ШИП
Шрифт:
Продюсерский центр снял этот загородный клуб полностью, оставив лишь малую часть персонала, которая присматривала исключительно за территорией отеля.
Пока мы выгружались из микроавтобуса, я поразился всему тому количеству народа, который навезли ради нас пятерых, не говоря уже о том объеме различной аппаратуры и прочей съемочной ерунды. Не менее тридцати человек приехали одновременно с нами, и примерно столько же уже трудились на территории комплекса.
Первая мысль, которая посетила меня, была о том, что я попал в грёбаное реалити–шоу Д@м2.
Капец,
Мы выгружались из автомобиля, а в это время несколько операторов уже вовсю снимали нас, а точнее то, как мы выходим и берем свои вещи. Вот оно, началось.
– Эй, ребят, – услышал я голос одного из сотрудников стаффа, – Давайте, проходите медленно мимо камер, затем пару слов о себе и улыбочка! Улыбаемся и машем ручкой. Никита, ну давай же, улыбайся!
И так, медленным шагом каждый из нас сказал пару слов о себе, кратко представившись, постоянно улыбаясь.
И только мы уже устало выдохнули, как вдруг наш менеджер в достаточно грубой форме согнал нас в административное здание, где нас тут же усадили за небольшой столик, во главе которого уже сидел сам Семён Леонидович, а вокруг него располагались десятки мониторов.
– Значит все здесь, – проговорил он вместо приветствия, отхлебывая из чашки, судя по запаху, горячий кофе, – Это операторская, – указал он на мониторы вокруг себя, – Как сами видите, здесь сотни ракурсов дома, где вы будете проживать, а также его близлежащей территории, по которой вам будет разрешено передвигаться.
Он сделал еще несколько глотков ароматного напитка, а в это время Михаил Негодяев раздавал нашей пятерке участников какие-то документы, на которых помимо пунктов условий проживания на территории комплекса была планировка с четким указанием, куда можно ходить, а куда нельзя.
– Теперь, что касается вас всех лично. У меня не так много времени на вас, и поэтому основное общение будет проходить через вашего менеджера, с которым вы уже, наверное, познакомились, Михаилом Николаевичем Негодяевым.
При упоминании его имени, мужчина встал рядом с креслом Раевского и обвел нас всех своим серьезным деловым взглядом. На вид ему было примерно лет тридцать пять – сорок. Он был среднего роста и среднего телосложения, с коротким темными волосами и строгими серыми глазами.
– Помимо Михаила, с вами также будет непосредственно контактировать его помощник, Лариса Юрьевна Полянская, прошу любить и не обижать.
И рядом с Негодяевым встала симпатичная миниатюрная женщина лет сорока, со светлыми кудрями, огромными наращенными ресницами и длиннющими красными ногтями. Она как-то по-доброму нам улыбнулась, а мне даже подмигнула.
А между тем Раевский продолжил свою речь:
– Что касается заселения, жить вы все будете в одном общем доме, по двое на комнату.
– Но нас же пятеро. Значит, кто-то один будет жить в комнате? – с надеждой посмотрел на продюсера Макс.
– Да,
– Соревнование между собой? – недоуменно посмотрел на продюсера Никита, тот самый высокий блондин с холодными голубыми глазами.
– Никита, если не поленишься и заглянешь в те бумаги, что дал тебе твой менеджер, то увидишь, что там всё написано. Вы уже все взрослые, ну или почти все, – на этих словах он вновь посмотрел на меня, намекая, что я тут самый мелкий по возрасту, малолетка, – Так что разберетесь, а Миша и Лара вам в помощь. А сейчас вас всех необходимо привезти в божеский вид, ведь уже завтра состоится ваша первая фотосессия для вброса в соцсеть.
То, что происходило дальше, было похоже на какой-то кошмар. Не дав нам возможности опомниться, ни говоря уже о том, чтобы передохнуть или просто перекусить, нас впихнули в соседнее помещение, где сначала нас раздели до трусов, потом был краткий мед осмотр, затем нас измеряли и взвешивали, а уже после отвели в зал к стилистам, где стояло два парикмахерских кресла.
– Так, парни, знакомьтесь, это Сашенька и Серёженька, – раздался мелодичный голосок Ларисы Юрьевны, – Начнем, пожалуй, по старшинству. Денис, ты первый.
Женщина ловко ухватила высокого брюнета под локоть и усадила в кресло стилиста.
– Значит так, подправим виски, сделаем ему полубокс, – давала она распоряжения стилисту Сашеньке, – Чуть подкорректируем брови, изменив угол изгиба. Короче, из Дэна мы делаем брутального мачо.
Затем обернувшись к Никите, она лучезарно заулыбалась.
– Следующий у нас Ник, – усадила она и блондина в другое кресло, – Дорогой, а с тобой почти ничего и делать не надо, ты и так ходячая картинка. Хотя, у бровей чуть подправим тон, освежим твою прекрасную стрижку, кончики волос можно сделать чуть светлее, – кивнула она смутившемуся стилисту Серёженьке, который откровенно глазел на голубоглазого Никиту, который в свою очередь устраивался в кресле с непринужденным видом, очевидно привыкший к подобной суете.
– Ох, божечки мои! – услышали мы восхищенные вздохи Сашеньки. Он, как и Серёжа, не сводил взгляда от Никиты, – Какие горячие мальчики, ну просто новые айдолы!
Через минут сорок очередь дошла и до Макса с Алексом.
Максу обрезали его длинные неухоженные патлы, сделали модную стрижку в стиле Кроп и изменили тон. Теперь он стал светлым шатеном теплого пшеничного оттенка.
Алексу же сделали стрижку в стиле Фрейд с длинной косой челкой, которая красивыми завитками падала ему на лоб и глаза, создавая удивительно загадочный облик парня. Цвет его бледно рыжих волос также немного был изменен в теплый медовый оттенок.
Когда же очередь дошла до меня, мне было так страшно, ведь то, что эти два женоподобных мальчика-стилиста сделали с парнями, было невероятным и пугающим одновременно.