Сигареты
Шрифт:
– Я заберу тебя после работы, - сказал Хатаке и, закончив разговор, положил телефон обратно в карман. Пара уже совсем скоро начнется, так что стоило поспешить. Впрочем, все его студенты уже привыкли к регулярным опозданиям. Но сейчас он почему-то хотел отказываться от своих привычек, хотя бы от одной из них.
***
Хатаке покидал университет быстрым уверенным шагом. После ухода Сакуры с крыши он чувствовал себя опустошенным и, пожалуй, подавленным. Захотелось выкурить еще парочку сигарет, впрочем, и от стакана виски Какаши сейчас вряд ли бы отказался, хотя прекрасно знал, что это не поможет.
Сидя в машине, мужчина
Анко стояла на крыльце офиса, засунув руки в карманы бежевого пальто. Нужную машину она заметила сразу. Бросив взгляд на лежащий в сумке зонт, она махнула рукой и, несмотря на довольно внушительные каблуки, быстро побежала к машине. Дождь был слишком сильный. Крупные капли барабанили по крыше и стеклам, стекая вниз, образуя на асфальте огромные лужи. Какаши смотрел на стекающие по лобовому стеклу капли и положил голову на скрещенные на руле руки. Он не знал, чего хотел больше, спать или избавиться от непонятного чувства тяжести, распространяющегося от головы по всему телу.
Перебежав дорогу, женщина открыла дверцу и села на переднее сидение, рядом с Хатаке. Кивнув в знак приветствия, он на пару секунд задержал взгляд на лице Анко. Ее брови слегка нахмурены, взгляд усталый. Видимо, и у нее сегодня выдался весьма неудачный денек.
– У тебя найдется выпить? – спрашивает она, роясь в сумке в поисках сигарет.
– Виски подойдет? – разговаривать сейчас не хотелось, да и спутница не была сейчас особо разговорчива. Не очень-то похоже на Анко.
– Пойдет, - бросила она, найдя-таки заветную пачку. – Это лучше, чем то дерьмовое саке, что мы пили в прошлый раз.
– Ты сама его покупала, - устало усмехнулся мужчина и, бросив недовольный взгляд на пытающуюся закурить женщину, добавил, - И не кури в машине. Весь салон провоняет.
– От тебя самого куревом несет, - фыркнула она, но пачку все же убрала обратно в сумку. – С чем это связано?
– Анко, не сейчас.
– Хорошо, - кивнула, чуть запрокидывая голову. – Поговорим после обещанного виски.
Какаши хмурится, но молчит. Он уже готов к тому, что разговора ему не избежать. Впрочем, может быть после эта непонятная тяжесть оставит его в покое?..
Обещанный разговор состоится после трех выпитых бокалов виски и двух часов обсуждения прошедшей недели, хотя не виделись эти двое намного дольше. Анко внимательно слушает, не перебивает, но видно, что ей все труднее становится сдерживать себя. Ей все стало понятно с само начала. Влип ее друг явно серьезно. И самое страшное, пожалуй, было в том, что разбираться в этом придется ему самому. В таких делах помощников быть не может. Уж она-то об этом знала как никто другой.
– Ну, скажешь что-нибудь? – спросил мужчина, подливая виски в стакан.
– Ничего не скажу, - вздохнула Анко.
– Обычно ты многословнее, - усмехнулся Какаши, расстегнув очередную пуговицу на рубашке. В комнате весьма
жарко.
– Хатаке, - произнесла она, поднимаясь со стула. – Тебе нужно расслабиться, и мне, как ты понимаешь, тоже.
Больше им слова нужны не были. Только ее холодные пальцы, расстегивающие оставшиеся
Вот черт!
Анко резко поворачивается, переступает платье, лежащее на полу бесформенной тряпкой, и вновь целует любовника. Какаши не сдерживается и прикусывает ее нижнюю губу, проводит по ней языком. Руки сами находят застежку бюстгальтера. Сегодня им не хочется долгой прелюдии. Оба понимают, что их, возможно, последний раз должен быть именно таким, запоминающимся.
***
Утро наступает незаметно, и Хатаке понимает, что больше всего ему не хочется идти на работу, где определенно придется столкнуться с Сакурой. И дело вовсе было не в том разговоре и даже не в самой девушке, просто не хотелось лишний раз оказываться в центре волны университетских слухов. Не особо это приятно.
Спящая рядом Анко заворочалась и нехотя открыла глаза. В отличие от Хатаке ей удалось взять вчера парочку отгулов, так что она вполне могла позволить себе поваляться в теплой постели еще немного. Бросив на женщину недовольный взгляд, Какаши вздохнув, встал с кровати и поплелся в ванную. До выхода из дома осталось чуть менее часа. Стоило поторопиться, все же позавтракать ему хотелось.
Анко делает ему вкусные бутерброды и заваривает любимый чай, зная, что кофе он не любит, но себе в любимом напитке не отказывает. У Хатаке всегда в шкафчике припрятана баночка черного растворимого. Когда Какаши приходит на кухню, они почти не разговаривают. Молча завтракают, договариваются о ключах, что он ей оставит, и расходятся. Он – на работу, она – обратно в его спальню. Они уже не раз так делают, все до зубного скрежета привычно, и это уже надоедает. Нет, секс друг с другом, конечно, их весьма устраивает, но оба чувствуют, что почему-то устали.
Погода сегодня тоже глаз не слишком радовала. Небо было совсем темное, ливень, сопровождаемый громкими раскатами грома и сверкающими вдалеке молниями, шел, не переставая, уже второй или третий час, Хатаке не особо следил за временем.
Отчитав лекцию, мужчина отошел от исписанной мелом доски, сел за стол. Уставился в окно, словно думая о чем-то, а в голове на самом деле совершенно пусто, ни единой мысли. Какаши чувствовал себя ужасно уставшим, и причину этой усталости он понять не мог никак. И даже вчерашняя близость с Анко не принесла должного результата, а Хатаке надеялся. Давно уже он не чувствовал себя так паршиво. И курить хотелось невыносимо.
Дождь закончился как раз к началу большой перемены, словно ждал именно этого момента. Какаши вздохнул, достал из сумки сигареты и зажигалку, закинул в карман и поплелся к выходу из аудитории. Он хотел курить. Плевать, что на крыше холодно и мокро. Ему хочется зажать губами фильтр сигареты и вдохнуть, наконец, этот горький, отравляющий, желанный никотиновый светло-серый дым.
И вновь тот же трехминутный маршрут. Вправо по коридору до упора, потом поворот налево до читального зала, а там совсем рядом проход к лестнице на крышу. Студентов там пока немного, пока еще не все успели вывалиться из своих аудиторий. Оно, пожалуй, и к лучшему.