Силикус

Рэйвэн Джонни

Приветственно заблеяв, Царь Козлов уважительно поклонился, но даже тогда его вытянутая морда оказалась выше головы Силикуса. Плут потянулся, тронул пальцами влажный нос и ощутил горячее дыхание, вырывающееся из ноздрей животного.

– Ты, дружище, больше не застревай, - произнёс Силикус с улыбкой.
– В следующий раз меня здесь может и не оказаться.

Козёл проблеял извинение. Силикус заглянул ему в глаза и, прочитав мысли, кивнул. За время своих странствий, бог плутовства слышал от одного, якобы, мудреца, мол, у животных мыслей нет, как и души. Глупости! У всех живых существ есть как мысли, так

и душа. Именно поэтому они и живые, а не мёртвые. Вскоре он уже восседал на спине Царя, пока тот нёс их вверх по склону, почти не касаясь копытами скал. Силикусу было приятно стискивать пальцами мягкую шерсть, ощущать холодок ветра в волосах и чувствовать на лице лучи яркого солнца. Подняв плута на самую вершину, козёл распрощался протяжным блеянием и поскакал обратно, резвиться на снежных склонах. Силикус осмотрелся, заприметил уходящую, сквозь снега и камень, тропу. Она привела его к зеву огромной пещеры, в которой могла бы спокойно поместиться целая крепость. У входа, прямо на камнях, сидел Толатар. Размером великан едва уступал своей пещере - Силикус рядом с ним, выглядел, что мышка возле слона.

Толатар был гол, не считая грубой и грязной набедренной повязки; огромное брюхо лежало на скрещенных ногах, с торчащими в стороны, огрубевшими до состояния камня, пятками. Все семь лысых голов с конскими хвостами на затылках одновременно повернулись к незваному гостю. Силикус в ответ внимательно рассмотрел круглые лица с тонкими, свисающими вдоль рта усами, пухлыми губами, мясистыми носами и раскосыми, чёрными глазами. Великан упёрся руками в колени, наклонился и потянув всеми ноздрями, хмыкнул.

– И кто же к нам пожаловал?
– пророкотала центральная голова хриплым, утробным голосом.
– Сам есть Силикус, небожитель, сын Гульннёрдтина, внук Царя Стольмгана!

– Привет тебе, Семиглавый Владыка Гор, - улыбнулся Силикус приложив руку к груди.
– Рад видеть, что, несмотря на заверения молвы, ты всё еще пребываешь в здравом уме.

– Это кто еще там, обо мне, что молвит?!
– взвизгнула высоким голосом другая голова.
– Имена! Мы требуем их имена, младший из богов!

– Мы им кишки выпустим, - прогрохотала третья, самая угрюмая.
– А потом - съедим...

– Цыц!
– рыкнула первая, центральная.
– С богами я говорю, пока вы молчите. Усекли?

– А кто это тебя тут главным назначил?
– скривила губы четвёртая, недовольная.
– Ты нам не указ!

– Я, быть может, и не указ, - фыркнула первая.
– Но рукам-то нашим, точно голова! Так что захлопнули пасти, не то поотрываю вас всех, за ненадобностью. А жить дальше и с одной могу.

Головы покорно замолчали. Силикус, во время перебранки изучал окрестности, но Меч Грома пока не увидел. Толатар, а точнее - первая голова, ощерилась в кривозубой ухмылке.

– Что, Гуляющий Среди Звёзд, небось наш великий Тондардун ищешь?

– Если честно, то ищу, - кивнул бог.
– Меня заслал дед мой царственный, с тобою речь держать. Дело в том, что его любимый годендаг Асагрун потерялся. Дарон теперь в трауре, ходит по Небесному Дворцу, хнычет, лбом в стенки бьётся, да причитает о любимой палочке. А тут раз - и вспомнил о первой поделке Вольтира! Решил прознать, не желаешь ли ты, о могучий, обмен совершить?

– Обмен? Какой еще обмен?

–

Самый что ни на есть обычный обмен. Ты нам - Тондардун, а мы тебе в ответ тоже что-нибудь дадим.

– Что-нибудь, это что?
– прошипела, прищурившись, самая левая голова.

– А чего вы хотите?

Головы переглянулись, наморщили лбы. Вторая справа уже открыла рот, когда её неожиданно боднула соседка, лбом прямо в нос. Ярко-красная кровь хлынула из разбитых носопырок. Центральная голова, одобрительно кивнув боевитой напарнице, повернулась к Силикусу.

– Мы желаем Трон твоего деда. Хотим царствовать в Стольмгане.

– Боюсь не получится, - вздохнул Силикус.
– Даже если я уговорю дедушку отдать тебе Трон, то, как только ты на него сядешь, так сразу же и сгоришь. Тут ведь такая штука - чтобы править Пределом, надо быть Демиургом! Ну а ты, к сожалению, недотягиваешь даже до бога.

– Мы тебе сейчас покажем, куда мы там недотягиваем!
– рявкнула самая злая голова, вторая слева.
– Сейчас мы до тебя как дотянемся, как сожмем в кулаке, да как выжмем все хохмы, что сок их винограда! Вот тогда посмотрим, как ты шутить станешь, сморчок говорливый.

– Цыц!
– опять рявкнула центральная.
– Замолчите. Он прав! Демиургом стать нам непосильно. Надо подумать, чего еще хотим...

Великан поднялся, вошёл в пещеру и все семь голов, вытянув друг к другу шеи, взяли совет. Их шёпот был настолько громок, что Силикусу даже подслушивать не пришлось. Наконец, Толатар вернулся, и все четырнадцать глаз хитро взглянули на бога.

– Мы выбрали, - промолвила первая, ехидно.
– Хотим твою Тень!

– Что?
– Силикус потоптался на месте, пренебрежительно глянул на чёрную фигуру под ногами.
– Зачем она вам? Какой от неё прок?

– Хитришь, плут, - оскалилась самая правая голова.
– Знаешь ведь, какой!

– Ты, благодаря своей тени, в кого угодно обратиться можешь, - кивнула первая.
– Хоть в муху, хоть в дракона, хоть в деда своего, царственного! Так что хотим Тень.

– Ну, что-ж, - ответил Силикус, после раздумья.
– Тень так Тень. Только вот прежде я хочу видеть Тондардун.

Головы снова переглянулись, заворчали, затем скрылись в пещере и вернулись с громадным мечом. Размером он был с вековой дуб, а то и больше. Широкое, усеянное рунами перламутровое лезвие, не смотря на более чем тысячелетний возраст, сверкало на солнце яркой новизной и прекрасной заточкой; вдоль дола бегали голубые, плюющие искрами, молнии; гарду окутывали чёрные, клубящиеся, тучи. Меч Грома разил такой громадной мощью, что аж зубы сводило - как после глотка ледяной, родниковой воды. Всю округу тут же залило бирюзовым сиянием.

– Ну что, небожитель, насмотрелся?
– хмыкнула центральная голова.
– Давай сюда свою Тень!

– Не так быстро, - скорчил мину Силикус.
– А откуда мне знать, что он настоящий?

– Это как так?
– удивилась вторая слева голова.
– Совсем сдурел, плутастый? Он ведь один такой на свете!

– Ну да, один. А вдруг это не Меч Грома? Может быть, просто хорошая подделка? Что же я тогда - выменяю свою настоящую Тень на Лжетондардун?

– Еще слово ляпнешь и будешь менять её на свою жизнь!
– заверещала самая злая голова, но на неё шикнула центральная.