Шасса

Обухова Элина Викторовна

После чего следовали продолжительные собеседования послами других кланов и… оживленная торговля. Я хмыкнула — естественно, про себя. Как хорошо было, пока мы заключали только мирные договора — с теми кланами, которые не представляли для нас никакого коммерческого интереса. А вот торговые, военные соглашения… Хорошо, что мне помогли Рин и Мол, маячившие с двух сторон от моего кресла. Одна бы я точно не справилась.

Последние переговоры, как назло, были с темными. Их посол недвусмысленно мне намекнул, что будет ждать меня ночью. Я в самых едких, но приличных выражениях намекнула ему о том, куда он может засунуть свои планы на вечер. Похоже, он оскорбился. Заодно он не стал подписывать мир между Империей и Сишшами. Ну, то есть как не стал — сказал, что ему нужно

еще раз обдумать все условия.

— Вот мерзавец, — в сердцах выругался Мол, когда он покинул мой кабинет.

— Абсолютно с вами согласен, — покивал Рин. Они тоже поняли, что от меня хотел посол, — Может быть, подстроить ему несчастный случай? Пусть его покарают боги, к примеру. За развратный образ жизни.

— Нет. Этот человек нам нужен, негоже начинать добрососедские отношения с убийства столь высокопоставленного, хотя и неприятного человека, — хмуро сказала я.

— Главное, дождаться, когда он будет приставать, сестренка, — задумчиво проговорил Мол, — И тогда я смогу отмазаться от императора за его убийство. Ты, главное, удар не сдерживай и ори что есть мочи. Тогда куча свидетелей тебе обеспечена, — невесело усмехнулся он. Я только вздохнула.

Домой — в смысле, в свою комнату, — ввалилась за полночь, — это уже входит у меня в привычку, вам не кажется? — и… тут же попала в загребущие ручки Сима. Вы не поверите, он… стал приставать ко мне! Вдобавок он явно был пьян до совершенно невменяемого состояния. Я угрожающе зашипела, отталкивая его назойливые ручонки, которыми он так и норовил меня приобнять. Пока я действовала более-менее мягко — а вдруг одумается?

— Сим, прекрати, — твердо потребовала я.

— Не-а, — пьяно ухмыльнулся он, — Не хочу.

— Прекрати распускать руки!!! — зашипела я, но он только сдернул с меня рубашку и стал поглаживать… ну, то, что под ней было. Я все еще не хотела причинять ему серьезные повреждения, и только скрестила руки на груди, памятником неприступности возвышаясь посредине комнаты.

Нет. Не одумался. После пяти минут обжиманий он решил что можно приступать к самому главному. Дальше терпеть я не стала и, оттолкнув его хвостом, от души врезала когтями по груди. С обиженным вяком он отшатнулся от меня, прижимая руку к груди. Второй он попытался снова приобнять меня. Я усмехнулась, провела подсечку, одновременно врезав ему под дых хорошим левым хуком. Ха! Не на ту напал!

И так доведенная до невменяемости постоянными намеками «крысюка» — так я про себя называла того самого назойливого «воздыхателя», — я решила не останавливаться на этом, а еще и пару раз приложила его по ребрам, под конец еще и по самому сокровенному. Сложившись пополам, Сим корчился на полу, матерясь и постанывая сквозь зубы от резкой боли в пахе. Я же выскочила за дверь, яростно хлопнув ею о косяк, вымещая всю злость на незадачливого паладина, который упился в зюзю — так ладно бы он себя пристойно вел, так еще и приставать начал! Вот я и… не сдержалась.

— А вот и моя сла-адкая, — пропел над ухом смутно знакомый голос. Я резко повернулась и оскалилась. Ага, еще и этот притащился! Крыс, мать его за ногу!

— Иди ко мне, Саишша… — он усмехнулся. Он что, всерьез надеется, что я с криком радости брошусь ему на шею? — Тебе понравится, я обещаю!

— Нет, положительно, сегодня у всех мужиков снесло крышу на этой почве, — пробормотала я, медленно отступая по стеночке.

— Куда же ты? — искренне удивился он, — Ты же хочешь заключить выгодный договор? — он медленно приближался. Он что, пытается меня шантажировать?

— Да, — процедила я сквозь зубы, тайком готовя шоковое заклинание, мстительно заливая его маной под завязку.

— Не бойся, — притворно-ласково сказал он, — Я не кусаюсь. А если и укушу тебя за твою очаровательную шейку, то тебе это принесет только приятные ощущения, гарантирую!

— Не сомневаюсь, — кивнула я головой и швырнула готовое заклинание ему в лицо, после чего развернулась и побежала в сторону кладбища — кабинет я отчего-то не сочла надежным убежищем. А вот кладбище — это да, там я посильнее некоторых архимагов буду.

— Саишша! —

Тахешесс, Сим очнулся, — Саишша, да постой же ты!

Он догнал меня уже у ворот. С воплем радости я влетела в ворота, открывая свою ауру для целого моря маны, разлитого вкруг, как тут меня опрокинули на землю, придавив и зафиксировав мне руки в локтях.

— Отпусти меня! — прорычала я, извиваясь и непроизвольно нанося хлесткие удары хвостом по сторонам.

— Саишша, прости меня, я не знаю, что на меня нашло, — сбивчиво и горячо зашептал мне на ухо Сим, — Я не хотел так поступать, я не контролировал себя, не отвечал за свои действия! Этого больше не повторится, никогда! Сай, Саечка, прошу, поверь мне…

Я замерла. Что-то он подозрительно трезвый.

— Отпусти меня, — гораздо спокойнее попросила я. Он безропотно повиновался. Я же поднялась и отступила, готовая любую минуту пуститься бежать. Но Сим выглядел настолько жалко — потерянный, ужаснувшийся собственному поступку и так искренне просящий прощения, что я решила повременить с отступлением, равно как и с наказанием.

Я замерла, натянутая, как струна, готовая при любом его резком движении пробить проход в Потусторонний мир. Сверля его подозрительным взглядом, я отступила еще немного. Мало ли, вдруг у него это просветление временное, а счас ка-ак кинется, ка-ак набросится…

— Саишша… — он протянул вперед руку, и это было неверное решение. Кто знает, может быть, если бы он просто стоял и терпеливо ждал, может, все сложилось бы по-другому. Но… что об этом говорить? Случилось так, как случилось: я отпрянула от него и открыла проход в ирий, одновременно ощутив, как на моей кисти смыкается железная хватка паладина.

* * *

Налей еще вина, мой венценосный брат, Смотри — восходит полная луна; В бокале плещет влага хмельного серебра, Один глоток — и нам пора Умчаться в вихре по Дороге Сна… По Дороге Сна — пришпорь коня; здесь трава сверкнула сталью, Кровью — алый цвет на конце клинка. Это для тебя и для меня — два клинка для тех, что стали Призраками ветра на века. Так выпьем же еще — есть время до утра, А впереди дорога так длинна; Ты мой бессмертный брат, а я тебе сестра, И ветер свеж, и ночь темна, И нами выбран путь — Дорога Сна… По Дороге Сна — тихий звон подков, лег плащом туман на плечи, Стал короной иней на челе. Острием дождя, тенью облаков — стали мы с тобою легче, Чем перо у сокола в крыле. Так выпьем же еще, мой молодой король, Лихая доля нам отведена; Не счастье, не любовь, не жалость и не боль — Одна луна, метель одна, И вьется впереди Дорога Сна… По Дороге Сна — мимо мира людей; что нам до Адама и Евы, Что нам до того, как живет земля? Только никогда, мой брат-чародей, ты не найдешь себе королеву, А я не найду себе короля. И чтоб забыть, что кровь моя здесь холоднее льда, Прошу тебя — налей еще вина; Смотри — на дне мерцает прощальная звезда; Я осушу бокал до дна… И с легким сердцем — по Дороге Сна… [53]

53

Песня «Дорога Сна» (комментарий автора).