Шарф Айседоры
Шрифт:
ГЛАВА 6. СОМНАМБУЛА
– Да приведите вы его в чувство уже! Доктор вы или нет! – Варламов, как всегда, был недоволен.
– А кто вас просил бить его по голове «Большой медицинской энциклопедией»? У меня отличная библиотека, могли бы Толстым его шарахнуть, – хмыкнул хирург. В отличие от Ивана Аркадьевича он был бодр и мрачных настроений режиссера не разделял.
– А кто вас просил психов с улицы в дом приводить? Я сразу понял, что с этим пацаном что-то не в порядке. И вообще, вместо того, чтобы гундеть, лучше бы спасибо сказали – не подоспей я вовремя, неизвестно, чем бы все обернулось.
– Спасибо! – поблагодарил Шахов. – Но этот мальчик – не псих.
– Не псих. Замечательно! А что он делал в таком случае с ножом в вашей спальне?!
–
– Отлично, только лунатиков нам не хватало для полного счастья! Вы хоть понимаете, что теперь все придется отменить!
– Почему? Я уверен, что он не собирался меня убивать. Он пришел показать мне трепанатор. Вчера у него был очень тяжелый день, он много нервничал, поэтому ночью мозг дал сбой. Лунатики не каждую ночь бродят, чаще всего – после какого-нибудь сильного нервного перевозбуждения. Так что нет причин паниковать – продолжаем игру. Вы не имеет права отказаться! Все уже зашло слишком далеко. Он чересчур много знает о нашей затее, в то время как мы не знаем о нем почти ничего. Нельзя его выкидывать из проекта, это опасно. Пацан может ненароком нас заложить. А когда Левон пересечет границу по чужим документам и нарушит закон, наше положение выправится. Он будет молчать, потому что у самого рыльце в пушку. И не надо на меня спускать всех собак, на нем же не написано, что он лунатик. С таким же успехом лунатиком могла оказаться любая актриса, которую вы пригласили бы на роль.
– Надеюсь, это не единственный сюрприз, который нас ждет. Дело ваше, но если он кому-нибудь на курорте покажет этот трепанатор в действии, то мы все окажемся за решеткой, и ваша Ксюша Копылова в том числе.
– Чтобы этого не произошло, придется вам поехать на курорт вместе с ним. Будете контролировать ситуацию, по вечерам привязывать его к постели, с утра развязывать. Ну и ненавязчиво координировать его действия во время шоу. Я бы сам поехал, но не могу, в это время я буду колдовать над Ксюшиным лицом.
К удивлению Шахова, Варламов возражать не стал.
– Вижу, что другого выхода действительно нет. Давно собирался покататься на горных лыжах, да все недосуг было. Но так и знайте, я поеду не один, а с дамой. Для отвода глаз. Так что вашей Ксюше придется раскошелиться на две путевки, – подмигнул он. – Свою поездку я сам организую, от вашей Ксюши лишь потребуется потом ее профинансировать. Что еще требуется от госпожи Копыловой? Она должна попросить туристическое агентство, через которое оформляла свою путевку, отменить бронь и зарезервировать для нее другой отель. Только пусть сделает это тихо.
– Зачем?
– Пришло время немного усложнить задачу конкурентам. В любом случае, люди конкурирующей стороны найдут новое место пребывания интересующего их объекта, но замена места дислокации перед самой поездкой избавит нас от лишних глаз. Да и честно скажу, ехать в шумный Сант-Антон у меня нет желания. Название отеля я скажу.
– Пользуетесь своим положением в личных целях? – рассмеялся Сергей, от души у него отлегло.
– Привык совмещать полезное с приятным, – сказал Варламов и улыбнулся, на этот раз улыбка была теплой и светлой. Иван Аркадьевич словно сиял изнутри. Шахов слегка обалдел, он не ожидал, что этот зануда способен на светлые чувства. Он даже предположить
Тем временем, пока Сергей Владимирович размышлял над превратностями своей судьбы, Варламов названивал по телефону какой-то Леночке и уговаривал ее начинать собирать чемодан. Интересно, как выглядит эта Леночка, ухитрившаяся завоевать холодное сердце Варламова? Гламурье какое-нибудь сисястое или, напротив, интеллигентная дама, усохшая от высокодуховности? Впрочем, кто знает, какие страсти бушуют в груди этого человека, ведь с глыбой льда в душе невозможно снимать такие гениальные фильмы и стать культом для ценителей настоящего искусства.
Может, Сергея в свое время Сашка Мартынова тоже выбрала из всех, потому что он стал культом для многих женщин, а не из-за своего комплекса Мэрилин Монро? В своей области он один из лучших, легенда, можно сказать. И она таскала его по тусовкам, потому что гордилась? И истерику закатила, когда он на развод подал, потому что на самом деле не хотела его терять? Может, зря он вычеркнул Александру из своей жизни? Шахов прокрутил в голове их совместную жизнь и сомневаться перестал. Что это на него нашло? Если бы любила, то отдала бы ему себя целиком, а не всего лишь один пальчик, на которое он надел платиновое колечко от Cartier.
– Да никуда я не поеду! Работа у меня! Дел по горло! Ну и что, что Новый год! Я елку уже нарядила, – пыталась отбиться Елена Петровна, ткнув пальцем в стену, за которой, растопырив пластиковые иголки, стояло чудо советской промышленности времен расцвета социализма.
В прошлом году Варламов уже заманивал ее в Швейцарию, на престижный курорт Санкт-Мориц. Опять двадцать пять! Да что он, издевается! В последний раз она каталась на лыжах, еще когда в институте училась. Нормативы ГТО сдала на отлично, но с тех пор прошло сто лет, и у нее выросла такая задница, что любой спуск грозил сходом всех снежных лавин в радиусе нескольких километров. А если она упадет? Если шею сломает? Поцелуется с деревом? Задавит кого-нибудь? Если… «Если» – их было так много, но Елена Петровна поймала себя на мысли, что справить Новый год в горах вместе с Варламовым ей очень хочется. Может, согласиться? Когда еще такой случай представится? Только, как обычно, надеть ей совершенно нечего. Вечернего платья нет! И лыжного костюма у нее нет, только пуховик. Брюки она почти не носит, а рейтузы, наверное, не подойдут. Или подойдут? Елена Петровна, зажав трубку между плечом и щекой, распахнула шкаф, выкинула оттуда половину вещей, нашла рейтузы, натянула их на себя, задрав домашнюю юбку, любимую, под джинсу, с рюшами и машинной вышивкой. Когда-то юбка была не домашней, а вполне себе рабочей, и пару лет она из нее не вылезала, пока не порвала. Глупо, конечно, было на забор в ней лезть. Но разве она могла спокойно смотреть, как за забором один из ее коллег пытается скрутить бандита и орет благим матом, чтобы она (Елена Петровна) оставалась на месте, так как преступник вооружен. Все равно полезла. Заборчик хлипким оказался, рухнул под тяжестью ее веса, вместе с Еленой Петровной… как раз на бандита, который, скинув с себя милиционера, вскочил на ноги и вытащил финку. Бандита с финкой потом долго из-под забора выковыривали и отскребали от грунта, а на юбку пришлось поставить заплатку, она за гвоздь зацепилась.
– Лен, ты почему так тяжело дышишь? – поинтересовался Варламов.
– Мебель двигаю, – чуть не плача, сообщила Зотова, повернувшись к зеркалу спиной и разглядывая свои выдающиеся округлости. Не думала она, что все запущено до такой степени.
– Приеду, помогу.
– Не вздумай! – заорала Зотова, чуть не выронив трубку. – Сын торчит все время дома. Что он о нас подумает?
– Что я приехал тебе помочь двигать мебель, – хихикнул Варламов. – Кстати, почему он тебе не помогает?