Сид и император
Шрифт:
Когда раздался одиночный выстрел, он был подобен раскату грома. Я вздрогнула, но никто даже не обратил внимания. Пуля увязла в локализации стасиса, так и не долетев до цели. Один из храмовников обошел зону стасиса, пригнулся и выстрелил для острастки в ответ. Шевеление со стороны врага прекратилось.
«Неужели конец?»
Нет, наверное, просто передышка в военных действиях. Я еще не верила. Еще не осмеливалась… Однако, не могли же глаза меня обманывать? Какая может быть передышка, если взяли их артиллеристов и командующего?
«Победа?»
Конечно,
Рейвен оставил свою ручную тьму поодаль и помог мне спуститься с коня. Я думала, что останусь с другими сидами, однако Рейвен взял меня за руку и повел к союзникам. Он словно не хотел ни на секунду отпускать меня от себя. Мы с его приближенными подошли к лагерю. Представляться людям он не посчитал нужным. За него переговоры вел Лайэм.
— Кто ты, человек? — осведомился он у илонца, чьи люди вязали пленных. — Назовись.
— Томазо Торп, командующий малой армией короля! — отозвался тот и сдержанно, без подобострастия поклонился. — А кто вы?
— Лайэм, правая рука посланника сидов, — назвался сид. — Что вы намерены делать с пленниками?
— Заковать и доставить в ставку императора.
— Император обещал голову командующего нам.
— Если вы сумеете ее заполучить, — совсем не дружелюбно улыбнулся илонец. — А пока это наша добыча…
— Уже нет, — сказал Рейвен и стряхнул кровь с меча.
Лезвие ловко вошло в узкую щель между нагрудником и забралом и тут же вышло обратно. Илонец с сипом повалился на землю. Его сослуживцы тоже схватились за оружие. Сид посмотрел на них ничего не выражающим взглядом и заговорил:
— Мы просто временные союзники. Меж нами нет вражды, пока вы держите слово. А кто нарушит — пусть пеняет на себя.
Рыцари Янтрэ, кажется, склонялись к тому, чтобы выступить против илонцев на стороне сидов. В этом войске не было единства.
Илонцы, понимая, что расклад сил неравный, нехотя опустили оружие, и только тогда сид вложил меч в ножны. Магия давала ему силу и власть. Магия договора и соглашения держала, но ее оковы не были абсолютными. Тот, кто нарушил данное слово, будет держать ответ на илонском Страшном суде. Искра его уже отлетела…
Я не смогла сдержать судорожный вздох. Холод струился изнутри, покрывая инеем траву под ногами. Изо рта вырвалось облачко пара. Ресницы заиндевели, как на морозе.
— Что, пташка? — обернулся ко мне Рейвен. — Я напугал тебя?
— Ничего. Все в порядке.
— Точно?
Сид с подозрением уставился на меня.
— Со мной — да.
«А вот с тем воином уже нет». Могу ли я осуждать его? Император обещал, значит, так тому и быть.
Но что это? Кажется, я невольно привлекла нежелательное внимание. Илонцы и рыцари Янтрэ искоса рассматривали меня. Многие лица были незнакомыми, значит, их я не видела на приеме, так же как и они меня. Вероятно, они недоумевали, что полуодетая, вернее, полураздетая женщина делает в компании сидов на поле боя. Пленники тоже глазели.
Итак, сиды утвердились в своем праве. Пока они разбирались с командованием захватчиков,
Я перешла на внутреннее зрение и поняла, что совсем скоро артефакты исчерпают себя. От такой перспективы у меня зашевелились волосы на голове.
— Надо отсюда уходить, — с деланным спокойствием сказала я.
— О чем ты, человечка? — спросил Рейвен.
— Я пока хочу жить.
«Феликс!», — отчего-то вдруг вспомнила я. Крыса осталась в лагере беженцев. Убежала во время всеобщей суматохи или, хуже того, осталась запертой в клетке. Кто его накормит? Что с ним станет без меня?
— А еще у меня крыса голодная, — добавила я и осеклась.
Последняя реплика привлекла внимание не только Рейвена, но и его спутников.
— Крыса? — переспросил Рейвен.
На его лице было написано изумление. Потом оно сменилось гневом. Между бровей залегла складка, янтарные глаза сверкнули, узкие губы скривились в усмешке.
— Пташка изволит шутить?
«А то вы сами не знаете!» Он с его чувством истины мог бы уже понять… Разве можно шутить, когда кругом творится такое?
— Вовсе нет, данна.
— И что же крыса?
— Я говорила не об этом… вернее, не только об этом.
Как объяснить? Только если показать наглядно. Я потерла ледяные ладони друг о друга, обернула их Силой Смерти и резко, словно окуная в ледяную прорубь, сунула кисть в зону стасиса. Пальцы вязли, медленно-медленно преодолевая очевидное сопротивление. Я аккуратно коснулась одной из висящих в воздухе пуль и легонько подтолкнула ее к границе. Всего лишь на расстояние фаланги пальца. Вот так.
Свист!
Пуля взбила бурунчик песка у ног одного из илонцев, а я мысленно дала себе подзатыльник. Силы! Я ведь только что едва не убила человека. И снова — «чуть-чуть не считается». Расшаркиваться и извиняться не буду. Время на исходе, надо уходить.
— Вы понимаете, данна, что вскоре случится?
Он понял. Поверил сразу и безоговорочно. Не стал больше задавать никаких вопросов. Просто отрывисто скомандовал построение на высоком наречии.
— Главных мы забираем с собой! — поставил он рыцарей перед фактом.
Рейвен легко взлетел в седло, протянул руку и помог взобраться наверх. Теперь я сидела позади него, обняв руками за талию. Ножны за спиной у сида немного мешали, но все равно ехать так было лучше. Не настолько двусмысленно…
Лошадь взвилась на дыбы. От испуга я крепко вцепилась в сида, и он рассмеялся. Дикая охота снова взлетела в небо. Ручная тьма напоследок лизнула место побоища и последовала за нами. Илонцы и рыцари Янтрэ остались внизу, и я не ручалась за их безопасность.
Ехали в молчании. От сида исходило тепло, и я начала потихоньку оттаивать и согреваться. Первым заговорил высокий лорд.