Симулятор судьбы 7
Шрифт:
Ира закрыла ноутбук, потянулась и спросила:
— Morgan Stanley не пожалеет о сделке с нами? Они же сами писали, мол, нестабильный рынок, множество рисков…
— После презентации азиатских показателей — точно нет, — усмехнулся я.
Неделя в Нью-Йорке предстояла насыщенная: презентация в MIT, встречи с инвесторами, запуск новых проектов. А после — Лас-Вегас, где должна была состояться церемония для всей семьи, задуманная еще во время свадьбы с Риной.
Тогда, когда я объявил о своей идее, мало кто отнесся серьезно. Но я помнил. Я всегда помнил. И вот момент настал.
Тем
Или я — у них…
В офисе Morgan Stanley с высоты небоскреба открывался вид на мокрый от дождя Манхэттен. Я вспомнил, как пять лет назад мы с Риной стояли на балконе Останкинской башни, обсуждая будущее в политике.
— TikTok Animation и FanTube показывают феноменальный рост, — сказал Джеймс, ведущий аналитик, демонстрируя графики. — Восемьдесят миллионов активных пользователей ежемесячно. FanTube за три года стал серьезным конкурентом Twitch в Европе и Азии.
В соседнем здании Дойче Банка Маша проводила презентацию европейского направления. После стажировки в Германии она построила впечатляющую карьеру.
— Двенадцать ведущих университетов используют нашу платформу, от Оксфорда до Сорбонны, — докладывала она своей аудитории.
Вечером наша семья собралась в президентском люксе Plaza. За пять лет каждая достигла впечатляющих высот: Рина совмещала роль публичной жены с координацией международных проектов, Ира выстраивала финансовую стратегию, Алиса развивала исследовательский центр, Рада координировала образовательные программы, Лиза развивала медиапроекты в Лондоне, а Анна Викторовна курировала социальные инициативы.
— Как там наши в Сибири? — спросила Рада.
— Пятьдесят тысяч детей получили доступ к качественному образованию, — улыбнулась Анна Викторовна. — А помните, как мы начинали с одной школы в Якутии? Сколько препон было? Сколько чиновников с их «как бы чего не вышло»?
— MIT завтра будет в шоке от результатов, — заметила Алиса, просматривая данные. — Особенно от показателей психологической адаптации.
— Кстати о показателях, — сказала Рина, отложив телефон. — Саш, твой рейтинг среди молодежи превысил шестьдесят процентов. Даже консервативное старшее поколение оценило улучшения в социальных сервисах. Нужно двигаться дальше.
Поздно ночью я стоял у окна, глядя на огни Манхэттена. За пять лет мы создали не просто успешный бизнес, а целую экосистему, где технологии служили реальным потребностям людей.
— О чем задумался? — спросила Рина, такая же элегантная, как в день нашей свадьбы.
— О предложении мэра, — ответил я, не отрывая взгляда от города. — Помнишь, как твой отец говорил на свадьбе о большом пути в политике? Кажется, время пришло.
— Время, которое мы хорошо подготовили, — сказала она и встала рядом. — Результаты цифровизации говорят сами за себя, социальные проекты работают, молодежь поддерживает. Самое время. В конце концов… кто, если не ты?
Где-то в глубине сознания тихо пульсировала Система симуляции судьбы, теперь ставшая лишь инструментом для просчета особо важных
Я улыбнулся своим мыслям.
Настоящая жизнь оказалась гораздо интереснее любых симуляций.
Глава 22
Я рассматривал контракт в Morgan Stanley, мысленно все еще ведя диалог с Риной о нашем политическом будущем. За спиной простирался ночной Манхэттен, залитый огнями небоскребов. Она была права — мы хорошо подготовились к этому моменту. Впереди ждал не только контракт с американскими инвесторами, но и торжественный выход на IPO.
Опытный партнер банка постукивал ручкой по столу.
— Готовы подписать? — спросил он.
— Конечно, — ответил я, ставя размашистую подпись на последней странице. — Полагаю, наши азиатские показатели окончательно убедили совет директоров?
Банкир пожал мне руку.
— Более чем, — ответил он. — Рад, что русские технологии наконец-то перестали пугать наших инвесторов.
В дверях появилась Ира. Ее туфли бесшумно ступали по толстому ковру.
— Самолет ждет, — тихо произнесла она. — До Лас-Вегаса четыре часа лету.
Я кивнул. Пора было закрыть дверь в мир цифр и контрактов. Впереди ждало то, что я планировал все эти годы.
Солнце уже скрылось за горизонтом, когда наш частный Gulfstream приземлился в международном аэропорту Маккаран.
После прохлады Манхэттена Лас-Вегас встретил нас обжигающей жарой пустыни Мохаве. Я наблюдал, как мои женщины спускаются по трапу, и сердце сжималось от нежности.
Каждая была особенной. Рина — осанка балерины, каждый шаг выверен, как на подиуме. Ира деловито отдавала последние распоряжения по телефону, но в глазах плясали искорки предвкушения. Алиса двигалась с кошачьей грацией, загадочно улыбаясь своим мыслям. Рада излучала спокойную уверенность. Лиза, как всегда, порхала бабочкой, не в силах скрыть радостного возбуждения. Анна Викторовна замыкала процессию с царственным достоинством.
Ира поравнялась со мной на трапе.
— После такой презентации в Morgan Stanley даже Вегас кажется спокойным местом, — произнесла она.
На летном поле нас ждал лимузин. Внутри царила приятная прохлада и негромко играл джаз. Ира устроилась в удобном кожаном кресле, просматривая документы на планшете.
— Кстати, юристы закончили с контрактом, — сказала она. — Сто двадцать страниц. Они явно вдохновились «Войной и миром».
Лиза оторвалась от окна.
— И что там? — спросила она. — В случае развода каждой достается по небоскребу?
Ира улыбнулась и ответила:
— Почти угадала. Там еще куча пунктов про то, кому достанется собака, если бы она у нас была.
— Предусмотрительно, — сказала Рада. — А если мы заведем попугая?
Ира продолжала изучать документы.
— Параграф семнадцать, подпункт б. «Любые домашние питомцы, приобретенные в период брака…» — начала она.
— Боже, ты это реально читаешь? — спросила Лиза.
Ира подняла взгляд, в глазах плясали озорные искорки.
— Конечно нет, — ответила она. — Просто люблю видеть твое лицо, когда ты веришь в мою маниакальную педантичность.