Симптомы Бессмертия
Шрифт:
Что же ты задумал, Брунель? Добровольно ли ты отказался от продления жизни? И отказался ли? Может ты тут просто присматриваешь за подрастающим поколением... пищи?
— В любом случае, Майк, деваться тебе некуда. Ты не можешь просто взять и сделать вид, что ничего не случилось. Придется принять какое-то решение. Не делать ничего — это тоже решение, тоже выбор. Но поверь, Майк, только здесь, среди нас ты можешь чувствовать себя в безопасности...
На последних словах откуда-то издалека послышался приглушенный гром.
— Что за дьявол?! — Брунель обернулся, расставив руки для устойчивости, — Это что — землетрясение?
Грохот раздался вновь, на этот раз заметно ближе. Стены пошатнулись, пол и вовсе в какой-то миг ходил ходуном. Я устоял только потому, что воспользовался поддержкой Элли. Она и сама, как легкая тростиночка, опиралась на меня. Так мы и выдержали — словно пьяницы, уткнувшись друг в друга «домиком».
Брунель от толчка присел на задницу. Впрочем, дед тут же подскочил, выказав при этом завидную прыть. Я уже нисколько не сомневался, что он не настолько уж стар и беспомощен, как желает показаться.
Не сомневался и в том, что происходит. Можно, конечно, было бы принять неожиданную встряску за природное явление. Но я почему-то был уверен, что взрывы имеют вполне рукотворное объяснение.
Дверь распахнулась, в комнату влетел взмыленный юнец. Кудрявая шевелюра развивалась, как мочалка после бани. В глазах — рвение вперемежку со страхом. В руках — обычный деревянный кол. Так сразу и не разберешь: то ли посох, то ли орудие.
— Тревога! — истошно возопил он, едва завидев Брунеля, — Код восемнадцать-пять!
Что?! Код? Серьезно? У них что тут, все зашифровано, как в армии? И они на самом деле помнят, что означают все эти «восемнадцать-пять»?
Брунель мигом вытянулся, словно готовясь к решающей битве. Морщинистое лицо старика побледнело, пальцы нервно сжались в кулаки. Он повернулся к Элли. Голос деда сорвался, будто говорил не мужчина, а доведенная до крайности истеричка.
— Элли... — он мельком глянул на меня, — ...Майк. Уходите! Я не думал... не предполагал... Но как оперативно! Вперед!
Старик сорвался с места, увлекая всех за собой. Он выскочил в коридор, сопровождаемый шкетом. Меня просить дважды нужды не было — уже летел вслед за проводниками. Элли поспевала тут же, заботливо поддерживая под руку.
— Бегом! — надсадно прикрикнул Брунель, — В туннель! Директива двенадцать!
Какая еще, к дьяволу, директива?! Совсем что ли чокнулись со своей секретностью!
Впрочем, дополнительных указаний, чтобы бежать, мне не требовалось.
Совсем рядом — такое ощущение, что за соседней стеной — раздался треск выстрелов. Очередь, потом еще одна. Чей-то яростный крик, постепенно переходящий в вой. Звон бьющихся стекол. И снова выстрелы.
Мы промчались по коридору, никуда не сворачивая. В конце прохода — лестница, уходящая в подвал. Брунель бросился туда, не сбавляя хода. Я последовал его примеру,
Элли оказалась тут как тут. Кудрявый шкет включал освещение. Быстро оглядевшись, я едва не выругался — из прямоугольной комнаты другого выхода, кроме как наверх, не существовало!
К счастью, показать себя дураком не успел.
Дед резво подскочил к дальнему углу, прикоснулся к только ему видимым сенсорам. Часть неприступной монолитной стены внезапно сдвинулась с места, медленно отъезжая в сторону. Брунель навалился, помогая расширять щель. За массивной дверью виднелась дыра, уходящая в никуда. Только тьма — кромешная и непроглядная.
— Элли, вперед! — скомандовал дед, протягивая непонятно откуда взявшийся фонарь, — Майк, ты следующий!
Девушка послушно сунулась в темноту. Щелкнула кнопка, фонарь высветил часть обветшалого лаза, высотой с метр, а шириной и того уже. Элли сноровисто пролезла внутрь и замерла, дожидаясь меня.
Взбежав по лестнице, кудрявый выглянул в коридор.
— Они здесь! — пискляво выкрикнул он, — Идут! Ско...
Раздались выстрелы. Тело юноши дернулось и завалилось на ступени. Медленно съехало вниз, словно в замедленной съёмке. Хорошо, что Элли не могла этого видеть.
— Живо! Ходу! — Брунель буквально запихнул меня в тайный туннель.
И тут же навалился на дверь, запечатывая проход.
— Дедушка! А как же ты?! — выкрикнула Элли, чуть не плача.
— Ничего! Я старый, мне ничего не будет... — буркнул дед, без особой, впрочем, уверенности, — И запомни, Майк, — он яростно стрельнул глазами, — Не отдавай устройство лонгерам! Ни при каких обстоятельствах!
В следующий миг створка затворилась, отрезав узкий лаз от комнаты. Стена чуть заметно поерзала и вновь стала монолитной, будто тут испокон веков не было никаких дверей. С той стороны сюда не проникали ни свет, ни звуки. Сразу стало тихо и темно, как в могиле.
Стоя на четвереньках, ощущал спиной низкий потолок, плечами почти упирался в стены. Глянул вперед — Элли чувствовала себя слегка посвободнее за счет скромных габаритов. Я видел ее испуганное лицо, освещенное фонарем, и тощий зад, очертания которого угадывались под свободной одеждой.
Пам! Пам!
Два приглушенных хлопка прошли даже сквозь толщу стен.
Выстрелы. Кто и в кого? Задумываться не имело смысла. Проверить все равно возможности нет. Изнутри дверь не открыть. А если и можно, то я не знаю, как. А и знал бы, не стал...
Посмотрел на девушку, гадая — слышала ли она выстрелы? И поняла ли, что они означают...
— Пойдем, Элли, пойдем, — легонечко подтолкнул ее в мягкое место, — Тут нам делать больше нечего...
Глава №27