Шасса
Шрифт:
— Сиэшш, каинаре, гиаман, тиэстра [29] , — я немного помолчала, потом выдохнула, — Льен-до [30] .
— Я не понял, к сожалению, но может, ты подождешь, и предложу тебе что-нибудь равноценное тройке паладинов и одному наару?
— Один час-с…
Затем я полностью сосредоточилась на их вареве. Лучше всего тут подойдет такая песня, где есть слово «убью» — мне же такой эффект надо.
Я тебя любя Искусаю29
На разных языках обозначает слово друг или союзник.
30
Любимый. (Серпентарго.)
31
«Искусаю», NICITA.
Мне показалось, или это тоже услышали все? Плохо. Мне не нужны свидетели. И еще плохо то, что я пела это на общем. Значит, они поняли. Ну да ладно, пусть гадают, что это значит.
Сканирую височными гребнями воду. Теперь яд в ней точно присутствует. Теперь только ждать.
Подлетаю к Симу. Чувствует себя неплохо, но порезы внушают опасение. Их края опухли и покраснели на сантиметр от края раны. Да и сами порезы довольно глубокие — сантиметра два точно.
Ладно, когда чужие умрут, вернусь в тело и вылечу. А пока ждем. Умостившись на груди Сима, я впала в какой-то полусон-полу транс, и при этом впитывала энергию из окружающего пространства.
Чужие через десять минут задвигались, зашевелились. Стали есть. Только чужой-главный ушел в лес. Следую за ним. Охотится. Ест сырое мясо. Гадость.
Вернулся, уселся рядом с пленниками, но пытать не пытается. Боится, значит. Это хорошо. Думает, наверное, кто стоит за ними и как его задобрить.
Еще через двадцать минут все, кроме главного уснули. Странно. Подлетаю к одному из них, раскрываю гребни, отсеиваю информацию. Мертв. Хм. Странно. Неужели такой эффект получился? Нужно обязательно сохранить эту водичку, пригодится в будущем.
Главный что-то заподозрил, встал, прошелся, попинал тех, кого я не проверила. Не реагируют. Тоже, что ли? Не верю, что так легко. Быть того не может!
В любом случае, это отличный момент для нападения. Он один, может, справлюсь. С потерями, но все же…
Быстро лечу в свое тело. Вскакиваю уже в нем, ускоряюсь и, работая в ускорении, направляю ману на поддержание скорости.
Через десять минут уже около поляны. Набрасываю скрыт, осторожно приближаюсь к месту привала. Раскрываю гребни… один чужой. Это хорошо. Жаль, что он так и не попробовал моего «супчика». Ух ты, а я ведь еще в некромантском трансе! Вот и не буду из него выходить, мне сейчас кристально ясный мозг нужен.
— Ты здесь? Выходи, сразимся, если они так тебе дороги, — чужой-главный встает, выходит на середину поляны. Спокойно выползаю на середину, мы стоим в паре метров друг от друга.
— Шасса из королевского рода! — он присвистнул от удивления. Тахешесс, как он догадался?!?! Если только…
Норд воскликнул «Я прав!», паладины
— А остальное где? — а про родовые украшения-то он откуда знает?!
— Не знаю. Да мне, в общем-то, все равно. Неуч. Я из рода Лордов.
— Какая разница? — выпускаю когти на полную длину, ласково ему улыбаюсь, чувствуя, как клыки медленно увеличиваются в размере. Он тоже ласково мне улыбнулся, плавно перетекая в боевую стойку.
Ударил первым, я второй.
Давай поспорим?..
Удар когтями, вверх и влево, уклониться от ножа. Застываем на тех же местах, смотря друг другу в глаза. Его ускорение… седьмой уровень. Максимально для меня — шестой. Седьмой… после следующих десяти линек. Жалко… А впрочем…
Еще удар, перехватить руку, обвить хвостом ноги, сжать так, что слышен хруст костей. Сжимающаяся на шее рука. Раскрутилась, вырвалась, опять стоим. Ждем, оцениваем противника.
Выпускаю огонь, наполовину выхожу из тела, мозг кипит, тело плавится, захожусь в крике боли, ощущая, как перестраивается мое тело, выворачиваются суставы… увеличиваются способности.
Боль оглушает, кажется, будто эта пытка длится вечно. И никуда не деться от этой жуткой, всепоглощающей, перемалывающей каждую косточку боли…
Падаю на землю, на губах чувствую что-то соленое, с металлическим привкусом. Но боли больше нет, и это приносит облегчение, хотя ее отголоски все еще звенят в моем сознании. Чужой подходит, приподнимает голову, смотрит в широко открытые, ничего не видящие глаза. Отпускает, встает и отходит в сторону.
— Поломалась, — сквозь зубы. Явно разочарован. Медленно прихожу в себя. Рывком вхожу в некромантский транс, из которого меня выкинул приступ боли, врубаю ускорение. Приподнимаюсь на руках, сажусь. Он замирает, все еще не веря, но не поворачивается. Мое ускорение — восьмой уровень. Много. Перестаралась. Но мне хватит. Вскакиваю, он таки оборачивается, и тут же мой хвост проламывает ему грудь. Слышу треск ребер, мельком удивляюсь тусклому цвету своей чешуи.
Его относит назад, из груди торчат осколки ребер, на губах кровавые пузыри. Глаза смотрят спокойно и чуть сощурившись.
Встает, не обращая внимания на кровавую кашу вместо груди. Замираем, затем он прыгнул первым. Я улыбнулась и прыгнула второй.
Врезаться в тело, почувствовать железные руки, обхватывающие за талию. Глаза сверкнули, он улыбнулся. Все время поединка мы молчим, и невольные зрители тоже… молчат.
Притягивает к себе, заключая в смертельные объятия. Ребра трещат, я впиваюсь клыками ему в шею, прямо в вену, впрыскивая яд. Полоснуть когтями по рукам, вырваться, приземлиться на свернутый в кольца хвост. Тут же оттолкнуться, перелететь его, разворачиваясь в полете и приземлиться лицом к лицу — он тоже успел обернуться.
Бросок, удар, опять перехватить руку, зубами вырываю нож, сломать пару оставшихся целыми ребер… Чувствую его вторую конечность у себя в груди, у сердца, чуть позже вспышка боли. Пробил насквозь…
Отталкиваюсь, увернуться от телепатической волны, оставившей воронку в земле. Еще вбок. Вверх и влево. Посылаю такую же волну, скалюсь. Вляпался в загустевший воздух, но тут же разряжает его, прыгает на меня. Вправо, обхватить хвостом, его движения замедлились, яд подействовал. Сжать так, что тело от коленей и до груди превратилось в кровавую кашу. Кусаю за шею с другой стороны, впрыскивая яд во второй раз. Перед этим выплевываю нож, втыкаю его в ухо чужому.