Символы распада

Абдуллаев Чингиз Акифович

Генерал понимающе закивал в ответ. Они прошли еще две линии охраны. Перед тем как пройти к лифту, надели белые халаты. Теперь все были похожи на врачей, прибывших на консилиум. Тучному генерал-полковнику с трудом подобрали подходящий халат. Вниз они спустились в бронированной кабине лифта. Кроме директора Центра и приехавших гостей, вместе с ним спускались два дежурных офицера, полковник Сырцов и начальник лаборатории, разрабатывающей ЯЗОРДы, — немногословный мужчина лет пятидесяти. Рафаэль Шарифов пришел работать сюда еще совсем молодым

человеком по направлению МВТУ имени Баумана, которое окончил с отличием. И с тех пор он работал здесь, успев защитить кандидатскую и докторскую диссертации.

Офицеры проводили гостей до дверей хранилища. Старший из них — подполковник — посмотрел на директора Центра. Тот достал магнитную карточку и протянул ее подполковнику. В свою очередь, Сырцов тоже достал свою карточку. Подполковник вставил обе карточки в гнезда и набрал известный ему код. Затем директор Центра произнес пароль, сменяемый каждый день, приложив большой палец для идентификации к экрану считывающего устройства. Компьютер поблагодарил, и через секунду загорелся зеленый свет.

— А красный бывает? — поинтересовался полковник Машков, наклонившись к Сырцову.

— Нет, — ответил тот, — мгновенно включаются сирена и система защиты, блокирующая все двери, в том числе и лифт. Если даже сюда попадет кто-нибудь посторонний с ключами, то и тогда он не сможет выйти отсюда. Отпечатки пальцев всех лиц, имеющих доступ в хранилище, хранятся в памяти компьютера.

Двери медленно открылись. Генерал-полковник, директор Центра, Сырцов, Шарифов, Машков и сопровождавший их генерал-майор прошли дальше. Офицеры остались у входа. Им было запрещено входить в хранилище.

Прибывшие нестройной колонной прошли по коридору. Директор показал на дверь, ведущую в следующий зал.

— Все заряды там, — сказал он. — Но туда мы обычно не входим без должной экипировки. Там все в порядке. Мы проверяли три дня назад. Все тридцать два заряда на месте. Еще вопросы есть?

— Нет, — весело сказал генерал-полковник, — все и так понятно. Пойдем дальше.

— Есть, — вдруг подал голос полковник Машков.

Все обернулись на него.

— В чем дело? — нахмурился академик. — Вас интересует еще что-нибудь?

— Я хотел бы войти в следующий зал.

— Но это довольно сложно. В таком виде вам туда входить нельзя. Нужно переодеться.

— Я настаиваю, — упрямо сказал Машков. — Мне нужно войти внутрь.

Директор Центра рассерженно обернулся на Михаила Кирилловича. Генерал-полковник пожал плечами. Он не хотел ссориться с ФСБ, даже если перед ним стоял обычный полковник. В конце концов, это его не касается.

— Вы хотите попасть внутрь? — растерянно спросил академик.

— Да. Я за тем и приехал. — Машков твердо смотрел на директора Центра. Тот выдержал его взгляд, пожал плечами и обратился к Шарифову:

— Рафаэль Юсупович, переоденьтесь вместе с гостем и войдите в хранилище. Михаил Кириллович, вы тоже хотите пройти туда?

Генерал явно не

хотел. Он вообще не любил и боялся подобных видов оружия. Но выглядеть трусом в глазах своих подчиненных ему не хотелось. Тем более в глазах этого хамоватого полковника из ФСБ.

— Да, — сказал генерал, — я тоже войду в хранилище.

Директор Центра, уже ничего не понимая, повернулся к Шарифову.

— Приготовьте все для наших гостей. Мы пойдем вместе.

Переодевание заняло довольно много времени. На Михаила Кирилловича опять с трудом подобрали тяжелый скафандр, защищающий от радиоактивного излучения. Когда все были готовы, дежурный офицер снова взял магнитные карточки у директора Центра и начальника службы безопасности, набрал номер шифра и впустил всех внутрь.

Академик с неприязнью смотрел на настырного полковника ФСБ. Только упрямых придурков ему здесь не хватало. Они подошли к дверям, и Шарифов набрал код шифра. Двери открылись. Внутри в стерильных условиях лежали в свинцовых ящиках ядерные заряды ограниченного радиуса действия. Директор, вошедший первым, быстро сосчитал их. Слава Богу. Все тридцать два на месте. Он торжествующе посмотрел на Машкова.

— У нас все в порядке, — сказал он довольным голосом, — вы просто заставили нас потерять целый час. Хотя, наверно, вам интересно предпринять такую экскурсию.

Машков вместо ответа начал внимательно осматривать ящики.

— Кто их опечатывает? — спросил он.

— Я сам. И делал это в последний раз в присутствии вашего предшественника из КГБ полковника Степанова, — с победным видом заявил академик.

— Наша организация сейчас называется ФСБ, — чуть улыбнулся Машков.

— Да-да, извините, из ФСБ, — поправился академик. — У вас еще есть вопросы?

— Нужно вскрыть все контейнеры, — вдруг заявил этот ненормальный полковник.

— Что? — не поверил уже и Михаил Кириллович. — Как это — вскрыть контейнеры?

— Необходимо вскрыть все контейнеры, — упрямо повторил Машков, — и немедленно все проверить.

— Но почему? — разозлился генерал. — Может, вы все-таки объясните?

— У нас есть заключение прокуратуры, — мрачно сказал Машков. — Они считают, что двое ваших ученых не просто так попали в автомобильную катастрофу. Им скорее всего ее подстроили. По странному совпадению именно эти двое в последний месяц работали в хранилище. Мы считаем, что необходимо проверить все контейнеры.

— Это опасно? — повернулся генерал к директору Центра.

— Нет, — пожал плечами Игорь Гаврилович, — просто мы проторчим здесь еще целый час.

— Я прошу вас вскрыть контейнеры, — продолжал настаивать Машков.

— Ну уж нет, — разозлился вдруг генерал, — для этого имеются специалисты. Нам всем не обязательно здесь присутствовать. — «В конце концов, и моему терпению есть предел, — гневно подумал он. — И храбрости тоже».

— Согласен, — кивнул Машков, — вы уходите, а я останусь с начальником лаборатории.