Сибил
Шрифт:
Непогода угомонилась лишь к утру. Когда первые солнечные лучи заглянули в окно и пробежали по краю подушки, Даур уже спал. Теплый луч игриво коснулся смуглой щеки мальчика, и тот улыбнулся чему-то во сне.
20
В жилище почтенного Торпа царил полумрак. Сам он, задумавшись, сидел в деревянном кресле, когда на пороге появилась стройная женская фигура.
– Что нам делать, почтенный Торп? Они ищут ее и, боюсь, скоро придут сюда! – взволнованно произнесла Нарта, склонившись в легком поклоне перед вождем.
Вождь
Почтенный Торп некоторое время раздумывал, потом снова качнул головой.
– Ты же знаешь, что мы не сможем ее долго скрывать, Нарта. Как невозможно вообще изменить что-либо из предначертанного. – Голос вождя прозвучал приглушенно, но твердо.
– Но, почтенный Торп, может стоит хотя бы попробовать потянуть время, Сибил ведь еще так мала! – Женщина выпрямилась, как струна. Пальцы ее рук крепко сжали резные подлокотники.
Вождь медленно повернул голову и посмотрел на Нарту.
– Эти слова говорит твое материнское сердце, Нарта. Умом ты понимаешь, что это не так, верно?
Нарта потупилась, потом согласно кивнула. Да, на самом деле она всегда знала, что однажды за девочкой придут и заберут ее. Об этом было написано в старинных письменах, которые умела читать только старая Эйла. Сибил никогда не принадлежала Нарте. У Сибил было другое предназначение.
– Давай лучше подумаем, как нам подготовить Сибил ко всему, что ее ожидает в дальнейшем. Мы не можем предугадать всего, но многое возможно ей рассказать и объяснить.
Нарта глубоко вздохнула и качнула головой.
– Да, конечно, почтенный Торп…
Почти в то же самое время Артон издалека с обескураженным видом разглядывал спину своего сына. Никаких следов от недавней порки не было и в помине, словно плеть и не изуродовала кожу мальчишки. Странно…
Даур не видел отца, он, как делал уже не раз, пробрался в один из укромных уголков и с упоением занимался физическими упражнениями. Снятая рубаха лежала в стороне, а мальчик, блестя мокрым от пота торсом, отжимался прямо от земли. Признаться, сначала Артон в душе восхитился тем, с какой легкостью тело сына поднимается и опускается на руках, он даже пытался начать считать, сколько раз Даур это сделал, но потом его глаза разглядели спину сына…
Рядом раздался звонкий лай, и под ноги Артона кинулась маленькая черненькая собачка. Воевода перевел взгляд – ну, конечно, так и есть, – Науш с очередным своим питомцем! Только приятель сына не видит Артона, а вот псина предательски выдает его!
Воевода качнулся в сторону, укрываясь за углом огромного амбара, и Науш не успел его заметить, только покрутил головой, осматриваясь, а потом позвал песика к себе.
"Странно…" – снова подумал Артон и нахмурился. Сами шрамы исчезнуть со спины не могли… Но что же тогда помогло Дауру от них избавиться? Когда-то давно, еще будучи мальчишкой, Артон слышал от своего отца, что в давние-давние времена существовало такое средство, способное исцелить любую рану. Но потом рецепт был утерян, люди, которые умели готовить снадобье, ушли в царство мертвых.
Воевода покачал головой. Это что же получается – волшебное
Артон досадливо поморщился – зная своего сына, он понимал, что вряд ли удастся узнать у него правду. Помня, как терпеливо мальчишка перенес жестокую порку, воевода теперь был уверен – ничего Даур ему не скажет. Можно, конечно, попробовать, но… Не браться же за плеть снова! В прошлый раз злость закипела в нем люто, не сдержался… А ведь крепок парень оказался! Ну да это и хорошо – вырастет из него отличный воин! А там, глядишь, и его заменит – Артон не был тщеславен и в душе был готов со временем передать бразды правления войском в надежные руки. А что, у самого пока сил хватает, а потом и Даур вырастет! Силой его сына боги не обидели, умом – тоже. К тому же еще и духом стойкий оказался! Отличный воевода со временем может получиться!
Верный пес Урганы довольно улыбнулся своим мыслям.
21
О, как же разрывалось сердце Нарты, когда запряженная двумя лошадьми повозка увозила из селения Сибил. Девочке недавно исполнилось двенадцать лет, и она только-только начинала превращаться из маленькой шаловливой девчонки в тоненькую, гибкую, как лоза, девушку.
Год назад в селении появились точно такие же посланники, какие раньше приезжали за налогами. Они сразу же прошли в жилище почтенного Торпа, и вскоре туда позвали Нарту.
Когда она вошла, вождь сидел, потупившись. Увидев Нарту, он медленно поднял голову и сказал, что прибывшие требуют, чтобы ровно через год живущая у них девочка была готова к переезду в Город. Это повеление исходило от самой правительницы Урганы, и не выполнить его было просто невозможно.
Конечно, Нарта и так давно уже знала, что рано или поздно, но Сибил пойдет своей дорогой. С самого первого дня, с того самого момента, когда малышка появилась на свет, Нарта помнила об этом. И старая Эйла предупреждала её не раз…
Умная и привычная ко всему, Нарта впервые в жизни почувствовала настоящую душевную боль. Сибил, её маленькая любознательная девочка, должна теперь навсегда покинуть дом, в котором выросла.
О том, что в Городе что-то узнали и теперь разыскивают по селениям чужаков, почтенному Торпу сообщили почти сразу, как люди Урганы начали поиски. Собрался Совет племени и вождь рассказал обо всем старейшинам. Люди должны быть готовы ко всему, а так как все знали, что за девочка жила среди них, значит нужно решать, как им всем поступать дальше.
Сомнений ни у кого не было – Ургана явно что-то узнала о появлении Сибил. Пока ничего точного, но раз уж велела начать поиски неведомого ей "кого-то", значит рано или поздно, но доберутся и до их селения. Совет принял разумное решение – дождаться, когда люди правительницы сами до всего дознаются, а там – будь что будет. Все равно прятать Сибил не имело смысла. Предначертанное начинало сбываться…
Потом Нарта, бледная от волнения, помчалась к старой Эйле. Шла и знала, что та ничего не изменит, ничем ей не поможет. Но все равно почти бегом мчалась по лесной тропинке.