Шпион
Шрифт:
Дилижанс притормозил у караулки возле ворот и высадил двух пассажирок: внутрь он проехать уже не имел права. Кучер помог дамам выгрузить не слишком обременительный багаж, попрощался и, развернув лошадок, поехал дальше, следуя привычному маршруту.
— Мальчик, — госпожа Шарот закончила пересчитывать свои баулы и наставила палец на одного из двух караульных — бритоголового, крепко сбитого дядьку лет пятидесяти, — надеюсь, распоряжения на наш счет к вам уже дошли?
Тот в ответ на такое лишь молча вытаращил глаза. Дама поморщилась.
Спас ситуацию его напарник — помоложе,
— А-а… Э-э… Может, леди назовут себя?
— Может и назовут. — Бабушка перевела прицел своего взгляда на него и Рин прям как наяву услышала звук щелкнувшего затвора. — Но мне интересно, вы тут сегодня много дам ждете? Боитесь запутаться?
— Г-госпожа Шарот? — парень сообразил, наконец, что мозгами нужно шевелить быстрее, если рассчитываешь выжить под этим обстрелом.
— А кто еще? Вы ворота открывать будете? И занесите вещи внутрь, наконец.
Пять минут спустя, решив все вопросы с формальностями и выйдя из караульни с другой стороны — в крепостной двор, бабушка продолжила распоряжаться уже компаньонкой:
— Норин, девочка, ты пока прогуляйся тут немного, а я навещу коменданта этой богадельни. Полагаю, ближайшие минут двадцать нам с ним будет о чем поговорить.
— Поняла, — откликнулась она и, проводив пожилую леди взглядом, завернула за угол ближайшего здания, похожего на казарму.
— Сарош! — Первым же, на кого она там наткнулась, оказался Красавчик — младший брат Лаис и пятый ресс Ретенауи. Впрочем, насчет последнего до сих пор мало кто был в курсе. — Боги, ну как ты это делаешь, а? Все хорошеешь и хорошеешь, хотя тебе-то оно зачем? Ты ж не девица на выданье?
— Форма мне идет, ага, — улыбнулся тот совершенно неотразимо — так, как умел лишь он. И поправил новенькие лейтенантские погоны на голубом, в цвет глаз, кителе. А потом махнул рукой себе за спину: — Лазарет у нас вон там. Видишь красную крышу?
— Которая рядом с башней?
— Ага. Фаэлин тебя там уже заждалась. — И, по-братски чмокнув девушку в щечку, снова заспешил по каким-то неотложным гарнизонным делам: — Вечером увидимся!
Госпиталь нашелся сразу и ровно там, где сказали. А на пороге сразу нашлась и ресса — в медицинском переднике, обтягивающем маленький, но уже заметно выпирающий живот.
— Боги, Фэл! — обняла ее Рин, стараясь делать это осторожно. — Как же я соскучилась! А твой маленький? В порядке?
— Конечно, — с гордостью кивнула та. — Не зря же говорят, что женщины Фаон хорошо рожают.
И вдруг нахмурилась каким-то своим мыслям:
— Рожают, да…
— Что? — мигом сообразила она, в чем тут дело. — Тоже знаешь уже о той истории тридцатилетней давности?
— Двадцать семь, — поправила ее ресса. — Это случилось двадцать семь лет назад. Отец рассказывал. Очень подробно, потому что сам искал тогда наших женщин.
— Фэл, ну много же лет прошло, и эти двое… — Рин попыталась ее утешить, но вышло, увы, наоборот:
— Да какая разница, сколько там прошло?! — зло сверкнули на нее глазами. — К тому же пропали тогда не двое, а трое: одна из них была беременна.
— Что-о?! — Вот этого Рин не знала. — Они… Они тебе родня?
— Они Фаоны — мы все друг
И, перехватив еще один вопросительный взгляд, все-таки пояснила:
— Троюродный вроде… да, точно, троюродный дядя. Его семья. Жена как раз носила второго ребенка, прочили опять дочь. А старшую везли выдавать за Дардарри…
— Выдавать? Во время войны?
— Там были давние обязательства, и время уже не терпело. К тому же к нам та война прямого отношения не имела.
— Хочешь сказать, вы тогда не воевали? — Рин опять подняла брови от удивления.
— Да нет, воевали, конечно — на стороне империи. Просто именно наших интересов в ней не было. А так Дардарри, например, почти все в армии оказались, вот к одному из них Ронсту и везли… Боги! — вдруг спохватилась она, прервав себя на полуслове. — Да что ж я тебя на пороге-то держу? Проходи скорей! Сейчас тебя пирогом с грушами угощать буду. Ты же любишь груши…
Гарнизон Таронки, как оказалось, отличался завидным здоровьем — в госпитале крепости почти никогда не было пациентов. И вообще, здешние служаки редко страдали хоть чем-нибудь, кроме случайных ушибов и порезов, даже простуда и та их не брала. Поэтому в вечно пустующее здание и решено было поселить приехавшую пожилую леди вместе с ее сиделкой — мысль просто-таки напрашивающаяся. Ну а то, что там уже успели расположиться младший брат коменданта с женой-медиком, закончившие аж саму Шант Эли и теперь определяющиеся с местом будущей службы, так это лишь к лучшему. Впрочем, Таронка на молодого доктора рассчитывать вряд ли могла, полное отсутствие пациентов в этом случае было минусом, а не плюсом. Да и перспективный лейтенант явно не согласится на такое захолустье. Что вовсе не мешало им пока приводить палаты и процедурные в полную готовность — на всякий случай. Пусть не им самим, но тому, кто все-таки будет здесь работать, пригодится.
Так что именно в госпитале и собралась вечером теплая, считай, родственная компания: поприветствовать двух приехавших леди явились все здешние Ноксы в полном составе. Кроме рессы с мужем, ужинали здесь сегодня сам комендант — совсем седой, крепко сбитый дядька лет сорока — и еще один его брат, суховатый, немного мрачный унтер, занимающий должность каптенармуса. Общение получилось вполне милым и по-семейному уютным, но пожилая леди, уставшая с дороги, извинилась и покинула общество сразу после десерта.
— Госпожа Шарот, я провожу, — подхватилась было вместе с ней и Рин, но даже встать не успела.
— Сиди, я сама, — остановила ее Фаэлин. — Покажу, что у нас где, и вернусь. Это быстро.
Но, оказавшись в комнате, отведенной для бабушки, сразу прикрыла за собой дверь и резко посерьезнела:
— Я вас спросить хотела….
— Ну, спрашивай, раз хотела, — вздохнула та.
— Что с Рин? — выпалила она немедленно.
— Тоже заметила, да?
— Госпожа Шарот, как это можно не заметить? С самого приезда она болтает о чем угодно, но не о Пепле. О нем всего пару слов сказала, да и то после того, как я сама спросила. Что происходит? С ней что-то сделали? Выглядит это именно так.