Шулер

Андрижески Дж. С.

Они убивают друг друга. Всюду вокруг него видящие нападают на видящих, наносят друг другу удары, пытаются уничтожить друг друга. Видящие нижних уровней атакуют света тех, кого видят над собой, делают паузу лишь для того, чтобы дать отпор тем видящим, которые ударяют по ним снизу.

Он видит, как света мерцают и гаснут. Он видит вокруг себя смерть, боль. Амбиции, страх и триумф воюют со всех сторон вокруг серебряных нитей. Давно сдерживаемые обиды вспыхивают в темноте, превращаясь в ненависть и жаркие вспышки света. Он смотрит, как они кормятся друг от друга. Тишина и рябь светового

шоу оказываются там, где Шулеры пытаются приглушить себя, как и он, пытаются исчезнуть.

Однако уже больше половины вступило в бой.

Териану повезло. Повезло, что его не хватятся.

Он чувствует дрожь структуры. В этот раз она трясётся сильнее, опаснее. Он все ещё не видит место преемника, но подбирается ближе, поднимается выше, ищет, не переставая шарить в металлической тьме. Он считает каждое место в иерархии, следует за каждым элементом, соединяющимся с другим. Он игнорирует весь хаос, сосредоточившись на одной цели, прослеживает всех до самого верха, где висит его свет.

Но вот он уже ничего не видит.

Там тихо, и он один.

Наконец, он осознает причину.

Волнение вспыхивает в его свете, так что он на мгновение делает себя видимым. Он едва чувствует последовавшие за этим удары, едва слышит треск в нескольких ветвях его aleimi. Они не могут его коснуться. Уже нет. Улыбка освещает все его существо.

Он занимает место преемника.

Он. Один лишь Териан.

Как только на него нисходит понимание, он уже подаёт сигнал.

Глава 50

Пирамида

Президент Дэниэл Кейн моргнул, чтобы сфокусировать взгляд.

Нахмурившись, он посмотрел вокруг на преимущественно пожилые лица. Что-то не так. Он чувствовал это каждой частицей своего живого света. Ему нужен кто-то за столом, кто тоже почувствовал бы это. Кто-то помимо Итана, который отсутствовал по очевидным причинам.

Кейн едва заметил молчание, пока обводил взглядом овальную комнату.

Пока госсекретарь не нарушил тишину.

– Сэр?
– как обычно, мужчина говорил так, словно у него вот-вот случится сердечный приступ.
– Сэр, - повторил он, и Кейн знал, что он так и будет повторять, пока Кейн не повернётся и не посмотрит ему в глаза.

Как только он это сделал, госсекретарь продолжил тем же слегка задыхающимся голосом.

– Террористов изолировали, сэр, - сказал он, заливаясь ещё более темно-красным румянцем.
– Кажется, они больше не дают отпор. Премьер-министр спрашивает, по-прежнему ли вы настаиваете на воздушном ударе. При таком подходе на данный момент будет примерно 40-55 человек потерь среди мирного гражданского населения, сэр, даже с учётом эвакуации. Они больше не считают такой подход необходимым. Их офис национальной безопасности теперь рекомендует запустить газ на верхние этажи перед тем, как открывать стрельбу. Я правда думаю, что вам стоит рассмотреть этот подход, сэр...

Кейн поднялся на ноги.

При нормальных обстоятельствах он бы улыбнулся, даже пошутил. Однако его

способность играть эту роль испарилась тридцать минут назад, когда сеть сообщила, что им не удаётся определить местоположение его друга, доктора Ксарет - то есть, настоящей Ксарет.

Теперь он вынужден предполагать, что Териан, в той или иной форме, убил её.

Эта перспектива его крайне не радовала.

Назвать Ксарет незаменимой - это крайнее приуменьшение.

Остальные нерешённые вопросы дёргали его разум, тянули его с возрастающей срочностью.

Элисон как-то сумела сбежать от него в его собственной сети - такой фокус должен быть невозможен, и все же как-то был реализован. Это оставляло нерешённым вопрос, что делать с Дигойзом, если Кейн окажется загнанным в угол и вынужден будет убить ещё одну супругу Ревика.

Как бы Кейну ни было ненавистно это признавать, Териан прав.

Весь цикл будет нарушен, если он убьёт Мост сейчас. Прежде, когда он считал Дигойза погибшим, эта перспектива меньше его беспокоила.

Теперь она казалась ему откровенно неосмотрительной.

Остальные из Четвёрки уже здесь.

Приняв решение, Кейн подошёл к телефону на антикварном деревянном комоде справа от диванов и кресел, где стояли и сидели все его советники. Не подумав, он поднял старомодную трубку, поднёс к уху и стал ждать. Ощущая на себе взгляды, Кейн только тогда осознал, что мог бы использовать для звонка наушник. Или, что ещё эффективнее, мог использовать недавно имплантированную сеть, активируемую импульсом, или САИ.

Он проигнорировал их коллективные взгляды.

Ну, игнорировал, пока до него не дошло, что старинный стационарный телефон может быть исключительно декоративным.

Вот одна из проблем долгой жизни. Старые привычки имеют склонность возвращаться в условиях стресса.

Кейн опустил трубку, чтобы повесить её, когда раздался голосок, прозвучавший немного металлическим и отдалённым. Он быстро поднёс трубку обратно к уху.

– Вам что-то нужно, сэр?
– повторил голос.

– Джеймс?
– Кейн ощутил, как расслабляются его плечи.
– Где Итан?

– Сэр?
– недоумение начальника его службы безопасности доносилось через трубку.

– Итан. Наш вице-президент. Где он?

– Вице-президент все ещё находится в его резиденции, сэр, - сказал Джеймс.
– Вы велели не будить его.

– Да, ну что ж, я передумал. Я хочу, чтобы его доставили сюда. Немедленно. В бункер.

Бункер. Такое прозвище жена Кейна дала отремонтированному Овальному Кабинету ^[15] , когда впервые увидела пуленепробиваемые ставни на окнах и бронированные наружные стены. Прозвище прижилось. Главный конференц-зал Кабинета она называла Командным Пунктом, в честь того фильма Питера Селлерса, который насмехался над паранойей 1950-х годов относительно того, что русские тайно создают армию видящих-телекинетиков.

15

Овальный кабинет — рабочий кабинет президента США в Белом доме.