Сила инерции
Шрифт:
– Не волнуйтесь, – сказал он, – я сделаю свою работу аккуратно.
Минут через тридцать, въехав в какой-то дачный поселок, машины резко свернули влево с основной трассы. На проселочной дороге сильно трясло, а затем они вообще поехали по холмам, при этом «Вольво» трясло так, что они несколько раз зацепили дном землю.
– Кажется, вы рискуете сломать свой автомобиль, – заметил Монах, но ему никто не ответил.
Они тряслись еще несколько минут, пока наконец машины не замерли у высокой ограды. Сушенков вышел первым. Высыпавшие из «БМВ» агенты встали
– Наверх, – показал Сушенков, – нам нужно подняться наверх.
– Вы предлагаете карабкаться по стене? – не поверил Монах.
– Нам помогут, – улыбнулся его собеседник, – давайте лестницу, ребята.
Из «БМВ» достали складную лестницу, приставили к стене. Два агента, забравшись по ней, перепрыгнули на ту сторону. Третьим полез Сушенков, и только затем Монах. Внизу виднелся сад, где уже ждали два агента.
– Пошли. – Сушенков показал в сторону дома, и они зашагали по саду. Он был довольно большой и ухоженный, Монах это сразу заметил. Они прошли метров пятьдесят, когда впереди показался двухэтажный дом. Один из агентов, достав ключи, открыл двери. В доме было тихо и пыльно. Монах обратил внимание, что они не включают свет.
– Наверх, – пригласил Сушенков.
Они поднялись по лестнице. Оба агента остались на первом этаже. Монах шел за Сушенковым, отмечая довольно интересную планировку дома и его роскошную внутреннюю отделку. Подойдя к одной из комнат, Сушенков отпер дверь. Там было темно и немного пыльно. Они прошли к балкону, Сушенков чуть отодвинул занавеску.
– Подойдите сюда, – позвал он Монаха.
Тот подошел ближе.
– Посмотрите туда, – показал Сушенков в сторону соседнего дома, – отсюда до того дома метров пятьсот. Нужный нам человек будет сидеть в тот день на веранде. Вы сумеете отсюда попасть вон туда?
– Конечно. Я думал, расстояние будет больше. И солнце неплохо расположено – у меня за спиной.
– При чем тут солнце? – не понял Сушенков.
Монах улыбнулся. В чем-то он превосходил своих наблюдателей.
– У «ликвидаторов» свои секреты, – пояснил он, – мы учитываем расположение солнца в момент стрельбы.
– Понятно, – кивнул Сушенков, – я этого не знал. Пойдемте назад.
Обратный путь они проделали таким же образом, втянув лестницу за собой. Потом была обратная дорога домой. Почти у самого дома Монах обернулся к Сушенкову.
– Мы договорились насчет женщины? – спросил он снова.
– Если вы сумеете убедить ее остаться сегодня у вас, – упрямо повторил Сушенков, – мы все проверим и завтра дадим ответ.
– Хорошо, – согласился Монах, – я жду вашего звонка не позже двенадцати.
– Вам не кажется, что это не совсем корректно – ставить такие жесткие сроки?
– А вам не кажется, что нельзя убивать всех, кто хотя бы раз со мной заговорит?
– Кого мы убили? – нервно поинтересовался Сушенков.
– Во всяком случае, водитель той машины, которую я случайно остановил, уже никому и ничего не расскажет.
– Если это была случайная машина, для чего
– Хотя бы для того, чтобы вы не убирали всех остальных, среди которых могут оказаться и мои близкие люди.
– Учтем, – пообещал Сушенков.
– Учтите. И помните, что я сказал насчет этой женщины. Даже если она случайно погибнет в автомобильной катастрофе, я буду считать, что это произошло не без вашего участия.
– Вы мне угрожаете? – удивился Сушенков.
– Я предупреждаю. До свидания.
Он вышел из машины, сильно хлопнув дверцей. Они остановились, как обычно, за два квартала от его дома. Теперь ему нужно идти пешком, а за ним снова будут неотступно следовать наблюдатели Сушенкова. Могли бы подвезти до дома, огорченно подумал он, взглянув на часы. Он отсутствовал уже около трех часов. Маша, наверно, уже волнуется. Он заторопился.
Быстро пересек двор, где играли маленькие дети, вошел в подъезд. Здесь все было тихо. Интересно, как они контролируют обстановку в подъезде его дома? Установили скрытые камеры? От них всего можно ожидать. Он медленно поднялся по лестнице, подошел к своей квартире, оглянулся. Все было спокойно. Нигде не открылась ни одна дверь. И все-таки они были повсюду. Он чувствовал их присутствие и знал, что это не самообман. Она открыла дверь.
– Извини, – пробормотал он, – кажется, я довольно сильно задержался.
– Ничего, – улыбнулась Маша, – представляешь, как мне повезло. У нас плохая погода, весь день лил дождь, и наши остались дома. Я уже сообщила родственникам мужа, что вечером приеду к ним.
«Господи, только не это, – с испугом подумал Монах, ей нельзя сегодня выходить из квартиры. Они ее все равно не отпустят».
– Как хорошо, – ровным голосом произнес он.
– Ты не беспокойся, – говорила она, – почти все вещи я уже собрала. Нашу настойку я решила оставить тебе в качестве сувенира. Надеюсь, ты не возражаешь.
– Нет.
– Я уже хотела заказать такси, но ждала тебя. Ты не знаешь, как это сделать?
Она подошла к телефону, выжидательно посмотрела на него.
– Нет, – пробормотал он.
– Ты не знаешь номера? – удивилась Маша.
– Не уходи, – попросил он.
– Что? – Она медленно положила трубку. Очевидно, она уловила в его словах другой смысл.
– Не уходи, – повторил он, – останься сегодня у меня.
Она долго смотрела ему в глаза, потом неуверенно сказала:
– Столько лет прошло. Я думала, все давно уже кончилось.
Он стоял у дверей и молчал. Лгать не хотелось, притворяться не было смысла, она бы все сразу поняла. Он просто не хотел, чтобы с ней что-нибудь случилось, не имел права выпускать ее из своего дома сегодня вечером. Она же видела его мотивы совсем другими. А он об этом даже не думал. Действительно, прошло столько лет. Да и женщины теперь его интересовали гораздо меньше, чем тогда, четырнадцать лет назад.
– Почему ты молчишь? – спросила Маша.
– Что мне нужно говорить?
– Ну, не знаю. Обычно мужчины в таких случаях не молчат.