Шарада
Шрифт:
Они вместе подошли к входной двери, за которой их ждала неизвестность. Прежде чем войти, Кэт пробормотала:
– Если бы я только знала, то надела бы что-нибудь более подходящее к обстановке. Что-нибудь с огромным количеством цепей.
– Как-нибудь в следующий раз. – Алекс потянул на себя дверь. – Если ты попробуешь вести себя так, как будто ты не в своей тарелке, это поможет произвести нужное впечатление.
– Как 6удто?!
Внутри было так темно, что казалось, сам воздух изменил свою плотность. Кэт сначала ничего не могла рассмотреть, зато у Алекса глаза, должно
За стойкой стоял толстяк со злыми маленькими глазками и курчавой черной бородой, спускавшейся ему чуть ли не до пояса. На огромном животе покоились руки, похожие на волосатые стволы неведомых деревьев. Толстяк не переставая жевал кусок деревянной спички, одновременно следя за турниром по боулингу по черно-белому телевизору, водруженному в углу над стойкой.
– Два пива, – бросил ему Алекс. – Любого, по вашему усмотрению.
Несколько секунд бармен смотрел на него, не мигая и не двигаясь с места. Потом, как будто спрашивая совета, он устремил взгляд к дальнему концу стойки, где двое посетителей склонились над бутылками с длинными горлышками. Наконец, выплюнув спичку на пол, он сгреб одной ручищей две пивные кружки и наполнил их разливным пивом.
Алекс поблагодарил его, заплатил и вернулся в кабинку, скользнув на сиденье рядом с Кэт.
– Сделай вид, что пьешь.
– А они не догадаются, что мы не пьем?
– Они знают, что мы пришли сюда не для того, чтобы пить.
– В таком случае им известно больше, чем мне. Для чего же мы пришли?
– Пока что мы ждем. – Алекс обнял ее за талию и притянул к себе. Делая вид, что целует, он касался губами ее уха чуть пониже волос. – Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, Кэт. Клянусь.
Кэт кивнула, бросив беспокойный взгляд на двоих посетителей. Те сидели на высоких табуретах вполоборота к стойке, во все глаза разглядывая ее и Алекса и что-то бормоча себе под нос.
Третий посетитель, которого она сначала не заметила, стоял у автомата с компьютерными играми в противоположном конце бара. Ей была видна только его спина. Он был очень худой, такой худой, что его грязные джинсы болтались на нем как на палке. Висевшие жирными прядями волосы спускались ниже уровня плеч, заканчиваясь где-то между тощими лопатками. Играл он скорее от скуки, чем от желания выиграть.
Когда последняя из его ракет, издав высокий резкий звук, взорвалась, он повернулся спиной к автомату, поднес к губам длинное горлышко бутылки и не спеша направился к стойке. Бросив на них полный любопытства взгляд, парень с размаху опустился на табурет и стал смотреть турнир по боулингу.
– Сколько нам еще… – прошептала Кэт.
– Тсс.
– Я хочу знать.
– А я сказал, заткнись и предоставь все мне. Его внезапная грубость заставила ее замолчать. Кэт уставилась на Алекса, едва не раскрыв от удивления рот, в то время как он, вполголоса выругавшись, украдкой через плечо наблюдал за остальными посетителями и барменом. Затем, отхлебнув глоток пива, он легко соскользнул с сиденья и вышел из кабины, бросив ей предостерегающий взгляд.
Кэт
– Э… прости, дружище, ты, случайно, не Пити? – услышала Кэт его приглушенный голос.
Глаза худощавого ни на секунду не отрывались от телеэкрана.
– А тебе-то какое дело, приятель? Алекс наклонился к нему и что-то сказал – Кэт не расслышала, что именно. Пити загоготал.
– Эй, ты что думаешь, я какой-нибудь долбаный тупица? Бог мой, ну ты даешь. – Он бросил взгляд через зал на других выпивох и закатил глаза. Бармен хихикнул. – Сделай так, чтобы я тебя не видел. – Парень мотнул головой в сторону двери.
– Эй, послушай, у меня для тебя… Пити обернулся к нему, оскалив зубы, как дикая кошка, которой наступили на хвост.
– Послушай, ты, убирайся отсюда к едрене фене. На тебе крупными буквами написано, что ты коп.
– Ты думаешь, я из полиции? – воскликнул Алекс.
– А мне наплевать, будь ты хоть долбаная добрая фея из сказки! Нам с тобой не о чем разговаривать. – И он снова повернулся к телевизору.
Алекс был в отчаянии. От волнения у него вспотели ладони, и он лихорадочно вытер их о штанины.
– Но Дикси говорил…
Пяти резко повернулся к нему, чуть не задев его щеку прядью сальных волос.
– Ты знаком с Дикси? Едрена корень, почему же ты сразу не сказал? Ты его…
– Племянник.
– О, черт! – Пяти кивнул бармену. – Налей-ка мне кружечку.
Он подождал, пока бармен вручил ему кружку пива, потом сделал знак Алексу взять со стойки заказанные им две кружки. Они направились к кабине. Пити расположился на сиденье напротив Кэт.
– Привет, рыжая. – Глядя на нее, он заглотнул пивную пену из своей кружки. – Твоя подружка? – поинтересовался он у Алекса.
– Ага.
Кэт не произнесла ни слова, пока Пити и Алекс обменивались историями о дядюшке Дикси. Их голоса звучали все тише, и Кэт с трудом расслышала, когда Алекс наконец сказал;
– Спасибо, что согласились встретиться.
– Мне не сдобровать, если они догадаются, что ты не тот, за кого себя выдаешь.
– Знаю, – мрачно ответил Алекс. – То, за чем я пришел, очень важно, иначе я не попросил бы дядюшку Дикси организовать для меня эту встречу.
– Может быть, один из вас все-таки расскажет мне, о чем здесь идет речь? – прошипела Кэт, вся кипя от злости.
– Спокойно, красотка. – Пити наклонился через стол и потрепал ее по щеке. Она с негодованием ударила его по руке. Он засмеялся и помахал ладонью в воздухе, как будто Кэт чем-то обожгла его желтые от никотина пальцы. – Я всегда говорил, что женщины со взрывным темпераментом особенно хороши в постели.
– Эй, остынь, слышишь? – Алекс крикнул ей это достаточно громко – так, чтобы слышали остальные. К этому времени в закусочной появились еще двое посетителей: мужчина, по манерам и внешнему виду смахивавший на лесоруба, и женщина, еще более грубая и неотесанная, чем мужчина. К вящему удовольствию слушателей, она начала дружескую, но полную непристойностей перепалку с барменом.