Шанс полюбить
Шрифт:
Джейк обнаружил, что ему нравится ее простодушный юмор и ее независимость. Как правило, независимые женщины всегда казались ему резковатыми, но Либби Портер была воплощением мягкости, и ее столь явная уязвимость задела в его душе какую-то чувствительную струну. Он ощущал, что его влечет к ней, хотя она пока не давала ему никаких авансов. Что ж, это вовсе не портило ему удовольствия. Приятный вечер в приятном обществе. А что будет дальше, посмотрим.
Напряжение отпустило Либби. Она сегодня так устала. Пришлось столько суетиться по дому, прочистить водосточный желоб, развесить
– Оркестр в том отеле, где мы познакомились, не так уж плох. Насколько я понимаю, они там играют каждый уикенд, так что, если вам вдруг захочется потанцевать…
Либби усмехнулась и покачала головой:
– Спасибо за приглашение. Только боюсь, вам не будут выплачивать страховку за увечья, которым вы можете подвергнуться, танцуя с Либби Портер.
– А вы разве не слыхали о туфлях с железными носками?
Он встал и взялся за спинку ее стула; Либби взглянула вниз, на его туфли двенадцатого размера. Да, Джейк крупный мужчина, во всех отношениях крупный.
– Это что, специальные туфли для танцев с такими, как я?
– Вы никогда не занимались балетом?
– Вы же видели, как я танцевала с Кенни Смитом на том вечере. Очень я была похожа на балерину?
Либби рассмеялась. Нет, он совсем ее не знает, подумал Джейк. Столько еще всего таится в ее кривозубой улыбке. Да и в ней самой тоже.
Неделю спустя Джейк позвонил и пригласил Либби потанцевать в том отеле, где они познакомились. Она принялась отказываться, потом заколебалась; он слушал ее голос и думал – надо надеяться, время от времени ее тоже угнетают одинокие вечера.
– Конечно, если у вас другие планы, я не настаиваю, – произнес он.
Черт побери, почему он вообразил, что у нее нет других знакомых мужчин?
– Джейк, я же говорила вам, я не лучшая партнерша для танцев.
– Если вы не хотите танцевать, я не потащу вас силой. Просто посидим, послушаем музыку, пообедаем, посмотрим, как танцуют другие, и немножко расслабимся. Мне необходимо куда-нибудь пойти, чувствую, если останусь сегодня дома, взвою волком.
– Так вы из тех, кто… гм.
– Боюсь, из тех.
– Ну, хорошо, только, если вы все же заставите меня танцевать, не говорите, что я вас не предупреждала.
– Уверен, вы просто скромничаете, – усмехнулся Джейк. Интересно, а она сейчас улыбнулась? – мелькнуло у него в голове. Представив себе ее улыбку, обнажающую неровные зубы, он улыбнулся еще раз.
В молодости Либби была страшно ранима, но к тридцати восьми годам стала более толстокожей. В юные годы, когда даже неуклюжесть кажется грациозной, ни один мальчик не выразил желания потанцевать с ней. Сейчас она не особенно переживала по этому поводу, слишком много других забот не давало ей спать по ночам. И все же жаль, думала она, что в свое время она так и не научилась танцевать. Уолт тоже не отличался любовью к танцам, по крайней мере, со своей собственной женой.
Дни тянулись медленно, но, в конце концов, уикенд все же
Заслышав хруст гравия под колесами машины, Либби торопливо дала Билли последние указания, помахала на прощание рукой и выскочила за дверь. Джейк уже подъезжал к дому. Она на редкость точна, вот и все, что он сказал, увидев Либби.
По дороге в город они почти не разговаривали. Либби, теребя ручку своей сумочки, то и дело косилась на профиль Джейка. Заставив себя, наконец, смотреть вперед, на дорогу, она вдохнула легкий аромат мужской туалетной воды – кедр, сандаловое дерево, цитрус? – смешанный с запахом кожаной обивки.
О Господи, я чувствую, что меня затягивает все глубже.
Швейцар оказался в меру подобострастным, еда великолепной – Либби, впрочем, казалось, что она жует сырой картон; даже оркестр вроде бы играл не так громко, как в прошлый раз. Разумеется, многие женщины и мечтать не могли о более удачном свидании. А что, если счастье повернулось к ней, наконец, лицом, думала Либби. Конечно, она не из тех женщин, что являются мужчинам в сладких грезах, но ведь он пригласил ее, правда? И сейчас он смотрит на нее и, по всей видимости, находит более достойной внимания, чем рисунок на обоях, что само по себе непривычно. Уолт, сидя с ней в ресторане, вечно смотрел поверх ее головы, так что ей хотелось пощупать, не появился ли у нее нимб… или рога.
Сегодня вообще все складывалось удачно.
Дэвид привел школьного приятеля, и больше двух часов они мирно играли, ни разу не подравшись. Выяснилось, что поломка насоса не так уж серьезна и покупать новый не придется. К тому же похолодало, и она надела свое любимое платье – оно напоминало о тех днях, когда она еще не потеряла последние иллюзии.
– Интересно, о чем вы сейчас думаете? – спросил Джейк.
– О погоде, иллюзиях, драках и насосах.
Глаза его удивленно расширились.
– Кто же вы – метеоролог, волшебница или инженер?
Она рассмеялась.
– Вы забыли про драки. Нет, ни то, ни другое, ни третье. Я всего-навсего погрязшая в заботах владелица старого дома.
– Вы живете с родителями? – спросил Джейк.
В его вопросе нет ничего удивительного. Вполне естественно, когда женщина, разведясь или потеряв работу, возвращается к своим состарившимся родителям, чтобы заботиться о них.
– Мои родители вышли на пенсию и переехали во Флориду. В городке, где они живут, одна улица, и у них там домик с одной спальней. Послушать их, так это рай земной. Но здесь у меня и без них много близких. Дяди, тетки, двоюродные братья и сестры… – И сын. Обожаемый, невыносимый, непредсказуемый сын. – И… – Но она закрыла рот, так ничего и не сказав.