Шут и император
Шрифт:
Мы подъехали к той парочке, что стояла впереди, а остальные, экипированные сходным образом, окружили нас сзади. Я поднял руку в знак приветствия.
— Привет вам, доблестные рыцари! — воскликнул я по-гречески. — Судя по всему, вы нуждаетесь в развлечении. Как же вам повезло, что мы проезжали мимо!
Большинство из них тупо уставились на меня. Один из стоявших перед нами пробормотал напарнику что-то по-болгарски, а потом обратился ко мне на ломаном греческом:
— Почему у тебя такая странная одежда?
— Это шутовской костюм, добрый господин. Мы христиане и странствуем
Он показал на Виолу.
— А твой спутник — он не шут.
— Мой верный слуга, Клавдий. Увы, немой от рождения, но крепкий паренек. А вы, господа, наверное, паломники?
Рассмеявшись, он перевел мое замечание подельникам, и они дружно расхохотались. Вообще-то смех является смыслом и целью моего ремесла, но этот смех вряд ли был вызван добрыми чувствами. Главарь что-то сказал, и переводчик вновь обратился ко мне:
— Должно быть, шутовское ремесло весьма прибыльно.
Я пожал плечами.
— Порой мне приходилось живать в замках, а порой — ночевать в пещерах. В данное время я подыскиваю работу.
Он перевел мой ответ, и главарь с усмешкой пролаял что-то.
— Он говорит, что мы тоже подыскивали, — пояснил толмач. — До тех пор, пока не начали собирать дань на дорогах.
— И много ли уже насобирали?
Он ухмыльнулся.
— А много ли есть у тебя в наличии?
— Увы, кошелек мой пуст. Мы можем лишь поделиться нашими скудными съестными припасами, если они смогут удовлетворить вас.
Виола бросила на меня встревоженный взгляд.
— Или, — продолжил я, когда стоящие впереди разбойники обменялись смачными ругательствами, — быть может, я сумею предложить вам иное угощение, которое наполнит радостью ваш тоскливый день?
Главарь указал на меня и что-то проворчал.
— Он говорит, если ты шут, то почему таскаешься с мечом?
— Вот с этой ржавой железякой? — удивленно воскликнул я. — О, это всего лишь обычный шутовской реквизит, приятель. Позволь, я покажу.
Я спешился и вытащил из ножен меч. Они все тут же схватились за оружие, но я жестом успокоил их и быстро пристроил рукоятку меча себе на нос.
Ловко балансируя, я прошелся по дороге, удерживая меч на носу.
Они начали смеяться. Все быстрее я кружил перед ними, то и дело подпрыгивая, а меч торчал у меня на носу, точно приклеенный. Раздались аплодисменты. Сбросив меч с носа, я начал поигрывать им одной рукой, вращая его над головой, протаскивая за спиной и между ногами. Виола тихо соскользнула с лошади и встала рядом с ней, небрежно положив руку на свое собственное оружие.
Завершая трюк, я подбросил меч высоко вверх и уверенно встал под ним, вытянув руку, словно собирался поймать его. Но в последний момент испуганно заорал и отрыгнул в сторону о того места, куда в то же мгновение вонзился меч. Зрители, возбужденно переговариваясь, продолжали одобрительно смеяться и хлопать.
— Это лишь малая толика того, что я могу предложить, — жизнерадостно заявил я. — Будет ли полное представление достаточной данью за наш проход?
Переводчик
— Он говорит, все в порядке. Вы даете нам представление, и мы пропускаем вас.
Я отвесил низкий поклон, чем позабавил их еще больше, и сделал знак Виоле.
— Одиннадцатый трюк, Клавдий, — возвестил я.
Она понимающе подмигнула, поклонилась и вытащила из сумки три дубинки. А я вытащил столько же из своей сумки, и мы начали просто жонглировать ими, постепенно сходясь друг с другом. Перехватив ее взгляд, я кивнул, и мы начали перебрасываться дубинками между собой. Первый круг обмена, второй…
— Господа, дабы порадовать вас, мы попытаемся превзойти наш прошлый рекорд, исполнив этот трюк без единого падения.
Третий, четвертый, пятый…
— Вставайте вокруг нас. Чем ближе вы подойдете, тем увлекательнее будет зрелище.
Шестой, седьмой…
— Вы ведь понимаете, что мы всего лишь странствующие жонглеры, простаки, которых приводит в дрожь вид ваших грозных мечей.
Восьмой, девятый…
— При таком численном превосходстве вам не стоит опасаться двух слабаков вроде нас.
Десятый…
— К тому же я редко убиваю мечом. Одиннадцатый!
Переводчик на мгновение настолько опешил от моего последнего замечания, что не сумел сразу перевести его. А возможно, ему помешал мой кинжал, вонзившийся в его горло.
Для Одиннадцатого трюка требуются два жонглера и шесть дубинок. На одиннадцатом круге дубинки летят в ближайших противников. При благоприятном стечении обстоятельств они бывают настолько ошеломлены, что можно начать выравнивать силы. А при более удачной ситуации удается даже сбить с ног одного или двух менее устойчивых зрителей.
Один из оставшихся шести бандитов действительно упал, остальные сразу же отступили, но я успел всадить нож в бок стоящему справа от меня. Бросив взгляд на Виолу, я заметил, что она уже вовсю орудует мечом, но мне некогда было следить за ней, учитывая, что на меня наступали еще двое.
Существует множество способов ведения боя. Кое-чему можно научиться, служа в замке, еще лучше подготовка у тех, кто служит в армии. Эти парни оказались достаточно хорошими солдатами, чтобы суметь выжить на поле битвы, и достаточно смелыми подлецами, чтобы нападать на странников на этом горном перевале.
Но в гильдии шутов нас учат особым способам сражения, позволяющим застать врасплох подобных негодяев. Как только ближайший ко мне разбойник подошел вплотную, я бросился на него с ножом и тут же нырнул вниз, уворачиваясь от его меча. В кувырке я сильным ударом вспорол ему бедро и проворно вскочил на ноги, оказавшись у него за спиной. Он упал на колени, и я завершил его мучения, перерезав ему горло.
Оставшийся в живых главарь стал действовать более осторожно, он медленно надвигался на меня с мечом и ножом в руках. Я приготовился отразить его нападение. Он слегка пригнулся, рассчитывая, что я повторю успешный маневр, лишивший жизни его приятеля. Однако на сей раз мой план состоял в том, чтобы, сделав обманное движение вниз, перепрыгнуть через противника и в прыжке перерезать ему шею.