Шестерня
Шрифт:
В оседающей пыли протаивают фигуры строителей, распахнутые глаза, искаженные рты, потемневшие от пыли, испуганные лица.
– Который раз падает?
– Шестерня вопросительно изогнул бровь.
Стоящий справа хмурый строитель сплюнул, сказал с досадой:
– Четвертый. Неподъемная, зараза!
Его товарищ лишь махнул рукой, сказал устало:
– Я же говорил - не осилим.
Мужик, что отсчитывал разы, сказал сердито:
– Не каркай. Если бы разок напряглись, давно бы поставили.
– Перевел взгляд на Шестерню, спросил недоверчиво: -
– Да так, мимо проходил, - Шестерня пожал плечами.
Мужик покачал головой, сказал едко:
– Как же, мимо. Так и скажи - подземники прислали за работой следить. Таиться надоело вот и решил подойти, поглумиться.
– С чего бы?
– удивился Шестерня.
– Да с того, - бросил мужик враждебно, - что шибко много знаешь. Не о чем-нибудь спросил, а который раз падает. Давненько видать наблюдаешь.
– Ах вот ты о чем, - протянул Шестерня разочарованно.
– Что ж тут следить, если и так видно.
Обескураженный тоном собеседника, мужик произнес с запинкой:
– Что видно-то?
– Вы как натяжение обсчитывали?
– Шестерня взглянул с любопытством.
– Э-ээ... натяжение...
– Мужик замялся.
– Натяжение говоришь... Не выдержав изучающего взгляда собеседника, отмахнулся, сказал зло: - Да никак не рассчитывали.
– Это и видно, - Шестерня усмехнулся. Добавил назидательно: - Четыре раза уронили, уроните еще четыре. А то и все пять. Если не десять.
Строители, что от удара балки разбежались в разные стороны, постепенно подтянулись, стали кружком, с интересом прислушиваясь к беседе. Один, мелкий мужичонка, с впалыми щеками и глубокой залысиной сказал с грустью:
– А что делать? До того всегда поднимали, со скрипом, но все-таки. А эта, видишь, тяжелее оказалась. Не можем и все-тут.
Другой, широкий, с попятнаным ямками лицом, прогудел:
– Если видишь, что не так делам, подскажи, сделай милость. И так жилы рвем за бесплатно, конца и краю не видно, а тут одно и то же который раз.
Шестерня сказал сердито:
– Платно, бесплатно, тяжело, легко... Либо делаете хорошо, либо не беритесь вовсе! Не хватает сил - берите помощника, не хватает ума - специалиста.
– Ткнув пальцем в конструкцию рявкнул: - Вы прежде чем блоки вешать, чего посчитали, или так, наобум?
Мужики разводили руки, отводили глаза. Тот, что считал, сказал со вздохом:
– Не строители мы. Уж не обессудь.
Однако, Шестерня уже не слушал, подойдя к конструкции, внимательно изучал переплетение тросов. Затем отвел глаза, взглянул на балку. Мужики тихонько приблизились, замерли в почтительном молчании, боясь нарушить мыслительный процесс неизвестного, но явно сочувствующего им мастера.
Шестерня меж тем двинулся в сторону, где, вставленная в гнездо, уходящим верх шпилем темнела предыдущая балка. Из складок одежды на свет появился пальцемер, замелькал, откладывая на балке отрезки: один, второй, третий. Затем несколько шагов назад, к вмявшейся от падения в почву непослушной балке. И вновь
Глядя, с какой серьезности незнакомец производит замеры, как ловко обращается с пальцемером, мужики лишь качали головами, да переглядывались. Когда же, поискав что-то взглядом, но, так и не найдя, Шестерня принялся вычерчивать под ногами, в пыли, некие знаки, то и вовсе втянули головы в плечи, застыли, словно увидели некое волшебное действо.
Закончив расчеты, Шестерня с кряхтеньем разогнулся, смахнув ногой формулы, произнес:
– Добавьте один блок сюда и три туда. И да - те два блока лишние, снимите, а тросы перекиньте вот сюда.
Повинуясь, мужики бросились исполнять указание, пыхтя от усердия, проделали необходимое на удивление быстро и аккуратно. Покивав, Шестерня, еще некоторое время сосредоточенно водил взглядом по конструкции, придирчиво отслеживая переплетенье металлических жил, после чего, удовлетворенно кивнув, произнес:
– Теперь хорошо. Можете начинать.
Мужики озадаченно переглянулись. На лицах отразилось недоверие. Однако, Шестерня излучал такую непоколебимую уверенность, что несколько мгновений спустя работа возобновилась. Вновь раздались команды:
– И раз. И рраз...
Медленно, но уверенно, балка пошла вверх. На лицах строителей недоверие сменилось изумлением, а потом и радостью. Размеренно, без надрывов и запредельных усилий балку подняли, с помощью приводящих ремней, отвели ближний к земле конец в сторону, к чернеющему зеву сделанному загодя отверстию. Землю тряхнуло, с глухим стуком балка встала на место. А мгновенье спустя воздух огласили крики радости.
Строители подскочили, окружили кольцом. Дружеские похлопывания, губы растянутые в улыбках, и сквозящее из всех глаз глубочайшее уважение. Высказывая общую мысль, одни из мужиков воскликнул:
– Вот это мастер, так мастер! Всего и дел: два крюка сюда - один туда. А насколько легче стало!
– Ты заходи, заходи еще, - подхватил другой строитель.
– Мы завсегда рады будем. Словом перекинуться, харчем каким поделиться. Ну и посоветовать что по мелочи.
Шестерня улыбнулся в усы, сказал ворчливо:
– Много у меня вас таких. Вон, целый котлован, да еще наверху столько же, если не больше. Но, конечно, зайду, выделю время. Ну и вы не плошайте. Если что не ясно - запоминайте, а лучше - записывайте, чтобы, как загляну, время не терять, сразу к делу.
Мужики смотрели вслед, пока силуэт мастера не слился с тьмой, после чего один почесал в затылке, спросил озадаченно:
– Запоминать и... чего еще он сказал делать?
– Записывать, - произнес другой, перекатывая во рту незнакомое слово. Повторил по слогам: - Записывать.
– Это как?
– Первый наморщил лоб.
Третий повертел головой, сказал, указывая под ноги:
– Наверное, вот так.
Мужики, как один, в задумчивости уставились на землю, где, полустертые, остались выведенные мастером значки, удивительные и пугающие одновременно.