Шофёр

Никонов Андрей

– Не сможет, – Сергей прислонился к перилам.

– Почему это? – слегка оторопела Лена.

– Он за моим велосипедом приглядывает, и вообще хороший человек.

Снизу послышалось покашливание, Кольцова невольно улыбнулась.

– Ладно, – сказала она, – вы меня выследили, что дальше?

– Вот, – Травин протянул ей свёрток.

Лена развернула ткань, уставилась на ложечки.

– Анна Пахомова, бывшая прислуга вашего дяди, брала чистить, а как его убили, милиции сказать побоялась, подумала, что в краже обвинят. Адрес она ваш знает, попросила меня найти и отдать, это ведь вам теперь принадлежит?

–

Ну да, – растерялась девушка, – так вы меня не преследовали?

– Совсем немного, вы так быстро сбежали, что у меня и шансов не было. Меня зовут Сергей, я у Пахомовой комнату снимаю.

– Так вы потому в отделение приходили, что могли что-то знать? – догадалась Кольцова. – А я уж себе придумала. Вид у вас такой, товарищ Сергей, что вечером в темноте встретишь, заикаться начнёшь, да и днём тоже, вылитый преступный элемент.

– Уж какой есть, – нахмурился Травин, – извините, что побеспокоил, гражданочка.

– А вы обидчивый, – Лена хитро прищурилась, – знаете что, а пойдёмте-ка со мной. Фамилия какая ваша?

– Травин.

Кольцова потянула его за рукав обратно в квартиру и дальше по коридору. В большой комнате за круглым столом сидели двое, низенький толстый мужчина с лысиной, покрытой редкой прядью, в военной гимнастёрке, и полная высокая женщина с мощными плечами и такими же мощными стёклами очков в роговой оправе. Они ели и о чём-то разговаривали, при виде Сергея прервались.

– Познакомьтесь, – сказала Лена, положив ложечки на буфет, – это Серёжа Травин, мы с ним встречаемся. А это моя тётя, Ядвига Иосифовна, и дядя Генрих Янович. Нет, тётя, Серёжа с нами не останется, мы срочно должны идти.

– Куда это вы на ночь глядя собрались? – обладатель густого баса смотрел на гостя, как на помеху между ним и пирогом с вареньем.

– В кинотеатр, – ответил Травин за Кольцову, – на «Крест и маузер».

Афиша фильма украшала фасад Главкино, когда он проезжал на велосипеде по Тверской.

– Это хорошая картина, – неожиданно одобрила Ядвига Иосифовна, – Геня, я тебе о ней говорила давеча, её товарищ Благонравов снял по актуальнейшим проблемам низости и ханжества религии, проблематика архисовременная. Наркомпрос Луначарский очень хвалил, сказал, мол, нужный стране фильм, не то что мелкобуржуазные поделки. Юноша, вы комсомолец?

– Нет, но готовлюсь им стать, – деликатно ответил Сергей.

Кольцова, чтобы прервать расспросы, утащила его за рукав обратно в прихожую, точнее, пыталась тащить – при такой разнице габаритов это смотрелось самонадеянно, но Травин дал себя увлечь, вновь вытолкать обратно к лестнице, и через минуту они стояли у подъезда. Племянница покойника Пилявского Сергею понравилась – стройная, с пропорционально небольшой грудью и изящной шеей, пронзительными голубыми глазами и приятным высоким голосом. Даже шрамик над пухлой верхней губой не портил вид, а наоборот, притягивал взгляд. Молодой человек прикидывал, что делать дальше, отделаться от неожиданной знакомой или всё-таки знакомство продолжить.

Но всё уже решили за него.

– На «Крест и маузер» я не пойду, – сказала Лена, – скука смертная, а вот «Багдадский вор» с Фэрбенксом для первого свидания сгодится. Ваш Боливар, товарищ Травин, двоих выдержит?

– Кто? – не понял молодой человек.

– Ну велосипед

же. Ты что, О’Генри не читал?

Проснулся утром Сергей от звона будильника, хотя вставать ему так рано было незачем – весь этот день до обеда он был свободен. Кольцова откинула одеяло, потянулась и начала быстро одеваться. Спала она совершенно голой и пристального мужского взгляда не смущалась.

– На лекцию опоздаю, мне Кольцов устроит весёлую жизнь, – сказала она, натягивая блузку.

– Какой Кольцов? – не понял молодой человек.

– Пашка Кольцов, доцент, читает нам сегодня государственное право.

– Родственник твой?

– Какой там родственник, – Лена подтянула брюки, поставила ногу на стул, шнуруя ботинок, – муж.

К такому повороту событий Травин был не готов. Вечером они и вправду доехали на велосипеде до кинотеатра «Колизей», что на Чистых Прудах, но билетов на вечерний сеанс не осталось, и Лена предложила просто прогуляться по темнеющему городу. А потом, слово за слово, попросила, а точнее, потребовала показать, где Сергей живёт, и уже в комнате они быстро оказались в одной постели. Отношения развивались стремительно, муж Пашка в них никак не вписывался.

– Бывший практически, – сжалилась девушка над Сергеем. – Мы с ним два года прожили и разбежались, уж больно ревнивец был, только и бубнил, с кем пошла, на кого поглядела. Одна от него польза была, родство со Станиславским, я за эти два года все спектакли в Москве пересмотрела. Если хочешь, он и нам билеты достанет, в Малый или Художественный.

– Да я больше по кино.

– Это я поняла, – Кольцова наклонилась, чмокнула Сергея в нос, – всё, побежала. Позвоню.

– Куда позвонишь?

– В гараж, плакаты-то ваши по всей Москве висят. «Такси не роскошь, а культурная необходимость, телефон два пять один пять шесть», – процитировала она. – Ты тоже не пропадай, номер наш домашний я черканула.

Она помахала бумажкой, положила на стол и выбежала из комнаты. Сергей вздохнул, накрыл голову подушкой, спасаясь от утренних солнечных лучей, и почти сразу снова уснул.

На работу он отправился в два часа, его смена начиналась только в девять вечера, но Коробейников попросил съездить за запчастями в «Дукс». Новые французские «рено» ремонта практически не требовали, а вот прокатные машины, которых в гараже было три десятка, ломались часто и с фантазией. Детали для них собирали где могли, а что не удавалось найти, заказывали через Автопромторг за золотые червонцы, так что машины эти, как мрачно шутил Коробейников, сами уже на вес золота были.

Сергей забрал в гараже грузовик «фиат», уселся за руль, на пассажирское кресло забрался кладовщик Забелин.

– Ну что, в путь, Пахом Кузьмич? – Травин выехал на Каланчёвскую улицу.

– Богом прошу, не гони, – Забелин вцепился в кресло, – вот как с Пасечником или Семаго соберусь, они аккуратно едут, чинно и благородно, а ты словно бес несёшься.

– Так не кобыла это, – на повороте на Горохольский им дорогу преградила повозка, Сергей аккуратно выжал клаксон, лошадь повела в сторону, отодвигая телегу, извозчик погрозил им кулаком, – она ж не сено жрёт, а натуральный бензин. Да и ты в гараже работаешь, не на конюшне, так ведь?