Силь [= Сил]
Шрифт:
Он шел все дальше по пустынной земле, пока форт не скрылся из виду, и вскоре опять вышел к морю. Взобравшись на береговую полосу, Кугель осмотрел весь пляж и увидел два темных мыса – один на востоке, а другой – на западе. Спустившись к морю, он повернул на восток. На гладкий песок вяло накатывали серые безжизненные волны.
Впереди Кугель заметил маленькое темное пятнышко, которое через несколько минут ходьбы превратилось в стоящего на коленях старика. В руках он держал сито и с величайшей тщательностью просеивал через него песок.
Кугель остановился.
В конце концов любопытство победило, и Кугель решился заговорить:
– Что ты так усердно ищешь?
Старик отложил сито.
– Где-то в этих песках лежит амулет, потерянный прапрадедом. Всю свою жизнь он просеивал песок, надеясь найти пропажу. Его сын, за ним – мой дед, отец и, наконец, я – последний в нашем роду – делали то же самое. Мы просеивали песок от самого Силя, но до Бенбадж Сталла осталось еще шесть лиг.
– Эти названия мне неизвестны, – сказал Кугель. – Бенбадж Сталл – что это?
Старик показал рукой на мыс, темнеющий на западе:
– Древний порт. Теперь там остался лишь полуразвалившийся волнорез, старая пристань да парочка хибар. А когда-то баржи Бенбадж Сталла доходили до Фальгунто и Мелла.
– И об этих местах я впервые слышу. А что находится за Бенбадж Сталлом?
– К северу земля истощается. Солнце там висит над самыми болотами и топями. И никто не живет в тех проклятых местах, кроме нескольких несчастных изгнанников.
Кугель кивнул на восток:
– А там – Силь?
– Все это государство называется Силь. Мой предок лишился его из-за рода Домбера. Все великолепие исчезло, остался только старинный дворец да одна деревушка. Остальная земля превратилась в мрачный лес, полный опасностей. Вот как выродилась наше королевство. – Старик горестно покачал головой и снова взял в руки сито.
Кугель молча наблюдал за ним, бессознательно взрыхляя песок носком сапога. Неожиданно в песке блеснуло что-то металлическое. Наклонившись, Кугель поднял браслет из черного металла, сверкающий пурпурным светом: по окружности браслета располагалось тридцать алмазных кнопок, окруженных древними руническими письменами.
– О! – воскликнул Кугель. – Смотри, какая славная вещица – настоящее сокровище!
Старик бросил сито и медленно встал. Его сверкающие голубые глаза неотрывно смотрели на браслет.
– Ты нашел амулет моих предков, символ рода Слай! – он протянул руки к браслету. – Дай мне его!
Кугель попятился.
– Ну-ну, не глупи старик!
– Этот амулет мой! Ты не можешь присвоить его себе. Неужели ты хочешь погубить дело всей моей жизни и четырех жизней до меня?
– Ты должен радоваться, что амулет найден, – капризно произнес Кугель. – Теперь ты избавлен от дальнейших поисков. Лучше расскажи-ка о возможностях этой штуки. От нее исходит магическая сила. Что дает амулет своему владельцу?
– Его владелец – я, – простонал старик. – Умоляю тебя, будь благороден!
– Ты ставишь меня в неловкое положение, – сказал Кугель. – Я не настолько богат, чтобы позволить себе быть щедрым. Но с отсутствием благородства это никак нельзя связать, по моему. Скажи, если бы амулет нашел ты, отдал бы мне его?
– Нет, потому что
– Вот тут мы с тобой расходимся. Пойми, если можешь, – ты заблуждаешься. Видишь – амулет у меня в руках, и значит, он – моя собственность. Поэтому будь добр, расскажи мне о его возможностях и объясни, как им пользоваться. А я уж, поверь, сумею это оценить.
В отчаянии взмахнув руками, старик с бессильной яростью пнул сито так, что оно лопнуло и пролетело до края воды. Волна тут же подхватило его и понесла прочь. Старик было кинулся за ним, потом снова всплеснул руками и неверной походкой заковылял по береговой полосе.
Кугель неодобрительно покачал головой и возобновил свой путь на восток вдоль пляжа.
Тут ему пришлось схлестнуться с Фирксом. Тот был убежден, что лучше всего отправиться в Алмери западным путем, через порт Бенбадж Сталл.
– У нас только один путь! – отчаянно кричал Кугель, прижимая руки к животу. – Конечно, морем было бы гораздо короче. Но ведь поблизости нет ни одной лодки, а проплыть такое огромное расстояние просто невозможно!
Фиркс еще немного потерзал его, но в конце концов успокоился. Кугель пошел дальше, весьма довольный событиями сегодняшнего утра. Он повнимательнее рассмотрел браслет – от этой удивительно красивой вещицы исходила магическая сила. К сожалению, Кугель не мог прочесть руны, выгравированные с большим искусством. Надевая браслет на запястье, он случайно нажал на один из алмазов, и в то же мгновение раздался протяжный стон невыносимого отчаяния. Кугель остановился, как вкопанный и с удивлением огляделся. Вокруг не было ни одной живой души – лишь серое море, скучный берег, хмурое небо да темнеющий вдали на западе Бенбадж Сталл и Силь на востоке.
Кугель осторожно нажал на другой алмаз, и получил в ответ еще один жалобный вопль безысходной тоски. Кугель недоумевал. Кто морочит ему голову на этом пустынном берегу? Он стал по очереди нажимать один за другим алмазы на браслете, и в тишине морского берега прогремел целый концерт криков и стонов. Кугель еще раз, но уже более внимательно осмотрел амулет со всех сторон. Но кроме рыданий, воплей и стонов ему так и не удалось ничего выжать из своей находки, и Кугель вскоре устал от своих экспериментов.
Солнце сияло в зените. Он утолил голод морскими водорослями, сделав их съедобными с помощью волшебного брелка, подаренного ему Ииконю. Внезапно ему показалось, что он слышит голоса и беззаботный смех, но очень невнятные и неопределенные. Может, это шум прибоя? Неподалеку прямо в море выдавалась скала, похожая на высунутый язык. Кугель прислушался и понял, что голоса исходили именно оттуда. Чистые и ясные, как голоса детей, они звенели с невинной веселостью.
Кугель, разбираемый любопытством, обошел вокруг скалы. Там, где плескался прибой и пенилась темная вода, он увидел четыре большие раковины, из которых виднелись сидящие на обнаженных плечах круглые головы, с бледными личиками и клочками бесцветных волос. Опустив пальчики в воду, милые создания пряли нити из морских капель, а потом ловко ткали прекрасную мягкую ткань. Тень Кугеля упала на воду, и тотчас же симпатичные ткачи одновременно захлопнули створки своих раковин, скрывшись внутри.