Штурм базы
Шрифт:
– И это все?
– А что ты хотел? Чтобы мы на эту базу бомбардировщики напустили?
– А это возможно?
– А это нужно? – вопросом на вопрос ответил генерал, но его собеседник понял, что и такой вариант не исключается. Были бы соответствующие деньги.
О том же подумал и генерал Гольфинг. Хотя ничего подобного они в штабе округа не проворачивали, но почему бы и нет? На войне случается столько ошибок. Один лишний нулик в координатах, и, пожалуйста, – удар наносится за сотни километров от реальной цели. Ошибка, трагическая ошибка – увы.
– Подожди минуту, – сказал генерал и, войдя в служебную сеть, стал искать нужную ему Двадцать Четвертую базу. – Ага, вот она… Сколько, ты говоришь, у них боевых машин?
– По моим сведениям – четыре.
– Так… Ну все понятно. Две машины просрочены в дым. Ресурс минусовой. Недавно они получили обновку – «Си-12К». Значит, законно могут владеть только двумя машинами – остальные мы порежем, можешь не сомневаться.
– У меня еще один маленький вопросик.
– Маленький вопросик за отдельные деньги.
– Не будь задницей, Сэм, это действительно пустяк. «Си-12К» – новинка, у него случайно нет каких-нибудь приборов, которые просвечивают землю?
– Нет, такое просто невозможно. А откуда такой нездоровый интерес?
– Это связано с той же базой. Ее бойцы уже не ходят в разведку, а вертолет продолжает бомбить склады – с высоты десяти тысяч метров, да так точно, как будто у него приборы какие имеются.
– Ха! Ну вы и дурачки! Одно слово – государственные преступники! Просто солдатики заранее нахватали сведений, а теперь этот вертолет их и отрабатывает. Как координаты закончатся, улетит крылышки чистить.
– У тебя светлая голова, Сэмми! Номер счета тот же?
– Да, ничего не изменилось.
– А номер счета твоего начальника?
– Все гони на мой, мы потом сами разберемся.
– Ну как скажешь. Когда вы это дело провернете?
– Уже завтра. За нами не заржавеет, ты же знаешь.
За деньги генерал Гольфинг мог работать быстро и сверхурочно. При этом он чувствовал необыкновенный прилив сил и совершенно не уставал. Жалованье, что платила ему казна, такого трудового энтузиазма не пробуждало. И не потому, что государство не ценило своих генералов – нет, оно их ценило, однако жалованье было генералу привычно – как солнце в небе, как воздух, как горячие булочки в буфете штаба округа. А вот сторонние доходы порождали совершенно иные ощущения.
Что касалось военной присяги и чувства долга, здесь тоже все было понятно. Колоний у государства имелось много, даже очень много, поэтому продажа одной или даже двух планет не могла нанести большого ущерба и лишь избавляла от множества ненужных проблем.
53
Уже вечером этого дня были выписаны командировочные документы на имя майора Иллинойса Бражника, ревизора-учетчика отдела финансовой дисциплины. Официально он направлялся на Двадцать Четвертую базу с целью проведения ревизии подвижного состава, а на самом деле его интересовали
«Найди лишние машины, майор, и моя личная благодарность у тебя в кармане. А также тысяча реалов от генерала Гольфинга», – сказал на прощание непосредственный начальника Бражника.
Майор ликовал. За выполнение заданий замначштаба Гольфинга среди ревизоров шла настоящая война. Ведь это всегда сулило неплохие чаевые.
На другой день Бражник уверенно сел на штурманское кресло истребителя «сейкофт». Было время, когда ревизор-учетчик блевал на приборную доску и получал от пилотов по шлему, однако разъездная работа заставила его привыкнуть к перегрузкам.
Машина поднялась в воздух и через четыре нелегких для ревизора часа совершила посадку на военно-воздушной базе «Мальбрук», больше известной как «База за речкой».
На «Мальбруке» ревизора приняли, словно родного. Встречавшие майора летчики посадили его в вертолет и отправили на Двадцать Четвертую базу.
При этом Бражник настоял, чтобы о нем сообщили как о механике – дабы никто ничего не успел предпринять. Пожелание высокого гостя было выполнено, и на Двадцать Четвертую сообщили, что он – механик-инструктор.
Тем не менее приезда ревизора на базе уже ждали. Были в штабе округа и честные офицеры, которые заранее известили о прибытии проверяющего.
Анонимная радиограмма пришла на имя начальника базы – полковника Соккера. Тот немедленно вызвал к себе командира разведчиков.
– Ну, капитан, к нам едет ревизор.
– Зачем нам ревизор?
– Будет считать военную технику, однако, полагаю, его интересуют именно вертолеты.
– Вот, значит, как мы этих гадов поджарили, – Саскел усмехнулся. – С тыла решили зайти.
– Вот именно. Еще недавно я полагал, что такое у нас просто невозможно. Однако давайте думать, как нам выпутаться и сохранить машины.
– А что может этот ревизор? Опечатать на машинах движки?
– Формально – да. Но у него может иметься какая-нибудь чрезвычайная бумажка, дающая ему большие полномочия. Он потребует разрезать машины при нем, и тогда все пропало.
– Значит, нужно предъявить ему трупы машин, – сказал капитан. – Мы можем это сделать, тем более что в парке третий год стоит обгоревший остов борта Освальда.
Полковник вздохнул. Тогда он был еще капитаном и чудом не попал на этот борт – не хватило места. Останки машины являлись своеобразным памятником, однако для нужного дела их можно было использовать. Освальд уж точно бы не возражал.
– Проблема в том, что этот ревизор обязательно будет сверять номера.
– Это не проблема, сэр. Перетащим их в джунгли, обольем горючкой и подожжем. Потом покажем их дорогому гостю сверху и предложим отправиться к месту падения через болота.
– У тебя все просто, капитан! – сказал полковник и рассмеялся. – Молодец. Уверен, что это сработает. А что касается еще одного вертолетного корпуса, так мы его за речкой стрельнем, у них там на площадке штук пять разбитых валяются.