Сид и император
Шрифт:
— Прости… прости, я не хотел.
Оказывается, умирать не страшно. Я уже это проходила. Последнее, что я вижу — испуганные глаза моего императора.
В себя я пришла уже в городе в обществе медикусов и опытного целителя, которые занимались мной. Приподнявшись на подушках, я спросила:
— Где я?
А потом поглядела вниз. Меня переодели в длинную рубашку с дорогим кружевом из Рэнса, которая была мне по размеру. Кажется, с меня сняли мерки, пока я спала.
— Вы в Ламаре, моя
В Ламаре? Ну, это и так понятно. Раз мы не в шатре — значит, в городе. Но где именно? И дата. Сколько прошло времени с тех пор, как я сюда попала?
«Вернее, сколько времени у тебя еще есть», — откликнулся внутренний голос.
— Что это за место? — спросила я. — И какой сегодня день?
— Летний дворец герцога Ламары, — ответил господин Игни. — Третий день от летнего солнцестояния. Госпожа, вам нужно отдохнуть. У вас последствия магического резонанса.
Он настаивал, а я была слишком слаба, чтобы спорить. В любом случае, у меня было в запасе еще около десяти дней до Бойни при Ламаре.
Только потом мне пришло в голову, что никто даже не спросил, как меня зовут.
Магический резонанс — мерзкая штука. Из-за этого магам сложно работать вместе над одним и тем же объектом приложения Силы. Целители не могут лечить одного пациента одновременно. В лучшем случае произойдет наложение, и эффект не намного возрастет. В худшем — явления резонанса могут убить магов и их пациентов.
То же самое и у других магов.
Вероятностные маги по-разному изменяют реальность. Что будет, если столкнется магия сразу нескольких, не в силах предсказать даже они. Они предпочитали управляемый Хаос неуправляемому Порядку. Как бы странно это ни звучало…
Объединенный ритуал антистасиса создается совокупными усилиями множества некромантов, но не одновременно. Они действуют каскадом, один за другим. Стоит одному в цепочке сбиться — и погибнут все! Именно такой небезопасный для участников ритуал проводили на месте взрыва, где погиб Рейвен.
А теперь и я попала в эту ловушку. Интересно, а император пострадал так же серьезно? Или нет? Кажется, он был вполне бодрым, когда я собралась умирать.
В любом случае, через пару дней мне разрешили вставать и вернули все мои вещи, в целости и сохранности. Первым делом я проверила, на месте ли бесценный дневник с координатами.
Местная прислуга величает меня своей госпожой и исполняет все мои прихоти. Хотя я не злоупотребляю. Это… непривычно. Странно, но необременительно. Так что я просто позволяю им это делать.
Я просила аудиенции у Вечного императора, но ответа так и не получила, а время утекало, как песок сквозь пальцы, приближая роковую дату.
— Император занят, он не принимает, — вот и все, что я слышала от распорядителя в ответ на свои просьбы.
«Хм… Занят лечением?» А, может, переговорами?
Чтобы
Прогуливаясь по галереям дворца и Летнему саду, я сочла, что прежний вариант мне нравится куда сильнее, чем то, что в моем времени сотворила герцогиня. Она избавилась от отделки здания розовым мрамором и превратила сады в геометрическое безжизненное великолепие.
Здесь и сейчас растения жили своей жизнью, чуть ограниченные дорожками из гравия, небольшое рукотворное озеро без фонтанов было усеяно круглыми листьями водяных лилий. Бутоны от жары наглухо закрыты и ждут вечерней прохлады. А она без сомнения наступит! Контраст между дневной и ночной температурой был разительный. Виной всему, как мне рассказывали, было сильное удаление от океана.
Я находилась на хозяйской половине дворца, а гостевая пустовала, но однажды все изменилось. Ворота открылись. Охрана проверяла прибывших, а слуги суетились, перетаскивая в комнаты вещи. Никем не замеченная, я из галереи со второго этажа смотрела во двор, высматривая Императора или вероятностного мага Хьюго.
Но вместо этого увидела их. Сидов! Даже с щитами, скрывающими сияние кожи, они все равно отличались от смертных и ростом, и статью. А когда двигались, то это различие превращалось в пропасть. Они походили на грациозных хищников. Воины и маги, сколько же их тут? Не менее двух десятков прибыло только в первый день.
Позже я потеряла счет, потому что сиды то уезжали, то приезжали. Вероятно, днем они обсуждали планы в военной ставке Императора в том самом шатре, а к вечеру возвращались обратно во дворец.
Среди гостей были дамы, красивые и яркие, как экзотические цветы, и тот странный остроухий гигант, который кружил по внутреннему двору, явно что-то разнюхивая.
Сначала я хотела пойти и спросить о Рейвене, но потом передумала. Такую дерзость и нездоровое любопытство простой смертной могли не простить. Надо было действовать более осторожно. Сначала побеседовать с императором, а потом уже искать Рейвена.
Решив так, я прекратила свои прогулки по дворцу, ограничившись хозяйской половиной и — по вечерам — вылазками в сад. Так бы все и шло своим чередом, если бы однажды я не услышала знакомое имя.
Из покоев, отведенных для союзников, доносилась музыка и смех. Какой-то мужской голос выкрикнул:
— Рейвен! За это стоит поднять кубок! — машинально перевела я с высокого наречия.
«Неужели… это он?»
Крадучись я шла туда по галерее. Ближе ко входу я уже не таилась, поскольку меня заметили два рослых длинноволосых сида в легком доспехе, стоящие на страже.