Шантажисты
Шрифт:
Когда я вернулся в машину, Хэриет слушала радио. Она выключила его, как только я сел рядом.
– Девушке не хотелось бы жаловаться, но это не самый восхитительный вечер в моей жизни, - сухо заметила она.
– Зато для Пендлитона это был исключительный вечер, - сказал я.
– Во всяком случае, ему не удастся его повторить.
Хэриет достаточно долго молчала, так что я успел завести мотор.
– Он мертв?
– наконец спросила она.
– Похоже, что да.
– Что случилось?
– Мы считаем, что кто-то поджидал его в моем коттедже. Профессионал. Мне так и не удалось в точности выяснить,
– Я не профессионал, - тихо произнесла Хэриет.
– Совершенно. Разве что в том, что касается судов и рыбной ловли. Как ты сам сказал, когда речь заходит об убийстве, я всего лишь неопытный любитель. К тому же, с половины восьмого мы не разлучались. Ты рассуждаешь именно так.
Я улыбнулся.
– Так рассуждаю не только я. Последнее, чем напутствовал меня шеф, прежде чем я отправился сюда, было указание не терять бдительности, поскольку мне предстоит иметь дело с чрезвычайно опасной женщиной.
– Я не убивала твоего друга.
– Он не был моим другом - просто парень, которого я немного знал. И я знаю, что ты его не убивала. Как ты правильно заметила, я - твое алиби. Очень удобно, не правда ли?
Хэриет быстро встряхнула головой.
– Я не поручала его убить, Мэтт. Я пожал плечами.
– Ладно, предположим, ты никого не просила убить для тебя Пендлитона. Но ты могла попросить, чтобы тебе прикончили Хелма. В конце концов, это был бы не первый и даже не второй случай.
Хэриет глубоко вздохнула.
– Да, не первый и не второй. И не думай, что меня не посещали подобные мысли. Но, увы, они так и остались мыслями. А теперь, если я еще не арестована, думаю, мне самое время попрощаться и отправиться к себе на катер...
– Мне поручено отвести тебя к себе в коттедж и не спускать глаз, пока к нам не присоединится некая важная персона - тот самый человек, который считает тебя опасной женщиной.
Хэриет поколебалась и не слишком уверенно произнесла:
– У меня здесь друзья, Мэтт. Я улыбнулся.
– И что же ты намерена делать? Порвать на себе блузку и кричать, что тебя насилуют? Не сомневаюсь, что сюда тотчас прибегут все твои друзья-мореходы со своими баграми и дубинками, о которых ты уже упоминала, и твоя фотография появится во всех газетах...
Хэриет тихо рассмеялась.
– Шантаж! Должна тебе признаться, что я блефовала, дорогой. Кроме меня, на борту никто не живет, разве что в ряду частных судов. В этот час в чартерном ряду вряд ли найдется много народу. Пожалуй, лучше нам все-таки отправиться к тебе и заняться картами, которые ты таскаешь с собой весь вечер. Если, конечно, у тебя нет других планов...
Глава 16
Вне зависимости от планов, которые могли возникнуть в моем развратном уме, очень скоро мы с головой погрузились в изучение карт, разложенных на полу коттеджа. Как-нибудь на досуге я не отказался бы познакомиться с различными тонкостями картографии, как, например, что представляет из себя наклонная проекция Меркатора. Некоторые из карт выделялись более яркими цветами, зато другие компенсировали их отсутствие обилием цифр. Вы когда-нибудь слышали, что к югу от Кубы имеется место
Однако нас больше интересовало северное побережье острова. По крайней мере, интуиция подсказывала мне, что это наиболее вероятный район, и Хэриет со мной соглашалась. Здесь как бы пересекаются три водные магистрали, проходящие между Флоридой, Кубой и Багамскими островами. Это и есть Большая Багамская отмель. Между этим обширным мелководьем и северным побережьем Кубы пролегает Старый Багамский фарватер, который дальше переходит в Флоридский пролив. Здесь воды Гольфстрима огибают самую южную точку Соединенных Штатов. И тут же, подобно островку безопасности на пересечении двух магистралей, лежит треугольник Кей Сел Банк, который произносится как Ки Сэл Банк.
Все это, а равно и некоторые другие подробности, поведала мне Хэриет, опустившаяся коленями на ковер и одергивающая свою длинную юбку в сторону, чтобы переместиться к очередной карте.
– Ты не слишком разбираешься в географии, не так ли?
– заметила она.
– Но, думаю, при сегодняшнем положении дел в мире, человек твоей профессии не может ничего не знать о Кубе.
– Я там бывал, - ответил я.
– Самолет глубокой ночью высадил нас на прогалине посреди джунглей, какие-то типы с характерным испанским акцентом - кубинцы в отличие от мексиканцев, так и не оторвались от своих кастильских корней - провели к нужному месту и назад по окончании работы. После чего нас подобрал тот же самолет и опять ночью. С точки зрения осмотра достопримечательностей это было полное фиаско.
– Не стану спрашивать, что это была за работа, - промолвила Хэриет.
– Так где, говоришь исчезли все эти яхты и самолеты?
– Все места, с которых поступили последние сообщения, отмечены здесь, на большой карте. Хэриет сдвинулась к указанной карте.
– Проклятая юбка, - бросила она, в очередной раз приводя ее в порядок. Затем какое-то время изучала карту, после чего сказала: - Возможно. Из-за встречного ветра эта яхта с дурацким названием могла отклониться к югу от исходного курса. Однако, судя по всему, это было крепкое, быстрое судно с хорошим вспомогательным двигателем, так что ветер не мог сильно его задержать. Яхта могла незаметно проскользнуть через любой из этих проходов ниже Большой Багамской отмели. Даже если Хазелтайн к тому времени уже отправился на поиски своей прекрасной блондинки, ему вряд ли пришло в голову сразу забираться так далеко на юг.
– Откуда тебе известно, что она прекрасная блондинка?
– поинтересовался я.
– Достаточно посмотреть на этого парня, как сразу становится ясно, какие девушки его интересуют, - спокойно ответила Хэриет.
– К тому же в свое время фотографии Лоретты Фиппс и ее знаменитой мамаши мелькали в газетах даже чаще, чем фотографии ее богатого и влиятельного отца.
– Что ты скажешь о той дизельной яхте, что вышла из Пуэрто-Рико?
– спросил я.
– Сэр Джеймс Маркус, так ты сказал его звали? Он находился ближе всего, практически был уже там. Труднее обстоит дело с самолетом, который направлялся в Мартинкуэ. Даже если у них было достаточно горючего...
– Хэриет нахмурилась, сосредоточенно разглядывая разноцветные острова на голубом бумажном океане.
– Это был гидроплан или обычный самолет, дорогой?