Симарглы
Шрифт:
А еще по лугу заскользили какие-то тени. Чересчур быстрые и маленькие для облаков, но и чересчур большие для птиц.
Лена подняла голову и вскрикнула, сама не поняла от чего — от ужаса или от восторга. Прямо над нею, в синем небе парили огромные крылатые существа… То ли львы, то ли… псы! Ну конечно! Симарглы!
— Ты чего остановилась? — крикнул Вик. — Поднажали, а то они все сожрут и тоже улетят!
«Кто и почему тоже? И что они жрут? На меня не покусятся?» — хотела спросить Лена, но не спросила, потому что поднажала.
Она увидела,
Тем не менее ни Станислава Ольгердтовича, который держался немного впереди, ни Вика это ничуть не смутило. Они рванули напрямик, и Лена увидела, что сотрудники Тринадцатого отдела бегут прямо по воде, и при каждом шаге из-под их ноги поднимаются тучи брызг.
«А вот не буду останавливаться! — удивляясь собственной храбрости, подумала Лена. — Наверное, я тоже так могу!»
— Главное, не останавливайся! — вторя ее мыслям, крикнул Вик, когда она уже вступила на воду. — Остановишься — утонешь!
Лена не остановилась.
Когда они перебежали на тот берег и все же затормозили — отдышаться — Лена возбужденно спросила:
— И что, я теперь всегда так смогу?!
— Нет, только здесь. Ты не Христос. На Земле все настоящее, на халяву не прокатит. Надо будет заклинание читать или еще что-то в том же духе.
Теперь они уже не бежали, просто быстро шли по лугу, к тому самому стаду на горизонте, которое Лена видела из окна. «Вот странно, — подумала она, — сейчас бы я точно так же видела себя, идущими с этими двумя по полю…»
— Так в чем же дело? — спросила она, не то у Вика, не то у Станислава Ольгердтовича — она еще не была уверена, кто из них главнее. — Зачем я вам так срочно понадобилась?
— Ну… — начал Вик. — Понимаешь, нам позарез нужна приманка. Демоны, как известно, очень любят молодых девушек… на завтрак, обед и ужин, если получится. А нам нужно выманить демонов, вот хоть в петлю! Понимаешь, третий месяц глухарь висит, никак раскрыть не можем! А нам сегодня Петрович намекнул — если до завтра не обернемся, то, когда будут подводить баланс, передадут участок на комиссию, чтобы коллектив подключился к расследованию.
— Ну и что? — непонятливо распахнула глаза Лена. — Подумаешь…
— Ты не понимаешь… — Вик досадливо поморщился. — Стас, да объясни же ей!
Станислав Ольгердтович вздохнул.
— Наш корнет излишне импульсивен, и в этом его беда… Дело в том, что у любой группы на участке всегда есть… хм, свои проблемы. У нас такая работа, что нельзя делать ее абсолютно честно. Если будет расследовать дело сборная — они неизбежно обнаружат следы. Уничтожить их мы не успеем. Поэтому мой друг решил, что чем договариваться с аудиторами, проще до завтра раскрыть дело, которое не дается нам несколько месяцев. Не могу не восхититься его способностями к логическому мышлению.
— Да, да, иронизируй, — поморщился Вик. — Как будто у тебя есть что-то другое наготове.
Сериал «Убойная сила» в действии. Мозги Лены совершили
— То есть вы просите меня прикрыть свои темные делишки?
Станислав Ольгердтович прямо посмотрел на Лену.
— Понимаете, Елена, нам с вами работать вместе. Может быть, очень долго. Поэтому мы должны научиться ладить друг с другом.
— Вот именно! — вмешался Вик. — Не говоря уже о том, что «темные делишки», как ты выразилась, появляются всегда, это их свойство, — он подмигнул Лене. — И могу тебе гарантировать, что ничего криминального… Просто, понимаешь, любые правила… А, вот мы и пришли.
Действительно, стадо теперь было совсем близко. И Лена поняла, что это не коровы.
— Голиаф! Голиаф, дуй сюда! — крикнул Вик что было легких и взмахнул рукой.
Громадный зверь вскинул клыкастую голову и легкими быстрыми прыжками понесся к ним через луг.
— О-ох! — Лена поняла, что ноги не держат ее, и упала на колени в траву.
Крылатый пес приземлился рядом с ними, обдав запахами собачьей шерсти и душистого луга. Он был раза в полтора больше лошади, не считая размаха крыльев, перья в которых, в цвет шерсти, отливали темной бронзой. А еще у него были умные равнодушные глаза, которыми он даже не смотрел на Лену, а обозревал ее с высоты своего положения.
Вик моментально залез ему на спину, и Лена сразу поняла: что-что, а так ловко у нее не выйдет. Если уж на лошадь (как она читала) садиться учились месяцами, то вот на такую образину… да еще не дай бог за шерсть дернешь, сразу же растерзает!
А перед тем как залезть, надо же еще подняться на ноги… а как это сделать, когда колени трясутся, и тело не держит…
— Ты чего? — Вик уже подавал ей руку. — Полезай! Это наш со Стасом симорг, Голиаф. Понимаешь, мы тут все как бы симарглы — ну, это сленг, — а эти зверюги — симорги, чтобы не перепутать. На самом деле терминологически никакой разницы, но надо же отличать людей от собак…
Голиаф презрительно оскалился, давая понять, что неизвестно, кого от кого следует отличать.
Яркое солнце слепило из-за плеч Вика, багровыми отблесками отражалось в карих глазах симорга, играло на рыжеватой собачьей шерсти. Протянутая рука Вика… протянутая рука Юрки… зеленая трава здесь и зеленая трава на берегу реки, где она лежала, глядя в небо…
«Я никуда не пойду, — подумала Лена со страхом неотвратимости. — Я ничего не буду делать… Зачем все? Я же умерла…»
— Ты не можешь сейчас отказаться! — воскликнул Вик. — Это судьба! Ты просто обречена нам помочь!
— А седло?! — с дрожью спросила Лена.
По лицу Вика на мгновение мелькнула тень прежнего аристократического высокомерия.
— Оседлать бога?.. — спросил он с саркастическим смешком.
Чьи-то сильные руки подхватили ее сзади и одним мощным толчком усадили на спину симорга, позади Вика. Чтобы не скатиться, Лене пришлось уцепиться за талию мальчишки.