Сид и император
Шрифт:
— Хм… — вдруг улыбнулся медикус и затушил курительную палочку, которой до этого дымил. — Не знаю, как вы это делаете, но… еще несколько рисунков. Это поможет… — сказал он.
«Проклятый языковой барьер!» Я понимала его через слово. Однако, когда он начертил то, что ему нужно, я изобразила более десятка срезов мозга пациента. Только после этого медикус остался доволен и начал отдавать указания. Затем он ушел за ширму намывать руки и приступил к делу.
Сбрил волосы, отделил лоскут скальпа и умудрился вскрыть череп Маурисио специальным электрическим диском,
Медикус выругался сквозь зубы. Однако он не был удивлен или разочарован. Очевидно, для него такой исход операции был предопределен с самого начала.
«Ну, это мы еще посмотрим!»
Теперь, не связанная куском металла в голове больного, я смогла провести ритуал Великого исцеления. Мы все-таки спасли его! Вернее, я. Я спасла. Ни к чему скромничать. Правда, не без помощи того язвительного медикуса.
Он привел меня в чувство, сделав инъекцию какого-то лекарства. Я отстраненно подумала: надо изучить, что это был за препарат. Обычно после ритуала я сутки лежала, не приходя в сознание. А сейчас даже что-то соображала. Но сил пока не было… Не хотелось даже шевелиться.
— Маурисио? — прошептала я.
— Он жив, — ответил за врача Гарсия, присев рядом. — Моя благодарность…
«Граница… безграничный», — догадалась я по смыслу, запоминая новое слово. Забавно. В этом мире моему дару тоже нашлось применение. Я снова лечу людей.
— Хорошо. Помогите мне встать, — сказала я и села с его помощью.
Я потянулась к постели и дотронулась до руки пациента. Да, он прав. Жив, здоров и просто спит. Маленькое чудо! Думаю, теперь мне не надо описывать тех убийц. Их несостоявшаяся жертва сделает это за меня. Я расслабилась и откинулась назад, расположившись на груди у господина Гарсии.
«Хм… живая подушка, Твиг?» Не стоило расслабляться раньше времени.
— Я могу ехать домой? — спросила я.
— Разумеется! — ответил Гарсия.
Через несколько дней состоялась перестрелка людей Гарсии и тех, кто напал на Маурисио. За мной заехали и посреди ночи подняли с постели, чтобы отвести на ту самую ферму, или, как они говорили, «ранчо». Господин Гарсия хотел, чтобы я вылечила его человека и еще одного из враждебной банды.
Если бы я знала, зачем он просит меня об этом, никогда бы не стала лечить! Его вылечили, чтобы допросить и с удовольствием еще раз убить. Он был одним из тех двоих, кто стрелял в Маурисио, но это не оправдывает их действия.
Гарсия меня не предупредил! После этого я поставила ему условие. Никогда, ни при каких обстоятельствах я не лечу для того, чтобы человека после этого сразу же убили.
— Хм… А если не сразу? — мягко усмехнулся господин Гарсия, глядя на меня, как на неразумного ребенка.
«Смотря насколько не сразу, крючкотвор». Кажется, в этом мире нашелся тот, кто думал, как самый настоящий сид. Но и я поднаторела в словесных поединках.
— Если
— Договорились.
Итак, я штопала порезы и лечила огнестрельные ранения преступников и помогала тем, кто не хотел прибегать к услугам официальной медицины. За это время «первая Твигги» прибыла в Паркер, провела там около двух месяцев и ушла в Рэнс.
Однажды я не справилась с искушением и издали пришла посмотреть на нее… на себя? Как странно говорить о себе как о постороннем человеке.
Как только комната «той Твигги» освободилась, я забрала ключи и вселилась туда. Мария даже не поняла, в чем подвох. Только спросила:
— Что случилось? Ты же говорила, что надолго уезжаешь.
— Все изменилось. Пришлось вернуться, — ответила я, забросила в комнату вещи и вошла следом.
В комнате ничего не изменилось. Только «та Твигги», преисполненная надежд, ушла, а я пришла. Слез уже нет, только горечь…
Постепенно обо мне узнали и другие члены общины. Первым был Мигель. Он однажды отозвал меня к себе в машину и напрямую спросил:
— Что у тебя за дела с Гарсией? Мне не нужны проблемы.
— Я доктор. Лечу его людей.
— Тогда ладно. Но… Твигги. Он очень… человек, — сказал Мигель.
«Опасный?» Знаю, знаю. А куда деваться? Мне осталось несколько месяцев, и я не хочу ссориться с местным преступным миром.
Мигель уловил идею, а, быть может, решил, что я нуждаюсь в деньгах, поскольку начал поставлять мне клиентов. Я не отказывала и не дорого брала за свои услуги. Отказала я лишь однажды, когда мне предложили нелегальное прерывание беременности. Кровь женщины имела некую особенность, которая могла помешать ей родить второго ребенка.
Обычно в таком случае первый же ребенок оказывался и последним. А прерывание или выкидыш сулили бесплодие. Однако убедить женщину и ее любовника не делать этого я так и не смогла.
Были и другие, не менее интересные случаи. Одну молодую женщину во время диагностики я посчитала беременной. Но Искры я не ощутила, да и «пульса беременной» тоже не было. В чем же было дело?
— Госпожа, с вашей кровью что-то не так. Ваш женский цикл в порядке? — решила я уточнить у самой пациентки.
Женщина заверила, что все в полном порядке. Однако она принимала какие-то местные лекарства, предотвращающие нежеланную беременность.
В результате я заинтересовалась репродуктивной медициной этого мира. Я по полдня проводила в библиотеке. Позже я купила себе устройство, выполняющее ту же функцию, что и считыватель кристаллов с Тета. Туда можно было загружать разные видеозаписи и тексты.
Я уже знала, что в этом мире довольно свободные нравы, но не осознавала, насколько. Женщины вступали в свободные связи с мужчинами, не особо опасаясь заболеть или забеременеть. Медицина помогала избежать проблем, оставив только удовольствие от «процесса».