Шторм – это Стерлинг
Шрифт:
– У тебя вкус шоколада, - сказала она, облизнув свою нижнюю губу, и забрала протянутое кофе.
– Шоколада и глазированных пончиков, - исправил он и поставил коробку на стол.
У нее загорелись глаза - маленькие золотистые крапинки внутри янтаря, как закат на темнеющем небе.
– Обожаю шоколад и глазурь, - провозгласила Бекка, устраиваясь в кожаном кресле. – Ты обнаружил мою любовь к пончикам, пока находился в моем сознании, полагаю.
Стерлинг обосновался рядом.
– Неа, - произнес, подуськивая ее. – С сегодняшнего утра никаких выуживающих игр. Мне, как выяснилось, они по вкусу, а когда дело
Бекка покачала головой.
– Ты не ухитришься вогнать меня в краску пуще прежнего. Исчерпал свой лимит несколько сотен неприличных комментариев назад.
Он шевельнул ей бровями.
– Хочешь поспорим?
– Нет-нет, - поторопилась ответить она и откусила от своего пончика. – Последую-ка я твоему правилу – «никаких азартных игр».
Стерлинг доел один пончик и отряхнул ладони от крошек.
– Ты когда-нибудь слышала об эклипсерах айса?
– Нет, пока Келли не позвонила мне с час назад, - проговорила Бекка.
– Адам о них ни сном ни духом, а мне показалось, что это смерть от айса.
– Она отпила кофе. – Сейчас Келли работает над анализами на токсины, пытаясь установить состав эклипса.
– Она покачала головой. – Ирония в том, что народ убивает человеческая микстура. Мы, люди, любим уничтожать подобных себе. Не то чтобы я думала, что айс не несет угрозу. Просто считаю, побочные эффекты проявятся чуть позже, но будут они куда как опасней смерти.
Раздался стук в дверь, и Стерлинг вдруг замер, стал совершенно неподвижным. Пончик, что он съел, комом встал в желудке. После беседы с друзьями ренегаты, покровительственное отношение к Бекке возросло.
– Наверное, очень важно, раз в моем лице они проигнорировали риск, - заметила Бекка, попытавшись сказать это беззаботным тоном, только тщетно.
Девушка ощущала себя не связанной с окружающими, что ее не устраивало, сообразил Стерлинг. И кто мог винить ее в подобном? Если только научить ее управлять своими способностями будет означать свободу, а не опасность, что они используют Бекку в качестве приманки.
В несколько прыжков преодолев расстояние до двери, он распахнул ее и наткнулся на Дамиана. Стерлинг окинул оценивающим взглядом стрижку «под ежик» и пустынный камуфляж – образ мистера Всего-из-себя-американского, в задницу, всегда морализирующего о правилах и чести. Он даже не знает, что такое честь.
– А у тебя есть яйца, раз явился сюда. Что хотел?
– Посоветовать тебе прекратить наговаривать на меня всякое дерьмо собачье, - рявкнул Дамиан. – Я хочу поговорить с Беккой.
– Я уже спросил у нее, помнит ли она тебя, если таков твой план, - проговорил Стерлинг. – У нее отшибло память. И тебе известно это, иначе не явился бы сюда.
Дамиан провел рукой по волосам.
– Послушай. Вот опять ты. – Он скрипнул зубами. – Я не отдавал Бекку Тэду. Позволь мне потолковать с ней. Увидев меня, она испугается - реакция на страх. Дай ей шанс вспомнить, чтобы я смог схоронить твои чертовы обвинения в могиле, где им самое место.
– Дамиан понизил голос. – Если, конечно, ты не опасаешься, что она вспомнит то, чего тебе не хотелось бы.
– Взбесив меня, не поможешь делу, - прорычал Стерлинг. – И, умник, сообщаю
– Калеб обмолвился, что сейчас она больше владеет собой, - произнес он. – И готов рискнуть обмороком, чтобы покончить с этим.
– Калеб разве в курсе, что ты здесь?
– Нет, - отозвался Дамиан, - хотя если уж тебе так приспичило, я его позову. Стерлинг, этот спор между нами должен, наконец, закончиться.
– Стерлинг, - позвала за его спиной Бекка.
Она подошла чересчур близко, чтобы он ощутил дискомфорт. Стерлинг сердито зыркнул на Дамиана.
– Проваливай. – Он двинулся, чтобы закрыть дверь.
Дамиан подставил ногу и не позволил ее захлопнуть.
– Только после того, как я увижусь с Беккой.
– Стерлинг? – опять позвала Бекка.
Ё-моё.
– Жди в коридоре, пока я с ней толкую.
– Дамиан не сдвинулся с места, лишь с упрямой решимостью стиснул челюсти. Стерлинг расстроено выдохнул. – Порази ее при встрече и не останешься стоять на своих двоих. Мне нужно подготовить ее.
– Пока не переговорю с ней, не уйду. В конце концов, она ведь должна выйти из этой лаборатории. – Дамиан нехотя отпустил дверь и отошел от него.
Стерлинг захлопнул дверь и повернулся к Бекке.
– Часть того, что он сказал, я слышала. Хочет со мной побеседовать. Кто он?
– Вооруженный ножом парень с заднего сиденья автомобиля, - сказал Стерлинг.
– Дамиан.
– Точно, - вспомнила девушка, лицо ее приняло задумчивое выражение. – Ты уже спрашивал у меня, вспомнила ли я его в тот день, когда была похищена.
– Угу, - нерешительно согласился Стерлинг, осторожно подбирая слова. Он не улыбалось, чтобы Бекка начала разбивать лампочки и метать предметы в воздухе.
– Что-то произошло в тот день. Дамиан утверждает, что он этого не совершал. Я же уверен в обратном.
– Что-то плохое, полагаю.
– Он кивнул, и она полюбопытствовала: - А Калеб не может просто посмотреть в его разуме? Эмоции прощупать. Или что он там еще делает. Разве не под силу определить это?
– Утверждает, будто он невиновен. Но я-то был там. Дамиан виновен.
– Понятно, - произнесла Бекка, совсем не выглядя таковой. – Он, кажется, решительно настроен доказать свою невиновность. Иначе зачем он тут?
– Именно по этой причине, - проговорил Стерлинг. – Ты потеряла сознание. Память отшибло. Но он появился-таки тут, требуя твоего подтверждения, хотя знал, что может вырубиться, и это позволило бы ему выглядеть агнцем невинным. Но ему ни на минуту меня не одурачить. Тебя тоже.
– И что, по-твоему, он совершил?
Загнанный в угол, Стерлинг благоразумно утаил от нее правду. Впрочем, Бекка и без того все-все увидела в его сознании, так что догадается. – Это он помог Тэду захватить тебя.
Бекка уставилась на него во все глаза.
– И все же он тут, с ренегатами?
– Дамиан настаивает на том, что полдюжины или около того пуль вызвали у меня глюки, - проинформировал ее Стерлинг. – Только это не так.
– А Калеб?
– В тот день присутствовали и остальные ренегаты, - проговорил он. – Никто, кроме меня не видел произошедшего. Калеб не стал вешать на него всех собак лишь на основании голословности, учитывая то, что я был ранен. Дамиан – один из надежнейших наших ренегатов. Мы были...