Сильвериум
Шрифт:
– Что ты ищешь?
– У твоего отца была карта. Я пытаюсь найти, где она сейчас… Но что-то не получается.
– А что за карта?
Барсик сел у ряда коробок, среди которых была и та, где лежали папины вещи.
– На ней были отмечены точки, где обнаружены части печати. А так же, возможное расположение других частей.
– Как думаешь, где может быть карта?
– В его записной книжке, с которой он никогда не расставался.
Я подошла к коту, но наклонилась к другой коробке. Выудила оттуда книгу с кратким изложением истории ворожей
– Ты куда-то опять уходишь?
– Да, мне нужно встретиться с одноклассниками. «Вспышками». И, надеюсь, одним потомственным.
– Погоди, родная, - бабушка протянула мне руку, на раскрытой ладони лежало красное кольцо. – Это оберег. На всякий случай.
– Вряд ли они вздумают магичить против меня. Они не знает даже элементарных заклинаний. – Я позволила надеть ей кольцо мне на палец. – Но все равно, спасибо.
– После того, что ты им расскажешь, вполне вероятно, они будут растеряны. Они доверяют Анне, они знают ее. А тебя – нет. Поэтому осторожность никогда не помешает.
– Ага. Хорошо.
На самом деле, мне не хотелось уходить раньше нее. Я хотела взять записную книжечку с картой. Не то чтобы я не доверяла родной бабушке. Просто так мне было бы спокойнее.
– Не стоит медлить, - деловито заговорила бабушка. – Когда ты хочешь объединить кольцо? Сегодня?
Я застыла в нерешительности.
– По правде говоря, сегодня я собиралась только рассказать им все. В конце концов, ты права. Мы знакомы меньше недели. Вряд ли они поверят мне сразу.
– Хорошо, родная. В таком случае, я забираю Пятого и Одиннадцатого. Поддержу их у себя, пока ты не будешь готова.
– А ты поможешь мне?
– Разумеется. И я очень надеюсь, скоро Тина вернется домой. Три поколения одной семьи сильнее, чем два.
Я согласно кивнула. С обнадеживающей улыбкой бабушка исчезла. А я опрометью кинулась в папину коробку. Перевернула ее, вывалив все на пол. Книжечки не было. Но вот карта… Она, вероятно, завалилась на дно, потому сейчас была почти на самом верху кучи. Не знаю, куда могла деться книжка, но карта есть и это уже хорошо.
Я прибежала на место, как и договаривались, но кроме Ильи, никого не было.
– Где все?
Парень пожал плечами.
– Я же просила всех собраться.
– Уже вечер.
– И что?
– Сегодня в Доме Пионеров дает концерт наша любимая рок-группа. Все там.
– А ты не мог мне об этом сказать?
Я чувствовала себя бестолково. Стоять посреди недостроенных домов, когда во всю валил снег. Крупные теплые хлопья. Они ложились и не успевали таять. Вероятно Илья долго ждал меня, так как его плечи уже обросли белоснежными пагонами.
– Не понимаю, - я досадно вздохнула, - ты мог мне телепатически все сказать.
– Но не стал, - опять небрежное пожимание плечом. – Просто все так напряжены последние дни. А тут Петруха вспомнил про «Черных магов». И они все тут же свалили туда.
– Про кого он вспомнил?
– «Черные маги» - наша любимая рок-группа.
Я недоуменно уставилась на него. Он – чокнутый? Никто не будет так называть рок-банду, не имея для этого серьезных оснований.
– Если ты свободна, можем сходить.
– Ваши родители спокойно вас отпускают на такие мероприятия?
– Брось. Они не так часто приезжают.
– А как часто?
– Ну-у-у, были в прошлом году раз. Тогда мы в них и влюбились. Вообще, они крутые.
– Пользуются популярностью у молодежи, или у взрослых тоже?
– Я не видел ни одного старичка, но мы пока мы тут с тобой топчемся, они уже во всю отжигают. Может, пойдем? Серьезно. Тебе понравится.
– Не сомневаюсь, - пробурчала я, позволив парню вести.
Мы вошли в клуб и я плотнее прижала к себе сумку, где лежала книга. Не смотря на холл, сохраненный в советском стиле, общий зал был немного видоизменен. Все выглядело современно. Но вряд ли окружающие замечали это. Внимание всех и вся было целиком и полностью приковано к сцене.
Четыре мужика (всем под тридцать) явно застряли в детском возрасте. Они корчились, прыгали, кричали, что есть мощи. Два солиста – один с гитарой. Тот, что без гитары, был явно под действием какого-то наркотика. Барабанщик. И еще один гитарист – в своем роде музыкальный солист. В звучавшей песне больше преобладала именно его игра.
Илья первым разглядел своих товарищей. А я с трудом различала сцену. Стояла тьма, не считая софитов. Одноклассник не забыл утянуть меня с собой.
Зал выглядел так: вход сверху, а дальше как в кинотеатрах бывает – спуск вниз, к сцене. При этом, дорога шла вдоль рядов кресел, где уже не танцующие подростки предавались другим утехам.
Меня затошнило. Честно. Не так должно быть. Не так «грязно» и омерзительно.
«Вспышки» прыгали в нескольких метрах от сцены. Сумасшедше кричащий солист чаще всего смотрел прямо на Диану. И она прям кайфовала. Может, она тоже под дозой? Да нет, ей просто льстит его внимание, она в нем купалась.
– Ты – сумасшедшая! И ты – сумасшедша-а-а-ая! – Тем временем орал солист, оглядывая зал. – Вы все сходите с ума! От любви ко мне! А-ха-ха-ха-ха!
На рифму не было и намека. Я скептически прижалась к стене. Илья глубоко ошибался, думая, что мне это может понравиться. Возможно, такая музыка и поднимает мертвых из могил, но мы-то пока живые.
В этот момент солист посмотрел четко мне в глаза. Его собственные как будто увеличились и стали еще сумасшедшее, чем были.
– Задуши себя проводом микрофона,– подумала я, холодно глядя ему в лицо.
– Только после тебя, детка! – Прокричал он в ответ.
Но я не была бы в таком шоке, не будь это в моей голове. Возможно, показалось. В конце концов, музыка очень громкая. Возможно, это и не было в моей голове. Возможно, он просто это пел.