторая комната была пуста. Высоко, чуть ли не под потолком, по стенам шла галерея, на которую вела узкая лестница. На противоположной стене было двое дверей: справа и слева. Ну, какая из них? Батхерст остановился в сомнении, и тут же услыхал за собой слова Липтона, которые ожидал услышать:
— Бросайте оружие, сэр! И оба лапки вверх. Быстро, иначе буду стрелять!
Батхерст бросил револьвер на пол. Вместе с Сием он поднял руки.
— Все нормально, Джимми! — крикнул с галереи мужчина с нацеленным вниз ружьем. — Обыщи их и проведи к шефу.