Сила рода
Шрифт:
Вынырнув из мыслей, я посмотрел на лица своих одноклассников.
Удивились только Мирон, Славик и ещё два парня, на лицах остальных застыла маска вежливой скуки. Слышали об этом раньше? Не верят?
– При всём моём уважении, – в этот раз Ги’Дэрека и не подумал подниматься из-за стола, – это миф. Наши семьи и сами уже не верят в возможность подобного, но продолжают посылать нас в княжескую гимназию… Да, легенда о крови Основателя хороша, и после Инициации ежегодно находятся Претенденты, но это, как выразился форточник, невыгодно.
–
– Мой род даёт мне множество преимуществ, – пожал плечами гимназист. – Улучшенные физические данные, фамильные благословения и пассивки, родовая способность, в конце концов. И всё это богатство я вынужден буду отдать за право называться Претендентом.
– Претенденты тоже получают родовую способность, – возразил Светозар.
– Мы все знаем, что там за способность, – поморщился Ги’Дэрека. – Сила рода, которая есть у любого Одарённого. К тому же, если верить легендам, только Претендент с одиннадцатым рангом сможет отправиться на испытание, а максимум, который можно получить – десять!
– Хорошо, – голосом историка можно было заморозить полконтинента, – тогда почему дворянские семьи и Роды всеми правдами и неправдами расхватывают себе гимназистов до Инициации?
– Не знаю, – вынужденно признал Антуан.
– Тогда, может быть, вы скажете, почему в каждой дворянской семье и Роде есть свой Претендент?
– Подстраховка? – предположил Пожарский.
– Можно сказать и так, – из Светозара, казалось, выпустили воздух. – Мы с вами свидетели парадоксальной ситуации. Вместо того чтобы выставлять в Претенденты лучших, сильные мира сего делают так, чтобы Претендент… не появился у конкурентов.
Ги’Дэрека хотел было что-то сказать, но историк не дал ему такой возможности.
– Понятно, что в каждого из вас вложено целое состояние, и ваши отцы уже просчитали вашу жизнь на десятилетия вперёд, но в рамках истории – это тактический ход. А отсутствие сильных Претендентов – это наша стратегическая ошибка…
Светозар вздохнул, по-стариковски ссутулился и обвёл нас тяжёлым взглядом.
– Я бы многое отдал, чтобы оказаться на вашем месте… Да что там «многое», всё!
Он устало опустился за учительский стол, и мне на секунду стало его жаль.
– Что ж, не верите мне, поверьте своему роду, – негромко бросил Светозар, сцепляя руки в замок и упираясь взглядом почему-то в меня.
– Это как? – вырвалось у меня.
– Предания говорят, – историк и не думал отрывать взгляд от моих глаз, хоть я и старался смотреть только на его шрам, – что ночью после Калибровки с нами говорит наш род. Отнеситесь к своим сегодняшним снам со всей серьёзностью.
И здесь сны! На секунду меня охватили смешанные чувства.
С одной стороны, облегчение: значит, я не сумасшедший, который последние три года видел кошмары. С другой, стало страшно. Ведь если
Да и плевать! Лучше попытаться хоть что-то изменить, чем потом кусать себе локти!
Решившись, я оторвал взгляд от шрама на скуле, посмотрел мужчине в глаза и кивнул.
– Запомните ваши сегодняшние сны, – ещё раз повторил Светозар и, наконец-то отвёл свой жуткий взгляд. – А теперь, судари, вам пора. Думаю, учитель Военных наук вас уже ждёт.
– Куда нам идти, Светозар Иванович? – опередил меня Ги’Дэрека, поднимаясь со своего места.
– В фехтовальный зал, – историк кивнул себе за спину. – По коридору до конца и налево.
– Скажите, а перемены… – начал было Филипп, но тут же осёкся, напоровшись на не предвещающий ничего хорошего взгляд историка.
– Спасибо за урок, – я плюнул на мнение класса и поблагодарил учителя, – было интересно.
– Не дай запудрить себе мозги, – буркнул в ответ Светозар. – Библиотека находится на этом же этаже.
А вот за это отдельное спасибо. Хоть я и узнал многое об этом мире, но, как известно, дьявол кроется в деталях. К тому же, я так и не спросил, в чём принципиальная разница между родовичами и дворянами.
Я бросил на историка прощальный взгляд – интересно было бы узнать его историю – и поспешил на выход.
– Ну наконец-то! – обогнавший меня Мирон комкал в руках блокнот, не зная, куда его деть. – Боёвка!
– Боёвка, – чуть ли не синхронно вздохнули увязавшиеся за нами Славик и Филипп.
– А куда вы блокнот дели? – я, конечно, тоже слегка волновался перед третьим уроком, но всё же заметил пустые руки ботанов.
– Во-во в-внутренний карман у-убрал, – Славик распахнул мундир и продемонстрировал удобную выемку, в которой идеально поместился блокнот.
– Спасибо, – я тут же убрал тетрадь с карандашом за пазуху и поспешил за одноклассниками.
Идти оказалось недалеко.
Стоило дойти до конца коридора, как слева обнаружилась распахнутая дверь, в которую и устремились гимназисты.
Зайдя в фехтовальный зал, я с трудом удержался от того, чтобы присвистнуть от удивления.
Несколько рингов, зеркала во всю стену, стойки с оружием, висящие в конце зала мишени… В общем, мечта любого Воина. Но самое главное – здесь был угол с железом.
– Все пришли? – жизнерадостно поинтересовался высокий жилистый мужчина с зачёсанными назад волосами. – Строимся в линию передо мной!
Так и сказал – «в линию», а не «в шеренгу».
Отвлёкшись от разглядывания зала и нашего учителя по военным наукам, я покосился на своих одноклассников, которые споро выстроились не по росту, но по… положению.
Первым встал Дмитро Громов, рядом с ним Аден Пылаев, затем Антуан Ги’Дэрека. Дальше место заняли Игорь Прокудин-Горский, Дмитрий Уваров, Роман Дубровский, Пётр Волконский, Иван Толстой и Василий Пожарский.