Шаман
Шрифт:
Предостережение, разумеется, было нелишним.
Лестница с широкими ступенями очень неторопливо спускалась вниз. И все, кто шел по ней, всматривались во тьму, надеясь увидеть хотя бы один, слабый отсвет огня. Но ничего, абсолютно ничего видно не было. Либо за стеной не было ни одной живой души, либо все жители Страны Совершенства, Центра или Библиотеки, как называл это место Вечный, по какой-то непонятной причине держали ставни и жалюзи на окнах плотно закрытыми. Все это наводило на странные размышления.
– Скажите, а почему здесь так темно? – спросил Осипов.
– Потому
– А как же люди? Все спят?
– Какие люди?
– Здесь ведь кто-то живет? Кроме вас?
– Нет. – Старик негромко, удивленно хмыкнул. – Кому тут еще жить-то?.. Да и зачем?
Ситуация становилась все более неопределенной и странной. Осипову, как и всем остальным, хотелось верить в то, что в скором времени, не позже утра, все прояснится. Как только они собственными газами увидят, где они оказались, все сразу же станет понятным. Ну хотя бы в первом приближении. А там, глядишь, и дед разговорится. Может быть, это у него из-за бессонницы настроение дурное?
Лестница закончилась быстрее, чем можно было ожидать, и гости вместе с провожатым ступили на нереально ровное дорожное покрытие. В сумрачных отсветах фонарей оно казалось абсолютно гладким, без трещин и каких-либо вкраплений. Несмотря на продолжающийся дождь, подошвы ботинок совершенно не скользили по нему и, даже наоборот, как будто немного прилипали – необычный материал даже в мокром виде обеспечивал идеальное сцепление с любыми другими поверхностями. Осипов присел на корточки и потрогал дорожное покрытие ладонью. Ощущение было очень необычное – как будто гладишь мягкую, очень туго растянутую замшу. Покрытие было упругим, но очень прочным – попытавшись продавить его каблуком, Осипов потерпел неудачу.
– По первому времени я тоже пытался с ним хоть что-нибудь сделать, – посмотрев на Осипова, заметил Вечный. – Так, ради любопытства. Ножом ковырял, топором рубил – все без толку. Даже следа не остается!
Они шли как будто через площадь. Вокруг было открытое пространство, но, если посветить фонарем в сторону, можно было увидеть очертания темных глыб зданий, будто утонувших во тьме. Как старик ориентировался в этом кромешном мраке – оставалось загадкой. Но он столь уверенно вышагивал впереди, указывая гостям дорогу, что оставалось только предположить: либо он умеет видеть в темноте, либо за долгие годы, что он здесь провел, Вечный настолько хорошо изучил топографию местности, что мог с закрытыми глазами пройти по всем своим владениям, ни разу не споткнувшись.
– Ну, вот и пришли! – радостно объявил Вечный.
И правда, сделав еще шесть шагов, они уперлись в ровную стену. Очень похожую на мостовую, принявшую вертикальное положение.
– И куда дальше? – озадаченно осведомился Брейгель.
– Все, мы на месте. Остается только выбрать стиль оформления помещения.
– Давайте что-нибудь попроще, – предложил Камохин. – Главное, чтобы далеко не ходить.
Ему на самом деле хотелось наконец-то присесть и не то чтобы отдохнуть, а просто почувствовать, что идти больше никуда не надо. То бишь обрести наконец пристанище. Не дом, а некий его
– А мы никуда и не пойдем – все здесь!
Вечный прижал ручку зонтика к плечу подбородком, хлопнул ладонью по стене – и на ней нарисовалась небольшая двустворчатая дверь с округлым верхом, украшенным причудливыми арабесками в мавританском стиле. Дверь выглядела как настоящая. Настолько, что Брейгель не удержался и осторожно толкнул одну из ее створок. Дверца тихонько качнулась.
– Стоп! – остановил квестера Вечный. – Дальше – ни шагу!
Глава 31
– Для начала нужно определиться с интерьером. Если вы, конечно, не мечтаете провести ночь на полу, среди голых стен. На-ка, подержи! – Вечный сунул в руки Брейгелю зонтик, чтобы стрелок держал его отрытым у него над головой. – А это – тебе! – почти торжественно вручил он фонарь стоявшему по другую руку от него Лиаму. – Значит, так, исходя из того, что вы с Окраины, могу предложить вам следующие, как мне кажется, вполне приемлемые для вас варианты.
Пригладив ладонями длинные волосы, старик двумя указательными пальцами нарисовал на стене прямоугольник размером с раскрытую книгу. Который тут же засветился изнутри, подобно дисплею.
– Двухэтажный пентхаус с джакузи.
На экране появилось соответствующее изображение. Которое старик тотчас же движением пальца откинул в сторону.
– Нет, это мне совсем не нравится. Дальше – восточный диван.
На экране – комната, завешенная разноцветными коврами, заваленная подушками и заставленная оттоманками.
– Слишком экзотично, – сказал Орсон.
– Согласен. – Вечный откинул и эту картинку. – Комната в стиле модерн.
Расписанные ширмы, разноцветные витражи, кресла-качалки, стульчики с гнутыми спинками, низенькие декоративные столики.
– Чрезмерно вычурно, – заявил Осипов.
– Дальше. – Комната в стиле модерн исчезла за краем экрана. – Неомодернизм.
Стекло, пластик, керамика, прямые ножки и спинки, кресла, похожие на подвешенные к потолку яйца, столы с прозрачными столешницами и огромная пластиковая фигура дикобраза в углу.
– Очень холодно, – сказал Ной.
– Ну, на вас не угодишь, – недовольно двинул бровью Вечный. – А как вам такой вариант – английская викторианская квартира.
– О! – только и смог произнести Орсон, увидев небольшой кирпичный камин, полки с книгами, круглый стол с фарфоровыми чашками и чайником и крутую лестницу, ведущую наверх.
– Слишком мало места для семерых, – сказал Камохин.
– Вам нужен простор? – спросил Вечный.
– Ну, хотелось бы не толкать постоянно друг друга плечами.
– Тогда – бунгало в стиле африканского сафари. – Вечный выдвинул на экран картинку с очередным интерьером.
– То, что надо! – уверенно заявил Брейгель и толкнул дверцу так, что сразу обе створки распахнулись.
Экран на стене исчез.
– Простите, – обратился к остальным Вечный. – Но ваш товарищ сделал выбор за всех.