Шторм
Шрифт:
До двери остается два стола. За ней коридор, быстро наполняющийся людьми.
Ее правая нога скользит, теряет опору, и она, повиснув на руках, морщится от напряжения. Ступня болтается в воздухе в поисках металлической стойки, нащупывает ее и теряет снова.
"Амфитрита" снова начинает крениться на левый борт, и вместе с этим креном приходит возбужденное предчувствие сродни ощущениям, которые испытывает серфингист, видящий приближение волны. Волну можно использовать, оседлать ее, но, если потеряешь время, она может шмякнуть тебя о прибрежные камни. Качка уподобляет "Амфитриту" волне, и теперь для Кейт
Она смотрит назад и вниз, между своими ногами. Остальные растянулись цепочкой через пол – склон – словно армия муравьев.
– За мной! – кричит Кейт. – Немедленно за мной!
Резким рывком она разворачивается ногами вперед и скользит к выходу на пятой точке, как в детстве, когда каталась с горки. Инерция выносит ее к двери, где она, ухватившись за раму, вскакивает и выбегает в коридор, в результате налетев на корабельного стюарда. Это нелепо, но они оба начинают извиняться, почти не слыша друг друга из-за криков других пассажиров и скрежета металла о металл. Кейт не может припомнить, когда ей доводилось слышать такой громкий шум. Это похоже на сплошную стену звука, лишенного тона или настроения.
Стюард отодвигает Кейт от прохода, и в коридор начинают выкатываться остальные. Она считает их, по мере появления. Все собираются у ее стороны двери, кроме Синклера и Сильвии, которых отбросило к противоположной стене коридора.
Дальний конец коридора, у подножия лестницы, забит людьми. Две молодые женщины в серых панталонах цепляются за поручень. Их темные соски выглядят как дополнительные глаза. Стоящий в одном из дверных проемов по ту же сторону коридора, что и Кейт, пожилой человек зажимает уши, тогда как рот его широко разинут, как на полотнах Эдварда Мунка. Потом внезапный толчок забрасывает его назад, в каюту, и он пропадает из виду. Вырвавшаяся из ада паника перескакивает от одного пассажира к другому, распространяясь быстро и безостановочно, словно вирус.
Неожиданно "Амфитрита" снова яростно кренится на правый борт. Кейт чувствует, как уходит из-под нее пол, и, когда инерция забрасывает ее назад, в бар, она едва успевает отчаянно ухватиться за дверную раму. Кейт сильно ударяется о стену, и весь ее вес сейчас приходится на кончики пальцев.
Смотреть вниз, на мир, скачущий под ее болтающимися ногами, Кейт не осмеливается.
Ей не удержаться. Вот-вот она шлепнется на пол бара. Обычно ровный, плоский и безобидный, сейчас он представляет собой скользкий, крутой склон в сорок или пятьдесят футов длиной. По этому склону ее будет швырять от одного препятствия к другому, словно крошечный серебристый шарик в гигантской колышущейся машине для пинбола. Швырять до тех пор, пока дальняя стена не остановит ее мощным, ломающим кости и разрывающим внутренние органы ударом, оставив беспомощной и истекающей кровью. Агония продлится до тех пор, пока холодный океан не поглотит паром, положив заодно конец ее мукам.
Пальцы Кейт начинают соскальзывать.
Черт, ну почему она не скалолаз с отработанной цепкой хваткой!
Она пытается ухватиться покрепче, но ничего не получается. Удержаться невозможно – мучительная боль парализует пальцы, распространяясь через запястья к предплечьям.
Если она упадет и затормозит, столкнувшись с самым ближним столом, прежде
Неожиданно чья-то рука хватает ее за запястье, другая удерживает за талию. Тяжесть из пальцев уходит, и она чувствует, как ее подтягивают вверх. Отпустив дверную раму и стукнувшись об нее голенью, Кейт, задыхаясь, пытается пролепетать слова благодарности своим спасителям, Алексу и Давенпорту.
Двое членов корабельной команды, чьи белые рубашки уже заляпаны грязью и кровью, направляются мимо них в сторону лестницы, пытаясь восстановить среди охваченных паникой пассажиров хоть какое-то подобие порядка.
Вокруг Кейт и внутри ее сплошной белый шум.
Прыгнув через открытую дверь, Синклер оборачивается, чтобы помочь Сильвии. Кейт встает рядом с ним, и они тянутся, чтобы протащить Сильвию в проем. Расстояние не столь велико, но Сильвия маленькая и, что естественно, пребывает в ошеломлении. Она замерла на месте, в то время как Кейт делает ей знак пригнуться и подготовиться к прыжку.
Сильвия что-то кричит им, но ее голос тонет в шуме.
Она тянется к ним, к их рукам, но в последний момент, поскользнувшись, падает. Ее швыряет назад, в бар, и бросает от столика к столику, точно так, как несколько мгновений назад это представляла себе Кейт. Ударяясь о стойки и пытаясь хоть за что-нибудь ухватиться, Сильвия кричит от боли и ужаса.
В ее крике Кейт слышит первородный страх человека, абсолютно беспомощного перед законами тяготения. Тело никогда не бывает более беззащитным, чем во время падения, которое, с неизбежным линейным переходом к резкой остановке, по существу представляет собой образ самой смерти.
Сильвия ударяется о дальнюю стену и внезапно замолкает. Ее голова свешивается на правое плечо. Правая рука бессильно свисает вниз, на пол, тогда как левая остается зажатой за спиной. Ноги широко раскинуты в стороны – гротескная пародия на сексуальное приглашение. По стене за головой расплывается ореол крови.
"На ее месте могла быть я! Это должна была быть я! И была бы, не подхвати меня вовремя Алекс и Давенпорт!"
Некоторое время Кейт не в силах оторвать взгляд от лица погибшей женщины.
Внезапно она замечает Синклера. Кейт хватает его за плечо, разворачивает и толкает прочь от места гибели Сильвии, в направлении лестницы.
Алекс возвращается последним, убедившись, что все остальные из бара выбрались. Кейт пытается произвести быстрый подсчет труппы по головам, но в коридоре толчется слишком много народу. Единственное, в чем она уверена, так это в том, что позади не осталось никого.
Никого, кроме Сильвии.
Алекс делает движение головой в сторону. Кейт кивает. Торчать здесь дольше нет смысла.
Алекс ставит одну ногу на стену, а другую на пол – теперь и то и другое отклонилось от нормального положения примерно на сорок пять градусов. Кейт следует его примеру, и они, таким образом, словно идут по внутренним сторонам рва, спешно направляются к лестнице.
Правда, продвинуться им удается не так уж далеко. Преодолев считанные ярды, они натыкаются на затор из толкающихся, пихающихся человеческих тел. Люди прижаты друг к другу настолько плотно, что кажется, будто из промежутков между телами выдавлен даже воздух.