Сигареты
Шрифт:
– Так какого хера ты все еще на пороге стоишь, дура пизданутая? – пробурчала Яманака, прежде чем пропустить подругу в дом и, закрыв дверь, чтоб голую задницу не надуло, прижать замерзшую идиотку к себе. Для этого ведь и нужны друзья, да?
Так они и стояли в прихожей, обнявшись, пока Сакура плакала в футболку Сая, которую Ино, как и все нормальные девушки, использовала в качестве пижамы. Сама же Яманака гладила подругу по волосам, зная, что сейчас ее лучше не прерывать. Сама расскажет. Эх,
Ино помнила ее с тех пор, как им с Сакурой было лет по пять. Они тогда без спроса взяли поиграть одну из ее жутких марионеток и случайно отломили той ногу. Так Чие-сама их потом за это чуть не выдрала. Целый час от нее по всему дому с криками гонялись. Оказалось, что эту куклу сделал ее покойный внук.
Эх, как же им тогда было стыдно. Пришлось чинить. Сделали все, что могли, заматывая ногу скотчем. Чие-сама так смеялась, когда они ей эту куклу обратно вручили. Зато после того случая они частенько у нее в гостях бывали.
Бабуля Чие не была родной бабушкой Сакуры. Она считалась давним другом семьи Харуно. Но то, что они с Сакурой были близки, знали все. Это ведь благодаря бабуле Чие Сакура решила стать медиком. Сама-то Ино на медицинский пошла так, за компанию. Да и хорошими оценками не блистала. Не то, что подруга.
Почувствовав, что рыдания начинают стихать, Яманака закатила глаза. Не судьба ей сегодня продрыхнуть до обеда.
– Пойдем, чаем тебя напою что ли… – с этими словами блондинка прошаркала своими домашними тапочками на кухню. Сакура последовала за ней. Стоит ли говорить, что на пары в тот день они не пошли…
***
Какаши стряхнул пепел с сигареты. Сегодня курилось как-то без особого желания. Он бы и вовсе выбросил едва начатую сигарету, но нужно же было себя чем-то занять. А ведь это уже третья.
Сегодня впервые за последние три недели сквозь тучи проглядывало солнце. Но небо все равно сукровило, что гнойный нарыв. Да уж, ну и погодка.
Хатаке сделал еще одну затяжку и усмехнулся. Сакура не пришла. Забавно, только он решил, что из этого может что-то получиться, как она исчезла. А может, он просто напридумывал себе? Может, ей это и не нужно вовсе? Или это спор такой?
Какаши помнил, как во времена учебы Анко на спор пыталась соблазнить их учителя, Минато-сэнсэя. И как его жена, Кушина, узнав об этом, пришла в университет и чуть не спустила Митараши с лестницы.
Мужчина тяжело вздохнул. Хорошие были времена. Его собственная голубая таблетка, как у Фрай*.
Докурив, Хатаке выпрямился и подставил лицо порывам влажного ветра. А ведь он уже привык смотреть, как в такие моменты развеваются розовые волосы. Права была Анко, влип он по самое не хочу.
Ебаные мысли продолжали лезть в больную голову. В том, что он болен, Хатаке
Пара должна была начаться через пять минут, но возвращаться в класс совершенно не хотелось. Обито бы поржал. Хатаке Какаши кинули.
Мужчина устало прикрыл глаза. Нет, не могла она. Заболела, должно быть.
С этими мыслями в тот день Какаши и покинул крышу, потому что хочешь не хочешь, а учить безмозглых студентов физике все равно придется.
***
Ино не любила утро. Утро не любило Ино. Иноичи-сан любил дочь, но на учебу все-таки выпроводил, несмотря на ее попытки изобразить человека при смерти. Эх, зря она в свое время театральный кружок бросила! Хорошо хоть Сай за ней заехал на машине, а то пришлось бы на метро добираться. С ее-то короткими юбками это было бы верхом безрассудства.
Плетясь по коридору вслед за своим парнем, Ино проклинала Сакуру на чем свет стоит. Весь день вчера валялись в кровати и жрали всякую дрянь ложками, а сегодня у нее на лбу вылез здоровенный прыщ – как реакция на сладкое. Вдобавок еще и ПМС.
В эти дни Ино позволяла себе расслабиться. Не все время же ей быть охуенной. Иногда нужно побыть и ебаной ведьмой с лысой горы. Ни грамма косметики, на голове черт те что, но сбоку, как и полагается, бантик. Завершали образ мягкие домашние угги. От каблуков спина болела пиздец как.
А вот у Хатаке Какаши, в отличие от Ино, болела вовсе не спина. Его с самого утра мучила тупая головная боль. А все потому что вчера вечером он переборщил с гребаным виски, оставшимся после нашествия Анко. Вроде, и выпил-то всего два бокала, а по башке ударило так, что мама не горюй. Все эта Харуно, черт бы ее побрал.
Не удивительно, что после первой же лекции его в коридоре поймала сама Цунаде.
– Какаши, с тобой все в порядке? – подозрительно покосившись на физика, спросила женщина.
Хатаке вздохнул. Только этого ему и не хватало. Запустил пятерню в торчащие волосы на затылке, постарался беззаботно улыбнуться. Вроде, получилось, хотя черт знает.
– Да, Цунаде-сан.
Женщина прищурилась, словно решала, стоит ли верить Хатаке или лучше самой убедиться, устроив ему полное медицинское обследование. Сегодня. После занятий.
– Уверен? – грозно уточнила она. – Если узнаю, что ты мне соврал, больше на дом приезжать не буду. Ляжешь в больницу, как и все.
Мужчина уже собирался ответить, как взгляд Цунаде переключился на что-то за его спиной: