Шепот в городе
Шрифт:
– Да хватит глупости болтать, – возмутилась я – нет между нами никакой романтики. Поужинали и всё. Пусть твоя Ленка ищет причину в чём-то другом. И вообще.., – тут я таинственно улыбнулась, – Денис вернулся.
– Да ты что? – Настины огромные глаза стали ещё больше от удивления. – Ну, тогда конечно, вопрос снят. Старая любовь не ржавеет. Особенно такая, как у вас.
Она допила свой кофе и побежала гримироваться.
А я набрала Денису.
– Привет, – произнесла я с неприличным трепетом.
– Привет – по его голосу было слышно, что он улыбается.
– Чем занимаешься?
– Да
– Отлично. Я вся в предвкушении, – засмеялась я. – Тогда пока. До вечера.
Попрощавшись с Денисом, я решила воспользоваться образовавшейся паузой и поговорить с Ольгой Ларченко. Она работала с Лерой в одной школе и, хоть они и не были очень близкими подругами, но всё-таки виделись практически ежедневно. Когда-то давно, ещё в школе, Лера встречалась со старшим братом Ольги Володей. Однако, эти отношения быстро закончились. Лере наскучил их полудетский роман, поскольку, как она сама неоднократно жаловалась мне, с Володей ей было неинтересно. Возможно работая вместе с Лерой, она заметила какое-то новое лицо в её окружении. К счастью, у меня был её номер телефона. Ольга быстро согласилась пообщаться и предложила встретиться у себя дома, поскольку свои уроки уже провела в утреннюю смену.
Жила она почти в центре, и буквально через несколько минут мы уже сидели у неё на кухне и говорили на интересующую меня тему.
– Не могу сказать, точно, что у неё был мужчина непосредственно перед началом отношений с Петей. Но звонил ей кто-то, безусловно, и при мне такое было. Один раз после уроков, когда вторая смена закончилась, слышала в учительской, как она договаривалась с кем-то по телефону, чтобы он за ней заехал. Когда она вышла через несколько минут, одолело меня проклятое бабское любопытство. Подошла к окну, выглянула. Видно было довольно плохо, потому что смеркалось, а машина остановилась где-то за школьной аллеей. Словно водитель не хотел, чтобы его заметили. Могу сказать только, что это был тёмный джип. Она села, видимо, и он быстро сорвался с места.
– Может быть, всё-таки это Петя звонил?
– Похоже, что нет. С Петей она очень уверенно разговаривала, иногда иронично. А здесь другая интонация была. Какая-то робкая, сдержанная, – сказала Ольга. – Да, вот почему я тогда сразу решила, что это не он. В разговоре по телефону она произнесла фразу, типа «нет, Петя не знает».
– Не было ощущения, что, может быть, она боится чего-то?
– Этого точно сказать не могу, но как будто, её что-то тревожило. Но звонку того человека на джипе она, похоже, обрадовалась.
– Думаешь, это был кто-то из местных?
– Не знаю. Она просто сказала что-то типа, что всё, уже выходит. Мне сама она ни о ком не рассказывала, и мужчин каких-то вместе с ней я не видела. Только Петю.
– Спасибо тебе большое за информацию, – поблагодарила я Ольгу на прощание.
– Обращайся, если ещё что-то спросить захочешь. Я понимаю, насколько тебе тяжело. Она же была твоя лучшая подруга. Не знаешь, напали хоть на след изверга этого?
– Не знаю. Ищут, – ответила я и,
***
Двигаясьсь в сторону телецентра, я набрала Сашин номер.
– И снова здравствуйте, – шутливо поприветствовала я его.
– Слушаю тебя внимательно.
– Хочу пообщаться. Сможем встретиться вечером?
– Если заедешь за мной после работы. Я сегодня без машины.
– С удовольствием подброшу тебя до дома. Заодно и поговорим.
Отсняв вечерний эфир, я отправилась за Сашей к зданию УВД.
– Привет, – сказал он, садясь в мою машину с усталым видом.
Мы поехали в сторону его дома.
Я рассказала Саше об информации, полученной от Лиды.
– Тёмный джип, – задумался он, – в городе таких не очень много. Только версию, что это кто-то приезжий, мы не отменяли. У Пети Селиванова, кстати, нет тёмного джипа. Он ездит на серебристом «Рэндж Ровере».
– Короче, наше расследование ясности пока не прибавляет. Если Миловича, который, кстати, как раз ездит на тёмном джипе, мы отметаем, то новых версий нет.
– Как расследование по маньяку продвигается? – спросила я для поддержания боевого настроя, – потерпевшая уже вышла из больницы?
– Да, – ответил Саша, – только от шока пока не отошла. Боится, что маньяк вернётся её добивать. Похоже, что всё-таки, все эти женщины – случайные жертвы. Просто соответствовали его любимому типажу.
Боюсь, как бы не случилось нового нападения. Ведь жертва выжила, и его больная психика осталась неудовлетворённой.
– Надеюсь, этого не произойдёт, – заволновалась я.
– Хочется верить. Сколько ломали голову вместе с местными психологами, почему Чулочник нападает только осенью? Ведь весной у психов тоже бывает обострение.
– И к какому выводу пришли? – поинтересовалась я.
Местные специалисты в области судебной психиатрии пытались составить психологический портрет Чулочника. Возможно, осенний период в году связан с какой-то важной датой или событиями. Есть ещё версия, что Чулочник появляется в городе именно в этот период, поскольку как-то связан с этим местом.
Я почувствовала, как кровь зашумела в моей голове.
Дикая мысль пронзила насквозь и теперь словно царапнула душу. Денис. Последние годы он приезжал в город именно осенью. В октябре был День рождения его мамы, и он всегда навещал её в этот праздник. Он остался верен этой традиции и после её смерти. Господи, ещё и этот шрам на руке!
«Остановись», – мысленно сказала я самой себе. Разве допустимо даже подумать, что мой любимый человек может быть Чулочником? Чушь!
Сердце всё ещё тревожно колотилось, когда я высадила Сашу возле его дома.
Мне стало настолько стыдно, что я поспешила набрать номер Дениса.
– Привет, – сказала я, стараясь придать своему голосу максимальной доброжелательности. – Ты где сейчас?
– Непосредственно сейчас я стою возле твоего духового шкафа, откуда доносятся восхитительные ароматы запечённой форели, – ответил Саша. Его слова реально звучали, как песня. Как гимн жизни и любви, добавила бы я, если бы была поэтом. Видно, наше с Сашей расследование лишило меня разума, заставляя уже подозревать всех подряд, даже близких.