Шелк

Николсон Кэтрин

– И ты.

Впрочем, не только манеры Джули стали другими. Она потеряла в весе, в то время как Жанна пополнела. Жанна, как и прежде, чувствовала себя какой-то маленькой, убогой и старомодной.

– Эта сцена… – Джули сморщила лоб. – Даже я вижу, что у нас ничего не получается.

Жанна кивнула. Еще совсем недавно она тоже переживала бы из-за неудачи, но сейчас у нее были заботы поважнее.

– Можно я задам тебе вопрос? Очень личный.

У Жанны сердце ушло в пятки. «Вот оно, начинается», – думала она тупо.

– Давай.

– Я… – Джули замялась. – Я хорошая актриса?

Жанна удивленно прищурилась.

Обычно Джули не теряла уверенности в себе и уж тем более не интересовалась чужим мнением. Но… Жанна помнила, как выглядит ее подруга на экране: движения слишком нарочитые, голос невыразительный, даже ее редкостная красота и та превращается в дешевую мишуру. Что же ответить? Конечно, можно солгать, но Джули не заслуживает такого отношения.

– Думаю, для кино ты не годишься. Это… это просто не твой стиль.

Джули рассмеялась:

– Я знала, что ты скажешь мне правду, Жанна! – Как ни странно, в ее голосе прозвучало облегчение. Для моего же блага. По-моему, ты единственный человек в мире, который видит меня без прикрас.

Жанна улыбнулась. Они могли бы быть отличными подругами. Воспоминания об утраченном прошлом притягивали и манили ее, как мираж. И вдруг, именно в эту минуту, ребенок впервые дал о себе знать, стукнув ножкой. Жанна громко охнула от боли.

– Что случилось? – Встревоженная, Джули рванулась к ней, чуть не опрокинув стакан с кока-колой.

– Я беременна.

Наконец-то слово произнесено. Наступило молчание. Жанна прикрыла глаза. А ребенок снова затих, будто прислушиваясь к их разговору.

– От Грея?

Жанна кивнула, не в силах встретиться с Джули взглядом.

– Но разве ты?..

Жанна легко прочитала ее мысли.

– Да, я пила таблетки. – Она вздохнула. – Но потом, после возвращения из Дина, перестала. Наверное, слишком рано.

– Ох уж эта свадьба! – Джули закатила глаза. – Я не удивлена, нисколечко не удивлена. Так и знала, что дело кончится плохо, как и в фильме.

– Что-то вроде отговорки по Фрейду?

– Ага, хотя вся эта философия – сплошное занудство.

Жанна с удивлением заметила, как в глазах Джули вспыхнул лукавый огонек. Невероятно! Еще мгновение, и она расхохочется. Увидев недоумение, написанное на лице подруги, Джули приняла вид кающейся грешницы.

– Я была расстроена, честное слово. – Она задумчиво уставилась куда-то в пространство. – Очень расстроена, когда застала вас с Греем на большой кровати.

– Прости меня. – Жанна опустила голову.

– Нет, ты не понимаешь! – На губах Джули заиграла прежняя лучезарная улыбка. – Не столько из-за Грея, сколько из-за кровати. Она была моей, только моей. Грей не имел права приводить тебя туда. Он ведь знал.

– Понимаю. – У Жанны голова шла кругом от радости. Казалось, с ее плеч сняли тяжелый груз.

– Я была уверена, что ты все поймешь. Ты разбираешься в таких вещах – из-за № 3. – Джули умолкла, а потом озабоченно, словно речь шла о близком друге, спросила:

– Кстати, как наш дом?

– Ничего, более-менее, – виновато ответила Жанна. Последнее время она совсем забросила № 3, предала его.

– Знаешь, Жанна, – в голосе Джули звучала тоска, – я тебе завидую.

– Что? – Жанна пристально вгляделась в лицо подруги. Уж не насмехается ли она? Вроде бы нет.

– У тебя есть все: собственный дом, талант, ребенок. Хотела бы

я оказаться на твоем месте.

– Ты с ума сошла. Подумай: я беременна, но не замужем. Чему же тут завидовать?

Джули покачала головой. Ее синие глаза были очень серьезны. – Дети любят своих родителей, верно? Просто так, ни за что. Тебе повезло. Ты все начинаешь заново, но уже не одна, а с существом, которое принадлежит только тебе. – Она усмехнулась. – Я всегда мечтала об этом, даже когда была совсем крошкой. Мне хотелось иметь сестру. Чтобы она любила меня такой, какая я есть. Добиться папиной любви было непросто. Ему вечно что-то не нравилось. Странное это чувство… – Джули нахмурилась. – Будто я кого-то потеряла. Как на вокзале, знаешь? Кругом шум, толпа, а ты мечешься во все стороны, и кажется, что вот он – человек, которого ты ищешь, а на самом деле это кто-то другой. – Она повела плечами. – Наверное, в детстве я была очень одинока. Но дело не в отсутствии компании. Мне хотелось чего-то необыкновенного… чтобы два сердца бились в унисон. Звучит сентиментально, конечно. Иногда такое бывало… с мужчинами. Вот почему мне больше всего нравится, позанимавшись любовью, просто полежать потом в постели.

Перед Жанной вдруг предстала совершенно новая Джули. Да, она обольстительна, красива, даже ослепительна, но разве кто-нибудь пытался заглянуть ей в душу?

– Джули, – поспешила успокоить ее Жанна. – Я думаю, тебе надо выйти замуж и нарожать кучу детей.

Все-таки счастливица-то не она, а Джули, которая вполне может устроить свою жизнь,

– M-м. Где-то в подсознании такая мысль всегда была. Я думала, что так и сделаю… когда-нибудь. Когда некуда будет деваться. Выйду замуж за Грея, стану этакой хозяйкой поместья, окруженной детьми и собаками.

– А я все испортила. – Жанна понурилась. – О, Джули, мне так жаль.

– Нет-нет! – Джули была искренне огорчена, что ее не правильно поняли. – К тебе и Грею это не имеет никакого отношения, честное слово. Просто… я не могу иметь детей. В Нью-Йорке у меня появились боли, и я пошла к врачу. Он сказал, что это какое-то воспаление. Наверное, у меня было слишком много мужчин. – Она вздохнула. – Если б знать… А мне так хотелось родить девочку. Я была бы хорошей матерью. Но теперь…

– Теперь ты будешь прекрасной крестной матерью. Эти слова слетели с языка сами собой, и Жанна тут же поняла, что назад пути нет. Впервые она заговорила о ребенке как о реальном живом существе. Значит, аборта не будет. Что бы там ни было, это ее ребенок.

– Хорошая мысль. – Джули импульсивно протянула руку через стол. – Я буду членом семьи, верно?

– О да. – Приняв решение, Жанна вдруг почувствовала ужасную слабость и прижала руку к животу. – Чем больше будет родственников у этого маленького хулигана, тем лучше.

– Кстати о родственниках… – задумчиво протянула Джули. – Ты сообщишь Грею?

Жанна отрицательно покачала головой. Ребенка она оставит, но о браке с Греем не может быть и речи. Они живут в разных мирах. Он никогда не сделает ей предложения, тут и думать нечего. Как истинный джентльмен, Грей, конечно, захочет помочь, даст денег… то есть снова вторгнется в ее жизнь. Нет, она не допустит этого, пусть даже ребенок останется без отца. Сейчас от Грея остались лишь смутные воспоминания, так должно быть и впредь. Она и сама как-нибудь справится.