Шляпа волшебника
Шрифт:
Муми-папа отпил глоток и просиял от удовольствия.
– Откуда это у тебя, сынок? – спросил он.
– Секрет! – ответил Муми-тролль.
Они наполнили волшебной водой банку из-под варенья и разбили ее об нос лодки. Муми-мама гордо продекламировала: «Сим крещу тебя на вечные времена, и имя тебе „Приключение“ (такова формула крещения у всех муми-троллей), и все закричали „ура!“. Затем корзины, одеяла, зонтики, удочки, подушки, кастрюли и плавки погрузили на борт, и Муми-семейство с друзьями поплыли по пустынному зеленому морю.
Погода стояла чудесная, хотя и не совсем ясная, потому что солнце
Снифф связал шнурком свои игрушечные суденышки одно за другим, так что в кильватере у них плыла целая флотилия. Муми-папа рулил, Муми-мама дремала. Ведь очень редко случалось, чтобы вокруг нее было так спокойно. В вышине над ними кружили большие белые птицы.
– Куда мы держим путь? – спросил Снорк.
– Давайте поплывем на какой-нибудь маленький остров! – попросила фрекен Снорк. – Я еще никогда не бывала на острове!
– Ну что ж, теперь ты имеешь такую возможность, – сказал Муми-папа. – Высадимся на первом же острове, который увидим.
Муми-тролль свесился с носа, пытаясь рассмотреть морское дно. Это было страшно интересно – глядеть в зеленоватую толщу воды, которую рассекал нос лодки, распуская в стороны белые усы пены.
– Я иду под парусами! – кричал Муми-тролль. – Мы плывем на остров! Пи-хо!
Далеко в море, окруженный бурунами и подводными мелями, лежал необитаемый остров хатифнаттов. Раз в год хатифнатты собирались на нем, перед тем как вновь отправиться в свои бесконечные странствия вокруг света. Они стекались сюда со всех концов земли, безмолвные и серьезные, с маленькими белыми пустыми лицами. Зачем им эти ежегодные съезды, трудно сказать: хатифнатты не могут ни слышать, ни говорить, а взгляд их всегда направлен на что угодно, только не к той далекой цели, к которой они стремятся. Быть может, им просто хочется иметь место, где можно чувствовать себя как дома, где можно немного отдохнуть, повидаться со знакомыми? Съезды эти всегда происходят в июне, и вот случилось так, что Муми-семейство и хатифнатты прибыли на остров почти одновременно. Пустынный и манящий, возник он из моря в нарядном венце белоснежного прибоя и зеленых кущ.
– Земля! – крикнул Муми-тролль.
Все потянулись через борт посмотреть.
– Тут есть пляж! – воскликнула фрекен Снорк.
– И отличная гавань! – сказал Муми-папа.
Изящно лавируя между отмелями, он провел лодку к берегу. Ее нос мягко ткнулся в песок. Муми-тролль спрыгнул с фалинем (так называется трос, которым лодка крепится к причалу) на сушу, и вскоре берег ожил, наполнился суетой и бурной деятельностью. Муми-мама сложила из камней очаг, чтобы подогреть оладьи, натаскала дров, расстелила на песке скатерть и на каждый угол положила по камню, чтобы ее не унесло ветром. Затем расставила чашки, закопала банку с маслом в сырой песок в тени от скалы и под конец украсила стол букетом береговых лилий.
– Мы ничем не можем тебе помочь? – спросил Муми-тролль, когда все приготовления были закончены.
– Вы должны обследовать остров, – сказала Муми-мама (уж она-то знала, чего им больше всего хочется). – Очень важно знать, куда мы попали. Вдруг нам грозит какая-нибудь
– Верно, – сказал Муми-тролль, и они втроем – он, фрекен Снорк и Снифф – пошли вдоль южного берега, а Снусмумрик, любивший делать открытия в одиночку, – вдоль северного. Хемуль взял лопату, зеленую коробку для растений, увеличительное стекло и направился прямо в лес в надежде найти там диковинные, еще никем не открытые растения.
Муми-папа устроился на камне поудить. Солнце незаметно склонялось к закату, золотистая дымка над морем сгущалась.
В самой середине острова расстилалась ровная зеленая лужайка, окруженная цветущим кустарником. Это и было тайное место встреч хатифнаттов, где они собирались раз в год в середине лета. Их явилось уже сотни три, и ожидалось прибытие еще примерно четырехсот пятидесяти. Они молча ходили по траве и церемонно раскланивались друг с другом. Посреди лужайки стоял высокий, выкрашенный в синий цвет столб, а на нем висел большой барометр. Всякий раз, проходя мимо барометра, хатифнатты низко кланялись ему (и это выглядело очень смешно).
А Хемуль тем временем бродил по лесу, собирая редкие цветы, пестревшие вокруг. Это были совсем не те цветы, что в Муми-доле, о нет, отнюдь нет! Посмотреть только на эти тяжелые серебристо-белые соцветия, словно отлитые из стекла, на эти двудольные чудо-цветы сумеречных тонов, на эти малиново-черные венчики, похожие на корону! Но Хемуль не видел всей этой красоты; он знай считал лепестки-тычинки и бормотал про себя: «Это будет номер двести девятнадцать в моем гербарии».
Так вышел он на поляну хатифнаттов и побрел по ней, рьяно высматривая в траве редкие растения, и поднял глаза только тогда, когда стукнулся головой о столб. Тут только он с изумлением огляделся вокруг. Впервые в жизни он видел столько хатифнаттов зараз. Они кишели повсюду и смотрели на него своими маленькими блеклыми глазками. «Интересно, злые они или нет? – с беспокойством подумал Хемуль. – Маленькие-то они маленькие, да уж больно их много!»
Хемуль осмотрел столб и висевший на нем большой блестящий барометр красного дерева. Барометр показывал дождь и ветер. «Странно», – подумал Хемуль, щурясь от блеска солнца, и щелкнул по барометру. Стрелка сильно упала. А хатифнатты угрожающе зашипели и сделали шаг в сторону Хемуля.
– Пожалуйста, не беспокойтесь! – испуганно сказал Хемуль. – Я вовсе не собираюсь отнимать у вас барометр!
Но хатифнатты не слышали его и сделали еще шаг в его сторону, шеренга за шеренгой, шипя и размахивая лапами. Хемуль страшно перетрусил и огляделся – как бы убраться восвояси. Враг окружал его стеной и подступал все ближе. А между деревьями мелькали все новые и новые хатифнатты, безмолвные, с неподвижными лицами.
– Пошли прочь! – крикнул Хемуль. – Кыш! Кыш!
Но хатифнатты продолжали беззвучно приближаться. Тут уж Хемуль подобрал свои юбки и давай карабкаться на столб. Столб был скользкий и грязный, но страх придал Хемулю нехемульскую силу, и вот уж он сидит, дрожа, на верхушке столба и держится за барометр.
Хатифнатты подступили к столбу вплотную и ждали. Словно белый ковер, они покрывали собой всю поляну, и Хемуль содрогнулся при мысли, что будет, свались он на землю.
– Караул! – крикнул он слабым голосом. – Спасите! Помогите!