Шестерня
Шрифт:
Поплутав, остановились возле груды булыжников, чем-то напоминающих жилище мага. Шедший до того первым, подземник повернулся, холодно произнес:
– Жить будете здесь. Еда по распорядку. О работе узнаете у инженера. Все.
Скептически оглядев жилище, Шестерня бросил:
– Не велики удобства.
Губы подземника искривила усмешка, он процедил:
– Смотря с чем сравнивать. Если б не Увар, спал бы как остальные - на камнях.
Поморщившись, Шестерня было сунулся к выходу, но стоящий слева
– Оружие!
Пожав плечами, Шестерня ухватил секиру за оголовье, стараясь избегать резких движений, неторопливо вытащил, протянул подземнику. То же сделали и парни. Бегунец расстался с ножом легко, Зубило же долго ковырялся, скрипел зубами, но под конец, подгоняемый сердитым взглядом Шестерни, все же отдал.
Воин принял оружие, оценивающе покосился на доспехи, но Шестерня предупредил, спросил с брезгливостью:
– Обноски тоже сдать?
Подземник лишь сдавленно чертыхнулся, растаял во тьме. Следом исчезли и остальные. Постояв немного, вслушиваясь в шумы, Шестерня подхватил фонарь, двинулся ко входу. Спутники затрусили следом, чересчур подавленные, чтобы думать и действовать самим.
Свет метнулся по стенам, заполнил собой тесное пространство комнатушки. Плоский камень столешницы, стулья - булыжники, широкий, на полкомнаты топчан, из все тех же камней, разве что для мягкости заваленный мятой потемневшей одеждой.
Утвердив фонарь на столешнице, Шестерня сбросил мешок, устроившись на краешке топчана, с удовлетворением произнес:
– Что ж, неплохо.
Втянув идущий от топчана кислый запах застарелого пота, Бегунец опустился на стул, простонал чуть слышно:
– Если это неплохо... Что тогда отвратительно?
Пошерудив в заплечном мешке, Шестерня извлек кусок мяса, взвесив на ладони, сказал:
– Отвратительно? Ну, к примеру, если бы тут вода была.
– Где?
– Зубило присел рядом, откинувшись на стену, прикрыл глаза.
– Да прямо здесь. Под ногами.
– Шестерня вгрызся в мясо, отхватил здоровенный кус.
– Мало того, что мокро, так еще и холодно. Быстро отсыревает одежда, кожа покрывается волдырями. Заводится плесень, повсюду скачут мерзкие твари, спать не дают.
– Доводилось так работать?
– Бегунец округлил газа.
– Доводилось еще и не так.
– Шестерня подмигнул, сглотнув прожеванное, откусил снова.
– Или, к примеру, алебастровые копи. Повсюду мельчайшая едкая пыль, кутайся не кутайся - все одно насквозь в пыли. Глаза слезятся, тело чешется, легкие жжет так, словно раскаленных углей вдохнул. И ведь не день, не два приходится работать.
– А уйти нельзя?
– ужаснулся Бегунец.
– Можно и уйти, - Шестерня пожал плечами, - да только не заплатят.
– Никакие богатства не стоят подобных мучений, - бросил Зубило угрюмо.
–
– Если оплата хороша, можно и помучиться.
Зубило покачал головой, сказал с отвращением:
– Никогда не пойму. Чтобы за какие-то камушки и слитки уродовать себя...
Шестерня отложил мясо, извлек бурдюк, побултыхав, сказал с грустью:
– Если бы за камушки да слитки. Иногда приходится вкалывать за спасибо.
– Как это?
– Бегунец отщипнул от мяса, потянул кусочек ко рту.
– Кто на такое пойдет?
Отхлебнув из бурдюка, Шестерня отер бороду, спросил скептически:
– Все те, кого сегодня видел, думаешь, за сокровища жилы рвут?
Не донеся мясо до рта, Бегунец замер, взглянул вопросительно. Открыл глаза и Зубило, сказал сердито:
– Не до гляделок было. А что, разве нет?
Шестерня покачал головой, сказал пораженно:
– И куда только смотрели? Они же в кандалах, все до единого. Невольные!
У Бегунца отвисла челюсть, а Зубило побледнел, сказал неверяще:
– Не может быть. Как невольные? Их же здесь... сотни!
– Если не больше.
– Шестерня покивал, добавил: - Так что мы еще неплохо устроились. Могло быть и хуже.
Пораженные, парни погрузились в размышления. Шестерня тем временем дожевал мясо, запил, после чего, сложив остатки назад в мешок, поднялся со словами:
– Что ж, червячка заморили, теперь можно и поработать.
Бегунец дернулся, как от укуса водяницы, воскликнул:
– Как поработать? На кого?!
– На подземников, конечно. На кого тут еще работать?
– Шестерня пожал плечами.
Глядя на товарища, что поперхнулся, от возмущения пошел пятнами, Зубило пояснил:
– Подземники захватили много наших. Кажется, я даже видел знакомые лица. Правильно ли будет действовать с ними за одно?
Остановившись в проходе, Шестерня повернулся, сказал с недоумением:
– Волшебник предложил выгодную сделку. Было бы глупо упускать такую возможность.
Вновь обретя дар речи, Бегунец горестно выдохнул:
– И мы не поможем соплеменникам? Не освободим от оков, не отпустим домой?
– А собирались?
– Шестерня удивился столь натурально, что Бегунец лишь глухо застонал, уткнулся лицом в ладони.
– Не собирались, но можем собраться, - сказал Зубило с нажимом.
– По крайней мере, попытаться стоит. Ничто не мешает...
– Мешает, - прервал Шестерня серьезно.
– Работу нужно сделать. Я дал заказчику слово. А слово мастера, это не то, чем стоит разбрасываться.
– Но невольные...
– простонал Бегунец.
– Это не ваша забота, - отрезал Шестерня.
– Единственное, что сейчас для нас важно - проект. Остальное не имеет значения.