Шаман
Шрифт:
– То есть?.. – Брейгель поднял ладонь и резко опустил ее вниз, будто прихлопнул кого.
– Именно, – кивнул мункумболе. – Поэтому у нас ничего не получится до тех пор, пока рядом находится проклятый.
– По-моему, старик нас дурачит, – шепнул Орсон Осипову.
– Но ты же видел «серого».
– Скажи еще, что это был Измаил.
– Не знаю… Не думаю, что это был он.
– Почему?
– Это не его стиль.
– Мы его почти не знаем.
– Хорошо, как нам узнать проклятого? – спросил Зунн.
– Это не просто… – Старик в задумчивости похлопал себя ладонью
– Так что же делать! – Зунн уже начал терять терпение.
– Я сделаю для всех вас амулеты, снимающие проклятие невезения, – улыбнулся Ной.
– Это проще, чем снять проклятие с одного?
– Ну, если под рукой есть все необходимое… По-счастью, я, кажется, прихватил с собой все, что нужно.
Ной сделал знак рукой Ксавьеру, и тот передал ему свой мешок. Старик уселся на пол, поставил мешок между ног и принялся перебирать его содержимое. Но так, что другим не было видно, что там у него в мешке.
– Да, кстати, – приподняв голову, обратился он к остальным. – Вы уже можете двигаться.
Зунн жестами велел своим подручным занять оборону. Наемники развернули часть софитов в оба конца прохода и присели за ними на корточки, держа автоматы на изготовку.
Камохин тоже посветил фонарем в ту сторону, где скрылся «серый». Но рассмотреть что-то за светом софитов было невозможно. Стрелок повернулся в другую сторону.
– Не мешало бы проверить тупик, – сказал он негромко. – А то, если и дальше так пойдет…
– Как это «так»?
– В этой зоне всего один пакаль, и тот мы проворонили.
– Это все проклятие неудачника, – уверенно заявил Брейгель. – Вот подожди, старик сделает нам амулеты, и сразу все наладится.
Камохин недовольно поджал губы. Стремление Брейгеля все обращать в шутку порой казалось Игорю неуместным. Сейчас был именно такой случай.
– Вы полагаете, есть смысл продолжать? – спросил у Зунна Осипов.
– Ной уверен, что все еще может получиться. – Зунн немного нервно махнул рукой в сторону аборигена, перебирающего свои сокровища в мешке.
– Мне внушает серьезное сомнение один момент. По словам старика, он готовился к этому событию всю свою жизнь, а за его подготовкой стоят многие поколения предков. Если он действительно вознамерился совершить путешествие во Время Сновидений, зачем он взял с собой всех нас, белых людей, чуждых ему как по происхождению, так и по менталитету.
– Ему нужен был кут-малчера, который находился у меня.
– Думаете, он не смог бы отыскать его сам? Но даже если и так, он мог бы поставить условие, что во Время Сновидений отправитесь только вы один. И, полагаю, вы с этим согласились бы. Нас же здесь сейчас, без аборигенов, двенадцать человек. Это уже не таинство, а столпотворение какое-то.
– В этом как раз нет ничего необычного, – снисходительно улыбнулся Зунн. – Дело в том, что любой магический обряд, проводимый мункумболе, непременно включает в себя такой элемент, как коллективная медитация, в которой могут принять участие только воины и единомышленники. Когда мункумболе проводит обряд дома, в обряде участвуют взрослые мужчины одного с ним племени. Женщины, дети и старики до него не допускаются. Мункумболе Ной выбрал
Объяснение Зунна отчасти удовлетворило Осипова, и он переключился на наблюдение за тем, что делал старик-абориген.
Закончив осмотр инвентаря, который он принес с собой, Ной довольно хлопнул в ладоши, отодвинул мешок в сторону и расстелил перед собой небольшой кусок шкуры рыжеватого цвета. Следующей из мешка появилась жестяная банка из-под кофе. Открыв ее, Ной высыпал на ладонь щедрую пригоршню мелких белых кристаллов, с виду здорово похожих на самую обыкновенную поваренную соль, и широким взмахом разметал их по шкуре. Затем он достал небольшую пластиковую бутылку, заполненную какой-то темно-коричневой жидкостью, набрал ее полный рот и разбрызгал сквозь сжатые губы. Повторив процедуру трижды, он вытер губы и убрал бутылку. Те, кто стоял поблизости, почувствовали резкий, неприятный запах с явной примесью аммиака и сероводорода. Ной похлопал по шкуре ладонью, затем дважды провел пальцами вдоль ворса и один раз – против него. Достав из мешочка на поясе пару мелких монет, он и их кинул на шкуру. Внимательно посмотрев на дело рук своих, мункумболе кивнул, видимо, оставшись вполне довольным делом рук своих.
– Мне нужно несколько небольших предметов, таких, чтобы каждый из вас мог все время носить его, повесив на шею или просто в кармане.
– Патроны подойдут? – спросил Камохин.
– Нет, – сделал отрицательный жест рукой Ной. – Нужен цельный предмет, пребывающий в состоянии покоя.
– Может быть, пуговицы? – предложил Осипов.
– Постойте-ка! – Брейгель достал из кармана китайскую лягушку и протянул аборигену.
– Хорошо. – Ной взял лягушку двумя пальцами и внимательно осмотрел ее со всех сторон. – Очень хорошо! Лягушка является воплощением духа воды, а вода, как известно, смывает все лишнее. Но нам нужно двенадцать предметов.
Брейгель улыбнулся и высыпал на шкуру горсть металлических лягушек.
– У меня тоже есть, – добавил к ним своих Осипов.
– И у меня! – опустошил свой карман Орсон.
– Замечательно! – Старик сгреб всех лягушек в кучу и сверху посадил ту, что держал в руке.
Окропив лягушек дурно пахнущей жидкостью из пластиковой бутылки и посыпав чем-то похожим на соль, Ной накрыл их краями шкуры. Похлопав сверху по свертку, что у него получился, абориген достал из мешка уголь и нарисовал на нем овал с двумя маленьким кружками внутри.
– Теперь идите все сюда, – взмахнул рукой Ной. – Располагайтесь в круг… Все! Все! – добавил он, заметив, что наемники не торопятся к ним присоединиться. – Проклятие невезения может лежать на ком угодно!
Зунн знаками велел своим подручным присоединиться к остальным.
Когда все, включая племянников Ноя, расселись вокруг мункумболе, абориген посмотрел сначала на рисунок на стене рядом с разломом, затем на тот, что сам он нарисовал на свертке, после чего чуть переместил сверток в сторону и сориентировал его каким-то ему одному понятным образом. После этого он снова примял сверток руками и уселся на него.