Шпага и кнут
Шрифт:
Кабан устремился прямо к людям, волоча за собой девушку. Крестьяне вскинули свое оружие, готовясь дать отпор могучему лесному зверю. Впрочем, к настоящему моменту этот могучий зверь уже окончательно выдохся и, из последних сил дотянув до Мирингельма, рухнул к ногам чародея.
Катарина выплюнула шишку и со злостью
– Ненавижу этот лес.
Крестьяне облегченно вздохнули, однако радость их длилась недолго. Через мгновение раздался дикий вопль и на тропу выскочила огромная птица, на спине которой восседало нечто исцарапанное с разлохмаченной гривой. Даже Мирингельм с трудом узнал в странной наезднице юную цыганку.
– Чудище! – в один голос завопили крестьяне. – Бей чудище!
– Я вам сейчас такое бей покажу! – пригрозила Лионелла. – Только попробуйте!
Для острастки девушка щелкнула кнутом. Крестьяне переглянулись и снова завопили:
– Ведьма! Бей ведьму!
Катарина вскочила на ноги и схватилась за шпагу. Взглянув на чародея, она сердито поинтересовалась:
– Так и будешь стоять столбом?!
На удивление, в этот раз Мирингельма не пришлось долго упрашивать. Широкоплечий великан шагнул вперед, сразу отгородив своей внушительной массой девушек от крестьян, готовых поднять незнакомок на вилы.
– Уважаемые, мне кажется, вы несколько торопитесь с выводами, – мягко заметил он.
– Ты сам-то кто такой? – недоуменно спросил один из крестьян.
Маг пожал плечами и представился:
– Мирингельм…
Крестьяне сразу отшатнулись прочь. Один из них с ужасом воскликнул:
– Ты чародей с Чандайской топи?!
– Ну да, – подтвердил Мирингельм.
Больше он ничего не успел сказать. Забыв о чудище, на которое охотились, и о странных ведьмах, крестьяне поспешно бросились бежать прочь.
– А ты популярен
Взглянув на Катарину, цыганка откровенно расхохоталась:
– Ну ты и пугало!
После короткого путешествия на пузе через кустарники одежда юной дворянки растрепалась, в спутанных волосах торчали ветки и пучки травы, лицо покрылось мелкими царапинами, а веснушчатый нос почернел, словно девушка пахала им землю.
– Ты на себя-то посмотри! – обиженно огрызнулась Катарина.
В самом деле, цыганка выглядела ничуть не лучше: была такая же исцарапанная и растрепанная. Глядя на нее, Катарина не могла долго обижаться и тоже расхохоталась. Мирингельм недоуменно переводил взгляд с одной на другую, вызывая у юных спутниц лишь новый приступ хохота.
Вдоволь насмеявшись, Катарина внимательней присмотрелась к птице, на которой по-прежнему восседала Лионелла. Странное пернатое существо уже заметно успокоилось, хоть и нервно крутило головой, с настороженностью поглядывая на людей. С удивлением юная дворянка заметила уздечку на голове птицы, на спине же подпругами крепилось седло, в котором и восседала цыганка.
– Когда ты успела его оседлать?! – изумилась Катарина.
– Ты головой ударилась, что ли? – отозвалась цыганка. – Он уже был под седлом, когда ее наколдовал этот… – она кивком указала на Мирингельма. – Надо было смотреть лучше.
– Не выделывайся! – огрызнулась Катарина. – Ты ведь тоже сразу ничего не заметила.
– Ну ладно, – неожиданно быстро смирилась Лионелла.
Она спустилась на землю и погладила своего необычного скакуна.
– Наверное, там, откуда его вытащил наш приятель, на этих птицах ездят, – предположила цыганка.
– Наверное, – согласилась Катарина.
Конец ознакомительного фрагмента.