Шасса
Шрифт:
Я огляделась. А где все реактивы? В шкафу, расставлены по алфавиту. А порошки? В тумбочках. Единственное на всю лабораторию огромное окно отмыто и украшено голубыми занавесками. Где только откопал? На подоконнике колбы и микроскопы. Я не могу работать в таких условиях!
Через полчаса в лаборатории было не продохнуть от дыма и витавшей в воздухе копоти. Я с интересом рассматривала получившуюся склизкую гадость неопределенной формы и синего цвета. Ну… по идее, это универсальный лечебный амулет. Задумчиво смотрю как эта гадость словно
Душа радуется выбитому окну и осколкам стекла на полу и где-то внизу под обрывом, а так же разбросанным по полу колбам. Хоть воздух свежий поступает, и то ладно. Сердце просит продолжения экспериментов. Ща будет прода!!!
На звуки взрыва сбежались ребята, кричат: «Что случилось?» Как будто не понятно! Отвечаю, что у меня селитра и я нервничаю. Как ни странно — отстали.
Сама же принялась увлеченно смешивать нитроглицерин с марганцовкой и аммиаком. Пропорции беру из ума, потом подумала и решила добавить еще и во-он ту красненькую жидкость. Состав вспенился, я от греха подальше рванула в коридор. Знакома мне эта реакция…
— Ложись!!! — первая последовала своему воплю, и тут… рвануло. Да так, что… В общем, последствия были печальны. Волна пламени пронеслась над нами, не задев. Слава Шаирэссару! Я приподнялась на локте, игнорируя ошеломленные взгляды ребят.
Внезапно рвануло еще раз, но слабее. По крайней мере, в коридор последствия не добрались. Я начала считать секунды до следующего.
— Неужели взрывы цикличны?! — забывшись, воскликнула я.
— Это заметно!!! — рявкнул злющий Люц, одним гибким движением поднимаясь на ноги. Потом подскочил ко мне и заорал:
— Это что такое?! Что ты там сделала, безмозглая змея-переросток?!
— Сам ***!!! — в ответ заорала я, приподнимаясь на хвосте.
— Но у меня по крайней мере не взрывается ничего и я не разношу лабораторию!!! — Люц попытался отвесить мне оплеуху, но я увернулась и с нехорошим интересом посмотрела на него. Тот этого не заметил и продолжил орать на меня, обзывая всякими… нехорошими словами.
Взрывы тем временем прекратились, но меня это уже не волновало. Этот… промолчу, кто он. Он посмел ударить меня? Я почувствовала, как поднимаются мертвяки на кладбище и втянула носом воздух. Злости я почему-то не чувствовала, только отстраненное любопытство.
Мертвые приближались. Я мысленно потянулась к ним и отдала приказ. Затем растянула губы в нехорошей улыбке. Люц бросил на меня случайный взгляд и побледнел аж до синевы.
Я подошла к дверям лаборатории и заглянула внутрь. Ну, как и ожидалось, там царила полнейшая разруха. Вот это мне нравится!
Я выпустила немного огня и разделила им помещение пополам. Огненная стена взревела и уперлась в потолок. Я нахмурилась. Что-то это странно… Отложим на потом. Потом обернулась и сказала Люцу:
— Вот твоя половина. На ней делай что хоть и когда хочешь. Залезешь на мою — убью, — проинформировала его я и удалилась с гордо поднятой головой. И хотя внутри меня все плавилось от наконец-то появившейся злости, я не позволила себе выказать ни малейшей эмоции на своем лице.
Я
Что сказать — меня терзала жгучая обида. Мало того, что Люц позволил… скажем так, некорректные высказывания обо мне, так он еще и ударить меня попытался. И вот именно второе ранило меня больнее всего.
Я прикрыла глаза, вспоминая «события минувших лет»…
Тогда я была всего лишь на четырнадцать циклов моложе себя сегодняшней. И тогда я еще жила в Лине.
Чужаки в клане — редкость, поэтому чужие шассы следовали героическому девизу: «Все на новенькую!!!» Было очень тяжело.
Что со мной только не делали… Вещи портили, на словах грязью поливали, травили всем залом… Даже избить попытались. Из-за чего? А просто так.
Повод они, конечно, себе придумали. Новенькая — она же обязательно примется уводить чужих шасс! Да она вообще просто воплощение Тахешесса на земле!
Компания ситшов — сильнее меня, как они считали, — поджидала меня на выходе из тренировочного зала. Не сказав мне ни слова, они затащили меня обратно и попытались «научить уму-разуму». Не получилось. Я ведь не зря была капитаном наемников, пусть и очень недолго. И не зря ходила дополнительно заниматься на «Хвостоломе» — жутком приспособлении, которое часто ломало позвоночник в районе хвоста самоуверенным ученикам. Собственно, из-за этого его и назвали так.
В итоге случилось то, что случилось. Я заработала переломы двух ребер, а шассы Линь еще долго не выходили из регенератора. С тех пор на открытый конфликт никто не выходил.
Я решительно встала и направилась в сторону выхода. Зачем? Уж точно не извиняться! Злость моя поутихла, а зомби, которых я подняла со злости, уже не отзывались на приказания. Я удовлетворенно улыбнулась. Надеюсь, они хорошо потрепали шерстку паладину.
Кто-то из моих коллег может сказать, что я разбазариваю материал… Но не отпускать же мне поднятых обратно! Тем более, что тогда я явно была в шоке, поэтому подняла не всех, а только четверть — максимум половину.
Так что на занятия с Тимкой хватит. Он же мне еще учеником приходится. Я мстительно улыбнулась: обучение моей непростой профессии требовало немалой выдержки, в первую очередь следовало следить, чтобы тебя не вывернуло.
Мысленно скользнув сознанием по горе — похоже, этот побочный эффект инициации у меня сохранился, что только радует, если честно, — я удовлетворенно кивнула. Все ребята сейчас находились в котельной. Как бы я ни была обижена, но не порадоваться смекалке ребят просто не могла. Действительно, котлы шумят просто ужасно, но там стоит отличное заклинание «Безмолвия». А замкнуть его внутри не сложно, и — пожалуйста, общайтесь сколько хотите.