Шаман
Шрифт:
«В чем дело, Док?» – Брейгель первый догадался сунуть Орсону под нос свой ПДА, дабы напомнить, что они все еще в зоне тотального безмолвия.
Орсон тут же понял, в чем заключалась его ошибка. Он присел на корточки, сделал глубокий вдох и медленно, от живота, развел руки в стороны, одновременно выпуская воздух сквозь плотно сжатые губы. Сделав релаксирующее упражнение, он принялся набивать сообщение:
«Человек в пробковом шлеме!!»
Остальные квестеры непонимающе переглянулись. Осипов сделал знак рукой, означавший, что никто из них не понимает,
Англичанин недовольно скривился и снова склонился над ПДА:
«Никого не напоминает?»
Снова обмен взглядами. После чего каждый отрицательно покачал головой.
Камохин вывел на дисплей сделанный снимок, увеличил изображение и запустил программу улучшения четкости.
«Ну!» – нетерпеливо взмахнул рукой Орсон.
«Вроде бы кого-то напоминает», – не очень уверенно отозвался Камохин.
«Если я его где-то и встречал, то за руку точно не здоровался», – поддержал его Брейгель.
Биолог с надеждой посмотрел на Осипова.
Осипов еще раз посмотрел на изображение. И вдруг, как наяву, почувствовал острый, чуть сладковатый мускусный запах.
«Паук!»
«Точно!»
«О чем вы, парни?»
«Гоби. Зона 41»
«Гигантский пак?»
«Человек, провалившийся в воронку. Боливийский немец, увлекавшийся мистикой… Как его звали?»
«Тот, у которого дед в Аненербе?»
«Да!»
«Гюнтер Зунн. Он-то здесь при чем?»
Орсон еще раз настойчиво ткнул пальцем в фотографию на дисплее планшета.
«Проснись, Док! Мы же видели Зунна мертвым!»
«К тому же этот парень лет на 30 моложе».
Орсон одобрительно хлопнул в ладоши и показал большой палец.
«Прикольно!» – улыбнулся Брейгель.
Англичанин непонимающе вскинул брови.
«Док, ты очень убедителен, когда молчишь!»
Орсон безнадежно махнул на него рукой и пальцем толкнул в плечо Камохина.
«Я не понимаю», – написал тот.
«Человек в пробковом шлеме похож на Гюнтера Зунна», – объяснил Осипов.
Стрелки еще раз внимательно всмотрелись в фото человека на дисплее.
«Некоторое сходство есть».
«Определенно похож!»
«И что дальше? Что мы имеем с того, что этот тип в шлеме похож на Зунна?»
Орсон, как дирижер, широко и плавно, призывно взмахнул руками. Собственно, англичанину было просто лень набирать сообщение на клавиатуре ПДА, и он ждал, когда кто-нибудь сделает это за него. Например, Осипов, который, похоже, давно уже понял, в чем тут дело. А потому, завершив широкий взмах, Орсон одобрительно улыбнулся и левой рукой указал на Осипова.
«Гюнтер Зунн, как мы знаем, был увлечен оккультизмом и мистикой…» – начал было Осипов.
«Не просто увлечен! – все же вынужден был вмешаться Орсон. – Для него в этом заключался весь смысл жизни!»
Показав запись, биолог вновь ободряюще кивнул Осипову – мол, можно продолжать.
«Зунн мертв, а человек в шлеме чертовски на него похож. Можно предположить, что он продолжает дело Зунна. А также, что он приходится ему родственником».
«СЫН!!!» –
«Насчет сына я не уверен», – возразил Осипов.
«Определенно СЫН! – стоял на своем Орсон. – 1 – определенное внешнее сходство, 2 – те же интересы, 3 – подходящая разница в возрасте».
«А хоть бы и сын, – пожал плечами Камохин. – Что с того?»
Орсон хитро улыбнулся и показал стрелку тыльную сторону ладони – мол, сейчас все поймешь. Посмотрев по сторонам, англичанин нашел округлый булыжник размером с кулак, такой же красный, как и скалы вокруг. Взяв камень в руку, Орсон достал из кармана черный маркер, зубами сдернул колпачок и что-то написал на камне. После чего показал надпись остальным – «Guten Morgen, Herr Zunn!» – и, широко взмахнув рукой, как гранату, кинул камень вниз.
– Ты что делаешь, идиот! – беззвучно заорал на него Брейгель.
Орсон, разумеется, этого не услышал, а потому лишь весело улыбнулся в ответ.
Камохин тем временем поправил световод и снова включил видеонаблюдение.
Люди, находившиеся внизу, кинулись врассыпную, завидев летящий сверху предмет, на самом деле здорово смахивающий на гранату. Человек в пробковом шлеме упал за ящики.
«Кстати, а почему мы не закидываем их гранатами? – поинтересовался Осипов. – У нас ведь более выгодная позиция с этой точки зрения»
«Ошибаешься, – возразил Брейгель. – Они разбегутся в стороны, а потом ответят нам тем же. А вот нам уже деваться будет некуда».
Осипов согласно кивнул.
Упав, камень раскололся надвое. Что очень не понравилось Орсону – он бы предпочел, чтобы его послание было доставлено адресату в целости.
Сообразив, что сверху была брошена не граната, люди внизу начали выходить из укрытий. Автоматы они тем не менее держали наготове. Приблизившись к камню, один из них перевернул половинку ногой. Затем – другую. Прочитав надпись, он зажал автомат под мышкой, подобрал обе половинки, подбежал к человеку в шлеме, по-военному лихо козырнул и передал ему осколки. Тот сложил две части послания вместе, прочитал его и поднял взгляд на верх. Туда, откуда оно было доставлено.
Орсон толкнул Камохина локтем и бодренько подмигнул, как будто хотел сказать: «Ну, что я говорил?» Камохин очень неуверенно пожал плечами – он вообще не понимал, зачем англичанин сделал это?
Взмахнув рукой, человек, похожий на Гюнтера Зунна, указал наверх и показал своему подчиненному карточку, на которой, видимо, был написан какой-то приказ. Тот вновь вскинул руку к полям шляпы и кинулся передавать приказ остальным.
Внизу началась непонятная суета. Все бегали и хватались за разные предметы. Что они намеревались сделать, понять было невозможно. Ясно было только то, что руководил этим процессом человек в пробковом шлеме. Он поставил одну ногу на ящик, оперся на нее локтем и взмахами стека, как дирижер, пытался руководить действиями своих подчиненных. Похоже, получалось у него это не очень. Он нервничал и в раздражении бил стеком по ранту своего ботинка.