Шуба
Шрифт:
Я смотрела исподтишка на Марка и думала, как же сейчас он похож на Ромку. Тот ведёт себя примерно также. Ну, это и не удивительно - родственники же. От этой мысли мне сразу стало грустно и «змей - пожиратель блинов» заметил это. Он даже на целую минуту прекратил есть.
– Что случилось, Маш? Я обнаглел, да? Боишься, что тебе ничего не оставлю?
– Нет, не боюсь, ешь-ешь, мне хватит. Потом поговорим, - и я отвернулась, чтобы он не заметил мои закушенные губы.
Удивительно, но мы уже съели все блины, а их было немало, когда я вспомнила, что есть ещё и варенье. Его мы тоже уничтожили, запивая чаем. После этого двигаться
Ну, а потом мы, собственно, и начали говорить. Сначала о Лу. После того, как моя догадка с шаром подтвердилась, стало ясно, что Лу находится где-то недалеко, во всяком случае, здесь, в городе. Марк рассказал, что уже начал активные поиски, но результатов пока не было.
– Не могу я понять, - опять разволновался он, - почему она отдала мне кольцо, неужели оно так важно? Важнее её жизни? Я так не считаю. Всегда подозревал, что бабушка слишком преувеличивала «способности» этой штуки. Если бы оно и вправду было таким сильным, нас бы никогда не нашли. На самом деле всё происходило совсем не так, как говорила Матильда. «Кольцо всегда найдёт и защитит свою хозяйку», - повторяла она.
– Какая чепуха! Будь это так, я бы давно нашёл Луизу, кольцо указало бы, где её искать...
Он взволнованно ходил по кухне, я слушала, не решаясь его перебивать. Но потом спросила: «Марк, а что если кольцо тут ни при чём? Если всё дело в Лу?»
– Не понимаю тебя, что ты хочешь сказать?
– Что если Лу не настоящая хозяйка кольца, поэтому оно так себя и ведёт?
– Да что ты, Маша. Бабушка не стала бы нас обманывать, она не просто так отдала его Луизе. Кольцо переходит только к женщине, первой по старшинству в роду. Мама умерла, теперь осталась только Луиза.
«И я», - пронеслось у меня в голове.
– Марк, - начала я осторожно, - а ты никогда не слышал о других детях твоей мамы?
– Что за фантазии! Ты прости, конечно, но это бред. Если бы даже кто-то и был, Матильда не стала бы это от нас скрывать.
Помолчала, набираясь смелости.
– Я точно знаю, что у твоей мамы был ещё один ребёнок, сын, старший брат Лу и твой, конечно. Ей пришлось отдать его на усыновление. Не знаю почему. Но твоя мама очень его любила, а вот бабушка Матильда - нет.
– Маша, пожалуйста, не надо так шутить, - глаза Марка потемнели от гнева, - я очень тебя...
– он замолчал, не закончив, - но, всё же, не надо говорить о том, чего не знаешь. Это оскорбляет память мамы, тебе так не кажется?
Он, наверное, ждал от меня извинений, но я упрямо сказала дрожащим от волнения и страха голосом: «Поверь, я бы никогда не стала говорить такие вещи, если бы не знала об этом наверняка».
– Продолжай, - процедил Марк сквозь зубы, даже не глядя в мою сторону.
– Я знаю твоего старшего брата. Это он показал фото своей мамы и Матильды. Раньше уже видела точно такую же фотографию вашей бабушки. Марк, может это всё и ужасное совпадение, но верится с трудом. Человек, о котором говорю - мой отец. Это значит, что мой папа - старший сын в вашей семье. Получается, я, а не Лу - «старшая» женщина в роду. Поэтому кольцо почти не помогает твоей сестрёнке, зато летит ко мне по первому требованию. Мы родственники, Марк.
Я замолчала. Он тоже не проронил ни звука. На кухне стало удивительно тихо. Мне
– Поверь мне, Марк! Знаю, это нелегко принять, сама совсем недавно узнала об этом. Папа заметил, что я изменилась после того, как встретила Лу, и сам мне всё рассказал. А я считаю - вы с Лу должны знать. Это проклятое кольцо мне совсем не нужно, клянусь тебе. Никогда не собиралась отбирать его у Лу.
Я почти плакала, но Марк, потрясённый моим рассказом, продолжал молчать.
– Может быть, мне сейчас лучше уйти и оставить тебя одного?
– Уйди, - еле слышно сказал Марк, - и добавил, - пожалуйста, Маша...
Я выскочила из кухни, потом опомнилась, что забыла пальто и вернулась за ним. Марк сидел за столом, положив голову на руки. Я быстро схватила пальто, аккуратно отодвинув подальше от себя синий шарф, и вышла, стараясь не думать о том, что наделала.
У меня так дрожали пальцы, что, спускаясь по лестнице, не в силах была даже застегнуть пуговицы на пальто. «Он, наверное, меня ненавидит. Зачем ему новая родственница, из-за которой он не смог защитить сестру. Я всё испортила, хоть ни в чём и не виновата. Наверное, никогда его больше не увижу. Правильно говорят, если долго смеёшься, жди слёз. Но я не буду плакать, ни за что», - повторяла себе, вытирая рукавом заплаканное лицо, и хлопнула дверью подъезда, где жили Лу и Марк.
Отойдя на несколько шагов, я услышала грохот. Обернулась, чуть живая от дурного предчувствия - тяжёлая металлическая дверь висела на одной петле.
– Неужели это я сделала?
– ужаснулась и осмотрелась вокруг. К счастью, никого поблизости не было, а, значит, не было и свидетелей моего «преступления». Похоже, моя сила растёт, с этим надо что-то делать, знать бы ещё, что?
Я быстро побежала домой, на этот раз осторожно закрыв за собой дверь. Дома вкусно пахло, папа готовил плов. Но меня затошнило от запаха еды, наверное, я переела, или просто мне было очень плохо. Папа выглянул в коридор, улыбаясь и помахав мне большой ложкой, но, увидев моё несчастное лицо, ничего не сказал и потихоньку вернулся на кухню.
В своей комнате я зачем-то несколько раз переложила с места на место учебники на столе, потом начала лихорадочно протирать книжную полку до тех пор, пока все книжки с грохотом не свалились на пол. Тогда я бросила тряпку и, рыдая, упала на кровать, где и пролежала, глядя в потолок, до самого вечера. Надрывно трезвонил мобильный, но я даже не посмотрела, кто звонил.
Пришёл папа, чтобы позвать меня ужинать, но я отказалась есть. Он присел на кровать, и, как маленькую, погладил по голове. В ответ я отвернулась лицом к стене.
– Маша, это всё из-за него, того парня, что я встретил с тобой сегодня у дома напротив?
– Ты видел нас?
– удивилась я, но не повернулась, продолжая рассматривать узоры на обоях.
– Видел. Он твой друг?
Я повернулась к нему и крикнула, глядя прямо в лицо: «Нет, он не мой друг, он твой младший брат! Его зовут Марк, и, кажется, он мне очень, очень нравится...»
Часть 1. Глава 16
К моему изумлению, эта новость, которая должна была бы его ошеломить, не произвела на папу особого впечатления. Он только кивнул и пробормотал себе под нос: «Так я и думал».