Шибари
Шрифт:
– Не опоздаю. – Пробубнила, свесив ноги с кровати и укутавшись плотнее в простыню. – Тебе не стыдно?
– Можешь переодеваться. Я отвернулся.
Он и правда, отвернулся. Чертыхнулась и пошла в ванну. Отвязаться от Зеленого не получится. Этот найдет тысячу и один способ достать тебя из-под земли, или в другой планетарной системе. Однажды, на втором курсе, я ушла с вечеринки с одним симпатичным парнем, никого не предупредив. Не до предупреждений, собственно говоря, было. Поиски у Даги заняли ровно тридцать минут. И объяснить наглой зеленой моське, что
– У тебя с утра пораньше нет своих дел?
– Все свои дела, до обеда, я уже выпроводил. – Мужчина пригладил волосы пятерней. – Лучше расскажи, какого хрена, ты покинула семейное гнездо? Или, краснозадые балбесы недостаточно хороши, для госпожи Стольной?
– А если, я не хочу это обсуждать? – Висящий в воздухе экран лишил меня возможности нормально принять душ. Пришлось пользоваться ионным очистителем.
– Тогда не обсуждай. Можем поговорить о Фане.
– А что о нем говорить?
– Предлагаю приготовить на завтрак блинчики. – Проигнорировал мой вопрос друг. – С вареньем.
– То есть, ты, прямо веришь, что в моей кладовке есть все, для блинов? – Скептически приподняла бровь, заранее зная ответ на этот вопрос.
Все ингредиенты для блинов действительно были в наличии. Студенческая привычка, от которой доктор Стольная так не смогла отказаться. Во времена учебы, когда денег было в обрез, мы с соседками скидывались на муку, яйца и заменитель молока. Самый дешевый набор продуктов для мало-мальски съедобного блюда. Печь желтые кружочки нас научила Лала. И мы чуть ли не всем курсом пользовались ее рецептом.
Через пару лет появилась зарплата. Но, блины остались. У меня остались. С подачи Дага. Потому что, до эмиграции на Нептун, этот зеленый гуманоид, любил заваливаться в мою квартиру под утро и тарахтеть посудой. Иногда, компанию ему составляла какая-нибудь не совсем трезвая девица. И тогда процесс выпекания кругляков из теста превращался в настоящее шоу и грандиозный срач.
– Так что ты думаешь о Фане?
– О Фане, или о его работе? – Вбила в небольшую миску несколько яиц. – Спрашивай прямо.
– Он действительно хотел ей помочь?
– Даги достал ручной венчик.
В отличие, от современных домохозяек, дитя Сатурна считал, что гаджеты только портят блины. Тесто получается неправильной, слишком нежной и воздушной консистенции. Поймать тот момент, когда яйца достаточно взбиты, и все ингредиенты правильно смешаны, можно только пользуясь старомодной взбивалкой или вилкой.
– Сколько стоит подпольная операция?
– Не знаю точно. – Друг задумчиво почесал подбородок. – Думаю, раза в четыре дороже, чем в клинике. Слишком много рисков для хирурга. Минимальное наказание – лишение лицензии. Это если будет доказан факт подпольной деятельности. А если, в результате такой операции пациент получает осложнения, наказание будет более серьезным.
– Почему они соглашаются
– Соглашаются только те, кто не получил разрешение на проведение операции. На Нептуне с этим очень строго. Если у пациента есть психические отклонения, нет показаний к операции или его требования не совсем адекватны, комиссия не даст разрешения на процедуру. И тогда, обращаются к хирургам, которые готовы оперировать в обход системы.
– Почему не сделать операцию на другой планете? – Юридическая система современной пластической хирургии мне была неизвестна. Тем более, на Нептуне.
Как обывателю, мне было непонятно, зачем платить огромные деньги, за подпольную операцию, если то же самое можно сделать в другом месте. Исключение составляли сложные операции. Типа коррекции глотки у венериан, или восстановление глазных яблок у людей. Нептунеанцы не разглашали подобных технологий. Но вот, все остальное….
Плоская пластина сковороды нагрелась, и Даг осторожно вылили на него порцию жидкого теста. А я достала более – менее подходящую по форме посудину. Специализированных сковород, как ни странно, здесь не было.
– Сразу видно, что ты не в теме, - чуть свысока ухмыльнулся друг. – Поверь на слово, даже подпольно, здесь сделают лучше и безопасней, чем на любой другой планете.
– Ну, тогда ответ очевиден, - вылила первую порцию теста на сковороду, - если твой протеже взял оплату, то ни о какой благотворительности речи не шло. – Даг как-то задумчиво кивнул и переложил первый блин на плоскую тарелку. – Кстати, хотела спросить, как ты определил, что оперировал именно Фан?
– По рисунку среза. – Зеленушка сделал несколько движений и на экране развернулись четыре картинки. – Три изображения, тренировочные куклы. На них проводили аналогичные операции мои студенты и я. Еще одно – твоя жертва.
Я присмотрелась. Работу самого Дага нашла быстро. Филигранная работа. Почти так же филигранно была прооперирована и Сили. За исключением небольшого рубца. Такой же рубец я обнаружила на одном из манекенов.
– Надо же.
– Друг кивнул, и выложил на тарелку еще один блин. – Даг, ты вообще, почему мне звонишь? Только правду.
– Всегда любил твою прямолинейность.
– Надеюсь, это не сарказм.
– Сарказм. – Он снова улыбнулся. – Я не уверен, что поступаю правильно, прикрывая задницу Сигируса.
– Поясни.
– Когда ты прислала фотографии убитой, я запросил ее документы из архива. Только, мой запрос был не единственным. Некая Синтина Клайток интересовалась бумагами девушки.
– Давно?
– Через пару дней после того, как Сили обратилась в клинику.
– Я, в любом случае, ничего пока не смогу тебе посоветовать насчет Сигируса. По крайней мере, до тех пор, пока идет расследование, пусть чувствует себя в безопасности.
Зеленушка кивнул, и макнул я ягодное варенье кусок кружевного теста. А я поставила себе галочку, попытаться узнать, кто такая, эта Синтина. Или, рассказать все Кисаду. Пусть, поручит кому – нибудь все узнать.