Шторм – это Стерлинг
Шрифт:
Сабрина поднялась на ноги и надела чистый розовый халат.
– Тебе же понравилось, когда я спряталась под столом и заставила кончить, пока ты разговаривал с секретарем.
Он окинул взглядом ее наряд.
– И я тебя предупредил, чтобы не вздумала снова это повторить.
Чтобы все было под его полным контролем. Да запросто. Она уловила суть. Но также знала, что он не хотел этого.
– Когда мы сможем избавиться от Tэда? – полюбопытствовала Сабрина, провожая Айсмена до двери.
Тот повернулся и прислонился
– На что ты готова пойти, чтобы избавиться от него?
В желудке начало подниматься неприятное предчувствие.
– Что ты имеешь в виду?
Айсмен устремил на нее взгляд своих стальных, холодных как лед, глаз, а потом грубо притянул к себе.
– Поиграй с ним в те же игры, что и со мной, - произнес он.
– Соблазни его в том месте и заставь отвлечься, что сделает его уязвимым, и я смогу его убить, пока он не удрал.
Сабрина едва верила собственным ушам.
– Ты хочешь позволить этому человеку еще раз ко мне прикоснуться?
– Я лишь желаю, чтобы ты могла помочь мне уничтожить его, - рявкнул он, подтащив ее поближе, голос его прозвучал отрывисто. – Ты ведь хочешь порадовать меня, Сабрина?
– Я предпочла бы доставлять тебе удовольствие в твоей постели, а не в чужой, - отозвалась девушка.
Вот как оно бывает. Женщина, что управляет человеком у власти, «вертит» им так, как не сможет никто другой.
– Но ты сделаешь это, - проговорил Айсмен. Это был не вопрос.
В груди что-то стало рассыпаться на мелкие кусочки.
– Да.
Его губы медленно изогнула улыбка, прежде чем он смял ее губы поцелуем, насилуя их и жадно проникая к ней в рот. Но власть эта, поняла она, не для нее. Сабрина лишь пешка во всей игре. Несколькими секундами позднее он отодвинул ее и, не проронив ни слова, даже не посмотрев на прощанье, ушел.
Айсмен попросил, чтобы Tэд снова к ней прикасался. Сказал – нет, приказал, ожидая, что она «поспособствует» желанию Тэда угодить ему.
Сабрина прислонилась к двери и сползла по ее поверхности. В глазах защипало – слезы! Нет. Нет. Нет. Она стиснула кулаки, отчасти зарычав, отчасти закричав на всю комнату. Сабрина не такая, как мама. Она не станет проливать слез из-за мужчины, особенно если тот использовал ее, ибо не родился такой кобель, который, «заботясь» о ней, попросил бы то, что посмел Айсмен.
Айсмен не лучше Тэда, прозрела девушка. Они оба пускали ее в ход друг против друга, лишь бы добиться могущества и контроля. Вкус этой ненасытности она только что попробовала на губах Айсмена.
Ни хрена, она не такая, как мама. Не глупая и не слепая. Если хочет выжить в этом, то должна следить за собой. Сабрина сделала вздох. У Айсмена был план. Ну что же, и у нее тоже.
***
Бекку окружала простая белая плитка и серебристые аксессуары, когда она лежала, расслабленная, в ванной, дожидаясь Стерлинга, который
Не суть, что Бекка часами занималась со Стерлингом любовью, во всяких акробатических позициях. Она даже не представляла, что подобные существуют, а кое-какие вообще считала неосуществимыми, пока он не доказал обратное. В итоге, она до сих пор не знала, куда деваться от смущения. Эмоционально ли, физически, но при любом раскладе пузырьки были условным гарантом безопасности, дополнительным слоем, что защитит ее, пока она пыталась разобраться в собственных эмоциях.
Она никогда не проделывала с мужчинами вещей, какие вытворяла со Стерлингом. Секс бывал жестким и неловким, неприятным, скорее напоминал попытки найти удовольствие, что всегда не оправдывало ожиданий. Никогда не воплощал такое всепоглощающее физическое наслаждение, какое она разделила со Стерлингом. В одну минуту он был темно-эротическим, в следующую же – игривым и полным смеха.
Бекка села и подтянула колени к груди, к которой тугим шаром хлынули эмоции. Ей казалось, что в жизни встреча со смертью – это естественный, даже мудрый ход событий. Но правда заключалась в том, что ты все равно жаждешь жить. А Стерлинг заставил ее осознать, как мало она в действительности жила.
Неожиданно Бекка почувствовала странное покалывание на зашейке.
– Какого черта?
– прошептала она, проведя рукой по шее, под линией роста волос, где их намочила вода.
– Что-то не так?
– спросил Стерлинг, появляясь в дверях в одних расстегнутых джинсах, сидящих низко на узких бедрах, и с бокалом вина в руке.
– Нет, - произнесла Бекка, сообразив, что покалывание исчезло. – Ничего.
Он неторопливо двинулся вперед, стройный мужчина, все актерское мастерство которого не могло скрыть смертоносного солдата под поверхностью. Ее рот наполнился слюной и отнюдь не из-за вина. Все дело в этом мужчине. Его волосы были сексуально взлохмачены. Густые, белокурые, всегда немного буйные, они ему шли. А его тело, вот это тело! Всякий раз, глядя на него, Бекка находила новые места, которые хотела бы облизать.
За всю жизнь она ни разу не подумала так о другом человеке. Ну да - не подумала. А какую женщину не посещали шальные мыслишки о голливудских красавчиках – Брэде Питте или Джордже Клуни. Но то были безвредные фантазии, которые, как знала девушка, никогда не сбудутся. А это Стерлинг - мужчина, парочку-тройку местечек которого она облизала бы, только, по-видимому, не хватит пресловутых мест, чтобы удовлетворить ее потребности.
Он уселся на стульчак и предложил ей вина.
– Я купил его, когда заказывал китайскую еду. Решил, что это может помочь тебе расслабиться.